Следы во времени - Елена Соколова

Раздался стук в дверь.

– Кто это еще? И почему во время собрания? – нахмурился Назар.

Жена Назара поднялась со скамьи и, подойдя к двери, открыла ее. На пороге стоял нищий, укутанный в старую рваную накидку.

– Позвольте мне, добрые люди, переночевать в вашем доме. Дождь на улице… – жалобно сказал он, утерев нос тыльной стороной ладони.

Назар, не поднимаясь с места, сказал:

– По уставу, я не имею права нищего не пожалеть, так что можешь войти.

Нищего накормили черствым хлебом с простоквашей и позволили обогреться у камина.

Человек этот, естественно, стал свидетелем семейного собрания и очень внимательно слушал Назара, а потом спросил:

– Ты, хозяин, всегда так тщательно устав исполняешь?

– А как же? Мне, иначе, не попасть в царство.

– В какое царство? – спросил нищий, дрожавший под мокрой рваной накидкой.

Назар откашлялся и сказал:

– Ну, есть такое царство… оно не здесь. Не умею я рассказывать.

– А как же узнать тогда о нем?

– Слушай, если тебе суждено стать подданным царя, то ты им станешь, а если не суждено, то и рассказ мой не поможет.

Нищий молчал, боясь рассердить хозяина, но не смог удержаться и спросил робко:

– А как же узнать, если никто не расскажет?

– Ты поел? Согрелся? Иди спать. И нам всем пора уже, а Эмиль завтра будет наказан! – коротко сказал Назар и кинул на деревянную лавку старую потертую шубейку.

Жена Назара загасила свечу и вместе с мужем ушла в комнату. Аверьян ушел в свою.

Нищий улегся на скамью и долго ворочался. Как бы он ни укладывался, все было неудобно. Скамья скрипела на весь дом. Через пару часов Назар выскочил из спальни и раздраженно зашипел:

– Ты когда-нибудь уляжешься?

– Извини, друг, жестко мне, – испугался нищий.

– Во-первых, я тебе не друг, а во-вторых, если здесь не нравится, иди на улицу спать.

– Нет-нет, что ты, не сердись.

Назар ушел. Нищий затих. Теперь ворочался в своей кровати Назар.

Выскочив из комнаты, он сел в кухне на край скамьи и, чуть не плача, простонал:

– Весь сон мне сбил. А завтра на работу с утра. Вот и делай доброе дело. Не прост же путь в царство.

– Хозяин, все равно не спишь, – осторожно сказал нищий, – расскажи мне про свое царство.

Назар нахмурился и мрачно начал:

– Не мое оно… царя. Я ему поверил. А кто поверит ему, тот с ним будет, да еще и награду получит, – при этих словах взгляд Назара потеплел.

– Да ну?! – не поверил нищий.

– Да. Живу, вот, по его законам. Интересно, что с царем можно просто разговаривать, как я сейчас с тобой. Он обрадовался, когда я пришел к нему. А я долго шел. Меня, вообще-то, никто не любит. Я такой, знаешь… А царь сказал, что всех любит и всех хочет видеть в своем царстве. А это значит, что и меня тоже, раз всех.

Нищий приподнялся на локте и внимательно слушал Назара. Вдруг за окном мелькнула молния и осветила всю кухню.

– Царь! – воскликнул Назар испуганно и, вскочив со скамьи, зажег свечу.

– Государь, – бормотал Назар, – да как же так…

Он вдруг выскочил под дождь во двор и вскоре вернулся с цыпленком в руках. Ощипав цыпленка, Назар зажарил его и пригласил царя к столу. Царь не отказался.

– Что же ты так? Как нищий. Проверить меня? – бормотал Назар.

– Помочь, – ответил без упрека царь.

– Да, жители твоего царства должны…

– Жители и твоего царства, Назар.

– Государь, прости, что тебе пришлось из-за меня так…

– Мне часто приходится так.

– Что я могу сделать для тебя? – тихо спросил Назар.

– Назар, – проникновенно ответил царь, – все, что делаешь, делай как для меня.

Рано утром, пока в доме все еще спали, Назар поднялся пораньше, приготовил для жены и детей завтрак и, чтобы никого не разбудить, вышел из дома.

Вечером, вернувшись с работы, он не читал семье устав.

Назар починил старшему сыну удочку, залатал дыру на ботинке младшему, а перед сном сказал жене:

– Я люблю тебя и люблю все, что ты делаешь для нас.

Слезы янтарными каплями скатывались по щекам жены и, падая, превращались в золотые монеты.

Ночью Эмиль тихо прокрался в комнату для гостей, где стоял на полке в шкафу устав.

Эмиль зажег свечу, взял с полки устав и открыл его. Читал он всю ночь, а утром сказал отцу:

– Отец, во всей нашей деревне только ты один записался в подданные царя. Мне повезло быть твоим сыном.