Похищение алмаза - Елена Хрусталева

– Ну всё! Я уже извинился. Иди, чего встал у входа? – Лесовик подтолкнул бельчонка вперёд. – А то подумают, что какой-то посторонний зверь зашёл.

– А куда идти? – растерялся Мулька.

– Куда-нибудь. Например, туда же, куда и ёж пошёл.

Бельчонок направился к двери, мимо лисички, которая сидела за столом и что-то писала в журнале.

– Стой! Ты куда? – строго спросила лиса, отложив карандаш. – Посторонним нельзя. А то ходят тут всякие, приносят с собой не поймёшь какие продукты, а потом ведущие передачи вести не могут! Объедятся – и заболеют.

– Ничего я с собой не несу! К тому же я не посторонний! Я самая главная звезда. – Бельчонок гордо вытянулся. – Вы что, не видите, какой я рыжий и пушистый!

Лиса хмыкнула и встала. Её лоснящаяся рыжая шёрстка блеснула, а хвост распушился и стал таким большим, что за ним могли бы спрятаться и Мулька, и лесовик Флипс.

– Я теперь – ведущий передачи «Сказки Берёзкина», – смутился Мулька.

Мимо него протопал муравьед с мотком проводов, зевнул во всю пасть и, показав лисице какую-то бумажку, пошёл дальше.

– Ведущий? – Лисичка осмотрела бельчонка. – А чего такой маленький?

– Может, и маленький! Зато смелый и удаленький! – нашёлся Мулька.

– Ишь ты! А где тогда твой пропуск?

Мулька растерялся. Сердце застучало быстро-быстро.

– А разве нужен пропуск? Меня сюда позвал самый главный начальник!

Неожиданно прямо у стола лисы приземлилась сорока необычной попугайской раскраски с банкой пудры в одном крыле и множеством кисточек в другом.

– Лисяша, пропусти Мульку! – крикнула она. – Его вчера пригласили вести новую передачу! Ты что, новости не смотришь?

– Конечно, не смотрю! – Лиса скорчила недовольную мордочку. – От этих новостей только шерсть дыбом становится да настроение портится.

Сорока окинула бельчонка презрительным взглядом:

– Одно радует, что маленький! А то ведь столько зверья понавели на телестудию, что на всех пудры не хватает! Где я вам её брать буду?

Она подошла вплотную к Мульке и уставилась на него немигающим взглядом.

– Вы, наверное, гримёр? – смутившись, спросил Мулька.

– Да! – вдруг так громко рявкнула сорока, что бельчонок подпрыгнул и нечаянно задел банку с пудрой. Та подлетела и, перевернувшись в воздухе, просыпалась на Лисяшу, Мульку и даже на невидимого Флипса.

– Нет! Это кошмар-р-р! От этих зверей сплошные растраты и разорения! – Сорока подхватила пустую банку и, бросив сердитый взгляд на Мульку, упорхнула за дверь.

Лисяша уставилась на выступившие очертания Флипса, покрытого пудрой.

– Чудеса… – пробормотала она и вдруг ка-а-ак чихнула. Пудра с Флипса тут же слетела облаком, и он снова исчез. – Так ты, значит, тот самый Мулька, который должен «Сказки Берёзкина» вести… Тогда тебе к директору. Поднимешься по лестнице. Его кабинет в конце длинного коридора за самой большой дверью. Проходи. Не знала, что ты фокусник!

Мулька сразу почувствовал себя звездой. Он, не спеша, поклонился. А затем поднялся по лестнице и важно пошёл по длинному коридору.

Сначала рядом с ним раздавался негромкий топот лаптей Флипса, но вскоре он пропал.

«Видимо, испугался и ушёл», – подумал Мулька и хихикнул.

В коридоре было тихо, но это и понятно, ведь, когда идёт съёмка, нельзя шуметь. На каждой двери висели таблички: «Тихо, идёт съёмка!», «Гримёрная», «Аппаратная», новостей, «Монтажная», «Студия». Дверь с табличкой «Студия новостей» была открыта. Мулька прошёл мимо неё, кося одним глазом на ведущую новостей Заяшу, и напряг уши до такой степени, что они посинели. Хорошо, что под шерстью этого не было видно. Мулька сгорал от любопытства и не мог пройти мимо.

«Если что, скажу будто заблудился», – решил бельчонок и на цыпочках прокрался в студию. Посреди огромной тёмной комнаты возвышался ярко освещенный прожекторами подиум, на котором разместились стол для ведущей и декорации. За столом сидела Заяша – почему-то очень грустная. Подиум окружали рельсы. По ним во время съёмок ездили две большие камеры, и сейчас около одной из них возился сердитый ёж.

Вдруг прожектора в студии выключили, оставив гореть лишь маленькую тусклую лампу. Мулька даже протёр глаза – слишком уж неожиданно из сказочной студия превратилась в обычное помещение с приборами. Ёжик Фёша махнул лапой и выскочил за дверь. Мулька подумал, что сейчас – самое время подойти к Заяше, но поскользнулся и еле устоял на лапах. Оказалось, что он встал на мокрую обёртку от мороженого.

Телеведущая полными слёз глазами посмотрела на бельчонка.

– Привет, Заяша! – как всегда радостно, крикнул Мулька. – Ты что, репетируешь грустную роль? Роль Заяши-несмеяны?

В ответ она лишь молча покачала головой.

– Почему ты мне не отвечаешь?

Заяша всхлипнула.

– Не понял. Ты что, язык проглотила?

– Мулька, иди куда шёл. Отстань! – протараторила сорока и сердито щёлкнула увесистым клювом. – Нечего тут околачиваться и приставать ко мне, вернее, к Заяше. Иди отсюда, пока что-нибудь не сломал.

Сорока подтолкнула его крылом к двери, но тут зайчиха ухватила Мульку за хвост.

– Ай! – У Мульки от боли чуть глаза не вылезли. – Вы что, с ума все, что ли, посходили? Одна толкается, другая ревёт и за хвост дёргает!

– Я голос… – вдруг прошипела Заяша.

– Не понял, – уставился на неё Мулька. – Кто ты?

– Не «кто я»! А я голос потеряла, – снова прошипела Заяша. – Понимаешь, мне прислали в подарок коробку мороженого. Такое вкусное! Я не удержалась и съела всё целиком.

– Вкусное? А с друзьями поделиться не додумалась? – проворчала сорока. – Вот и хрипи теперь. Это всё от жадности!

– Ого! Конечно, весь город знает, что ты обожаешь мороженое, – подмигнул бельчонок. – Ты же наша «звезда»! Но чтобы прислать огромную коробку… Это наверняка кто-то очень богатый.

Сорока презрительно посмотрела на Заяшу:

– Лучше бы этот богатый мне бусы подарил или кольцо с алмазом. А то мороженое прислал… да ещё и не мне. Тьфу, крохобор!

Заяша всхлипнула:

– Это же катастрофа… Теперь у меня голос пропал. Я не могу вести новости.

Только тут Мулька увидел, что повсюду валяются фантики от мороженого.