Влада и тайный призрак - Саша Готти

– Инферна? – переспросила Влада. – Странное какое имя.

– Инферна Танатовна, если точнее, – Егор поморщился. – Это наша бывшая училка по истории. Гильс с ней здорово поругался. Он сказал, что она некомпетентный преподаватель.

– Ого! – изумилась Влада. – А почему он так сказал?

– Он – Муранов, – пояснил тролль. – Это у них семейное: никого не бояться.

– Вообще-то многие в Универе считают, что Гильс прав, – заявила Дрина. – Та учительница была немного не в себе. Почти весь год она вместо того, чтобы преподавать нам историю нечисти, бормотала страшилки про какого-то страшного вампира и твердила, что его надо уничтожить, пока не поздно. Она была упырицей, а упырям надо следить за собой. И за своим обжорством! – добавила кикимора, пихнув локтем самозабвенно чавкающего Марика.

– Гильс ей прямо при всех на лекции заявил, что она параноик, – усмехнулся Егор. – Был страшный скандал… Ректор вызвал их обоих в кабинет, но Гильсу удалось отстоять свою точку зрения, и Инферна Танатовна уволилась. Так что теперь мы без исторички…

«Ничего удивительного, – подумала Влада, вспомнив, как Гильс разговаривал с отцом Анжелы. – Что ему какая-то учительница истории…»

– Ух ты, а тут и про магов написано? – Влада, листая учебник, вдруг наткнулась на главу «Древние светлые маги и их история». – Они что, существуют?!

– Еще как, – ухнул по-совиному Марик. – Мало того, что светлые маги существуют, мы еще с ними и воюем периодически. Сейчас, правда, у нас перемирие. Вот, слушай…

Он полистал толстую тетрадку и, сощурив глазки за стеклами очков, начал читать нараспев:

– …История самого древнего рода светлых магов, великих Венго – воинов с нечистью – насчитывает столетия. Упоминаются эти маги в древнейших летописях, повествующих, как ценой своих жизней многие из них закрыли Тьму и спасли мир от неминуемой гибели. Венго прекрасно владели любым оружием, но особенно хорошо – клинками, которые резали любой материал, как мягкое масло. В древности они прорубали ими дороги в скалах, чтобы увести от троллей заблудившихся путников и жителей деревень, попавших к нечисти в плен…

В двадцать первом веке следы Венго потерялись. Нет их среди современных светлых магов, но высказываются предположения, что они и их потомки живы по сей день…

– Вот, смотри, это Вильгельм Венго, древний светлый маг, – Марик повернул книгу к Владе и ткнул пальцем в картинку. – Считается самым миролюбивым. В учебнике написано, что он никогда не убивал нечисть просто так, в отличие от всех других магов…

Влада смотрела на иллюстрацию и не верила своим глазам.

Она видела своего деда, Вандера Францевича, – только гораздо моложе. На нем были сверкающие латы, в руках он держал меч, а под ногами у него извивалось нечто похожее на оскаленного бегемота.

– Здесь нарисован… – Влада запнулась, не зная, что сказать. – Это же…

«Нет, не может быть. Молчи лучше!» – одернула она себя и умолкла, закусив губу.

– Да, впечатляет, – согласилась Дрина. – Это он и есть, древний воин с нами, нечистью. Интересно, где он сейчас живет? Говорят, что затерялся среди людей…

– А кто-то сейчас лопнет! – Егор отобрал у Марика сверток с пирогами. – Хватит жрать, Уткин! Оставь пироги для Владкиного деда. Он, наверное, никогда не пробовал упырики.

Пока автобус несся по городу, Влада хотела обдумать как следует, почему нарисованный в учебнике маг так похож на ее деда. Только вот водитель так весело похрюкивал и лихо крутил руль, что все мысли вылетали из головы на каждом резком повороте.

Глава 12
Светлый маг и водяная почтовая служба

Родной двор на Садовой улице ранним утром был совсем пустым – и компания ребят не привлекла к себе лишнего внимания.

Прежде чем зайти в подъезд, Влада с тревогой заметила, что в окне Нины Гавриловны качнулась занавеска и кто-то быстро отодвинулся от окна. Надо же, соседка и в такую рань шпионит, вместо того чтобы спать!

Перед подъездом Влада остановилась, ожидая, что ребята попросят ее, так же как Гильс, произнести слова приглашения, когда она переступит порог.

– Не, теперь уже не надо, – пояснил ей тролль. – Ты же сама послала сюда водяных. Значит, открыла порог своего дома для любой нечисти.

В подъезде пахло сыростью и как будто шел дождь: повсюду блестели лужи воды, со ступенек бежали ручьи, с потолка на голову падали капли.

– Какие-то у меня нехорошие предчувствия, – напряженно произнес Егор, когда вода капнула ему прямо на лоб. – Очень нехорошие. Что-то мне тут не нравится.

Владу тоже терзали предчувствия – и они подтвердились, когда она дошагала до двери и увидела, что вода хлещет струями из-под закрытой двери их квартиры номер тринадцать.

– Кошмар! – Влада ахнула и в ужасе прижала руки к вискам. – Это же наверняка работа того водяного… Что же я натворила?!

– Темноглазка, если хочешь, я сам с твоим дедом поговорю, – прошептал Егор. – Чтобы не ругал тебя или вообще про всю эту историю забыл.

– Никаких наваждений на моего деда, ты что?! – ужаснулась Влада. – Он старенький очень, и он… один у меня. Пожалуйста, Егор, веди себя очень тихо и скромно. Понял?

– Понял, – охотно согласился тролль и тут же рявкнул на всю лестницу: – Алло, чего нам не открывают-то?! Эй!!! Хозяин!!! Супертролль пришел на подмогу, открывай!!!

– Вот только тебя здесь не хватало! – резко сказали из-за двери, она распахнулась, и не кто иной, как Гильс Муранов, схватил Егора за рукав и втолкнул в квартиру.

На лестницу выплеснулась волна, которой чуть не унесло Марика и Дрину, и в нос ударило рыбной вонью.

– Входите быстро все и закройте дверь! – коротко бросил вампир, махнув ребятам рукой.

– Ты что… Что ты тут делаешь?! – изумилась Влада.

Она ожидала увидеть в квартире кого угодно. Но только не вампира Гильса Муранова, который с тряпкой в руках вытирал пол, убирая последствия потопа.

Всю квартиру заливала вода, в которой плескались и прыгали водяные. Их было много: от больших, размером с кошку, до совсем крошечных, не больше капли воды. Водяные орали на разные голоса: «Светлый маг, поймай меня!.. Светлый маг, сдавайся!!!», плевались и брызгались водой.

Влада испугалась за деда, но тут же увидела Вандера Францевича живым и здоровым. Он стоял посреди гостиной со своим серебряным клинком в руке и воинственно сверкал глазами, нахмурив брови.