Тайны анатомии - Кэрол Доннер

Близнецы вышли из глаза по зрительному нерву и огляделись. Их нерв пересекал основание черепа, смыкался и сливался с нервом другого глаза, отделялся от него и, изгибаясь, скрывался из вида под большими полушариями, нависающими сверху точно облака.

– Прямо буква «X»! – воскликнул Макс. – Они что – перекрещиваются?

Вся компания направилась к месту пересечения.

– Половина волокон одного нерва направляется в другую половину Головного Мозга, – сообщил Вольняшка. – В результате сопоставляются две правые и две левые половинки изображения. То есть каждый нерв несет одну половину картинки, но в двух копиях, что облегчает Мозгу задачу сопоставления левой и правой половин. Ведь Мозг сам тоже имеет две половины. Вот поглядите! – Он указал на обширную нижнюю поверхность Мозга. Глубокая расселина делила ее пополам. – Пошли! Я покажу вам, где левая и правая половины соединяются. – Он повел их туда, где половины Мозга смыкались, словно опираясь на гигантский столб, который погружался в костяное кольцо. – Ну как?

– Мозг словно стоит на одной ноге, – сказала Молли.

– Вот уж нет! – торжествующе прожурчал Вольняшка. – Вы видите гипофиз, железу внутренней секреции, источник химических распоряжений. Гипофиз получает их Сверху, – он подбросил пару брызг над своей головой в сторону Мозга, – преобразует в другие химические распоряжения и рассылает их с кровью по всему Телу. Гипофиз руководит деятельностью остальных желез внутренней секреции, а потому мы его называем дирижером. Ему нейроны не требуются, он обходится гормонами.

– Ах, да! – спохватился Макс. – Мой эритроцит про них говорил.

– Ему-то что о гормонах известно? – сердито спросил Вольняшка.

– Он сказал только, что гормоны путешествуют с кровью в поисках клеток, которые знают их код. Как я понимаю, код у каждого свой?

– А что гормоны сообщают клеткам? – заинтересовалась Молли.

– Одни говорят: «Начинай работать», другие говорят: «Прекрати». Это же целая система: железы – другие железы – клетки. Она называется эндокринной системой, и гипофиз ее возглавляет.

– Но я все-таки не понимаю, – перебил Макс, – а почему просто не послать распоряжение по нейрону?

– И сколько бы нейронов тогда понадобилось? К тому же эндокринная система занята постоянным неспешным инструктированием клеток. Ну, например, ты – клетка щитовидной железы, – продолжал Вольняшка. – Получаешь распоряжение от гипофиза: выдели гормон, который проинструктирует клетки есть побольше, чтобы повысился обмен веществ, как мы его называем. Или, скажем, ты – клетка поджелудочной железы. Ты начнешь вырабатывать больше инсулина, а он сообщит клеткам, чтобы они всасывали побольше питательных веществ сквозь свои стенки.

– Но ведь в тонкой кишке ты говорил, что поджелудочная железа вырабатывает пищеварительный сок! – напомнила Молли.

– Ну и что? У нее двойные обязанности. Кроме того, гипофиз поставляет гормоны, которые контролируют почки и процесс роста…

– Роста? – Макс так и впился глазами в гипофиз. – А что, если раздобыть этого гормончика, чтобы мы снова выросли?

Молли кивнула и постучала в стенку железы. Но клетки не обратили на нее ни малейшего внимания, а продолжали выделять малюсенькие капельки гормона и накачивать их в капилляры.

– Ну что? Убедились? – сказал Вольняшка. – Они с вами возиться не будут. Я же говорил!

– Ладно… – Макс со вздохом отвернулся. – Идем!