Угнанное пианино - Елена Нестерина

Мыльченко, ну-ка говори, где мое пианино! – нарушила тишину Зоя, которую с того самого момента, как она увидела поэта и гражданина живым и здоровым, так и подмывало задать ему этот вопрос. А сейчас грозные орлиные взгляды закутанного в одеяло Антона просто вывели ее из себя.

– Не знаю, – ответил Антошка.

– Ты чего врешь-то? Не знает он… – набычилась Зоя. – А ты, когда по моему подъезду мотался, не видел, чтобы какие-нибудь подозрительные личности пианино катили?

– Не-а. Пусто было в подъезде. Ни души не было, – закатив глаза к потолку, промурлыкал Антошка. – Кроме нас с тобой.

– Странно. – Зоя старалась быть очень серьезной в разговоре с этим легкомысленным и непредсказуемым человеком. – А ты ко мне домой не заходил?

– Нет, не успел, – ответил честно Антон. – Мы же с тобой между первым и вторым этажом встретились. Я вверх шел, ты вниз бежала.

– А может, ты какое-то время назад у нас дома был? – не отставала Зоя.

– Не-а, не был, – умиротворенно повторил Антошка. Он говорил, как человек, совершенно не знающий, о чем идет речь.

– Ну не может быть, что ты про мое пианино ничего не знаешь! – чуть не плакала Зоя.

Она подозревала каким-то двадцать первым или двадцать вторым чувством, что Антон и ее пропавшее пианино как-то связаны. Но доказать ничего не могла. И даже ее подруга Арина Балованцева не верила ей.

– Да не знает Мыльченко, где твое пианино! – воскликнула Арина. – А я… Еще пока тоже не знаю, но догадываюсь.

Она схватила блокнот и принялась чертить в нем что-то, грызть ручку, думать…

Антону было сейчас не до криков и разбирательств. Он, намерзшийся и настрадавшийся, наконец-то отогрелся, напился горячего чаю. И захотел… Нет, не спать.

– Я хотел бы принять ванну, – капризно заявил он, не вслушиваясь в перепалку девчонок. – Я могу, конечно, и домой пойти, но раз уж я тут…

Он все еще не знал, сколько усилий было потрачено на его поиски. А потому продолжал вести себя задиристо. Никак из роли выйти не мог.

Вероника отправилась набирать страдальцу ванну с душистой успокоительной пеной. Артур стоял рядом с ней и держал полотенце для Антона: эта парочка уже смирилась с мыслью, что Антон Мыльченко – это их крест на всю оставшуюся жизнь.

Вскоре Антошка ушлепал в ванную принимать водные процедуры.

Арина подняла голову и проводила его долгим взглядом. Потом резко вскочила, хлопнув себя ладонью по лбу.

– Срочно! Хватит терять время, Зоя! – воскликнула она и бросилась в прихожую. – Ты помнишь заветное слово «инструмент»? Вот в чем разгадка. Времени терять нельзя! Ты как хочешь, а я побежала!

Зоя чуть куском торта не подавилась. Она надеялась – вот последний кусманчик вкусного торта, последний глоток чая – и она, Зоя, будет бодра, весела, и надежда обрести пианино вернется к ней.

– Что? Куда, Арина? – спросила она, вылезая из-за стола.

– Операция «Пианино» должна быть завершена! – заявила Арина.

– Конечно! – Зоя была полностью согласна с ней.

– Инструмент, Зоя! – говорила Арина, одеваясь. – Дядя Валентин инструмент попросил, а отец твой что ему сказал?

– «Бери», – ответила Зоя. – Так, во всяком случае, папашка мне рассказывал…

– Правильно! А пианино – это тоже инструмент, только музыкальный! – Арина подняла указательный палец вверх. – Дядя Валентин брал у вас когда-нибудь пианино? Он вообще играть на нем умеет?

– Не брал. И не умеет.

– Значит, не для себя просил! – не сдавалась Арина. – Он его и укатил! Все. Правильно!

– Нет! – крикнула Зоя. – Дядя Валентин, знаешь, какой тощенький, ты бы его видела! С таким же успехом, как он, я бы могла пианино с третьего этажа скатить!

– Значит, у него были сообщники! В смысле помощники у него были. Просто они, наверно, в подъезде остались его ждать. Или папа твой их просто не увидел – он же сам сказал, что сразу, как разрешил инструмент взять, спать завалился. Правильно?

– Ну?

– Вот тебе и ну! А дядя Валентин в тот момент, когда твой папа с дежурства домой пришел, где должен был находиться? – спросила Арина азартно. Ей уже хотелось бежать, искать, найти и торжествовать! А она все с владелицей пропавшего пианино пререкалась.

– Где-где… На работе.

– Так, значит, вперед, к нему на работу, Зоя! – и Арина бросилась к двери, уже щелкнула замком, но обернулась и добавила: – А то, что мы не знаем, где его работа конкретно, это не беда! Спросим. Язык до Киева доведет. И сейчас он нас поведет в этот… Как его… В жэк! А там уже спросим, где сантехники у них обретаются! Ну, Редькина, вперед! За пианино!

И в этот момент приоткрылась дверь ванной. Оттуда появилась голова с белой мыльной шапкой на ней.

– Подождите! Не уходите! – отплевываясь от пены, которая щедрыми потоками текла с головы в рот, воскликнул Антошка Мыльченко. – Вы же все равно никуда! Без моих-то сведений!

– Что еще такое? – обернулась Зоя Редькина.

– Я же говорил, что вам еще пригожусь! – с ликованием добавил он. – Да подождите же! Я выйти сейчас не могу! Но всего минута – и я кое-что скажу… Подождите!