Рубиновая Долина - Шарон Крич

В приюте Бокстон-Крик миссис Трэпид сидела на краю кровати, глядя, как мистер Трэпид мечется по комнате в поисках носков.

— Прислушайся, — сказала миссис Трэпид. — Слышишь?

Мистер Трэпид насторожился.

— Что именно?

— Тишину, — объяснила миссис Трэпид. — Блаженную, мирную, абсолютную тишину.

Мистер Трэпид облегчённо вздохнул.

— А-а-а, — протянул он. — Без этих шумных близнецов здесь стало гораздо спокойнее.

Он покосился на жену, чтобы проверить, согласна ли она с ним.

— Да, — подтвердила она, — гораздо спокойнее. Меньше криков, подумала она, меньше воплей, меньше нагоняев. Они то будили в ней зверя, то, наоборот, у неё опускались руки, но теперь ей было тревожно на душе. Так бывало всякий раз, когда близнецов забирали в новый дом. Рано или поздно они вернутся, и Флорида будет ещё вреднее, а Даллас ещё более неуклюж, и все правила будут нарушаться, и про любое спокойствие, царившее здесь в их отсутствие, можно будет снова забыть.

Без близнецов в приюте Бокстон-Крик жили одиннадцать детей. Сегодня во вторник десять из них были в церковном летнем лагере. Оставалась лишь шестимесячная малышка. Морган, хрупкая пожилая женщина, помощница Трэпидов, постучалась к ним в комнату.

— Девочка одета. Что мне с ней делать?

— Не знаю, — ответила миссис Трэпид, открывая дверь. — Дайте мне взглянуть на неё.

— Ох, — вздохнула Морган, неохотно передавая ей ребёнка.

Почувствовав руки миссис Трэпид, малышка напряглась, а затем начала извиваться, как будто хотела вырваться.

— Прекрати! — прошептала миссис Трэпид, глядя ей в глаза. — Прекрати дёргаться.

Малышка мгновенно застыла и уставилась широко открытыми глазами на державшую её женщину. Миссис Трэпид сунула ребёнка обратно в руки Морган.

— Прогуляйтесь с ней или что-то в этом роде.

Готовя во дворе коляску, Морган подмигнула малышке.

— Ладно, детка, Старший Суслик сейчас пойдёт с тобой на прогулку.

* * *

Мистер Трэпид торопливо прошёл по коридорам, мимо узких, тесных комнат, к задней двери.

Выскользнув через неё наружу, он поспешил по переулку. Примерно в пятидесяти ярдах от приюта была пристройка-лачуга. Туда он и вошёл.

— Ах, покой, — оказавшись внутри, он опустился в старое мягкое кресло.

Откинув голову на спинку кресла, он закрыл глаза. В голове тотчас возникла мысль: жизнь — это туман. Он открыл глаза и огляделся. Неужели жизнь — это туман? И я только что это придумал? Как красиво это звучит: жизнь — это туман. Может, это стоит записать? Кто-нибудь когда-либо говорил это раньше?

Он снова закрыл глаза, надеясь, что его посетит ещё какая-нибудь интересная мысль. Увы, вместо этого в его голове возник образ мальчика, который жил в приюте несколько лет назад.

Мальчик был худосочный и тихий, и однажды летней ночью мистер Трэпид обнаружил, что тот лежит в своей постели вялый и весь горит. Мистер Трэпид позвал свою жену.

— Сделай что-нибудь. Он болен. Он умрёт!

Но миссис Трэпид возразила:

— Успокойся. Это просто жар. У всех детей бывает жар.

Мистер Трэпид испуганно метался по длинным коридорам, не зная, что ему делать, пока не оказался перед дверью Далласа в дальней части дома. Он сам не знал, что заставило его войти к нему и крикнуть:

— Быстро! Пойдём со мной. — И мистер Трэпид повёл сонного Далласа к больному мальчику. — Присмотри за ним, — попросил он.

Даллас сел рядом с кроватью больного и потрогал его лоб.

— Он очень горячий, — испугался Даллас. — Он весь горит.

— Знаю, знаю, — кивнул мистер Трэпид. — Может, вызвать доктора?

Но тут в комнату вернулась миссис Трэпид.

— У него просто жар, — сказала она. — Мы не можем вызывать доктора всякий раз, когда у кого-то высокая температура. Что это с тобой вдруг?

Пока мистер и миссис Трэпид стояли, глядя, как Даллас кладёт на лоб мальчика мокрую тряпку, тот открыл глаза и спросил:

— Кто я? Кто я?

— Ты Джои, — ответил Даллас.

Джои пристально посмотрел на Далласа, затем закрыл глаза и перестал дышать.

— Он умер! — вскрикнул мистер Трэпид. — Оживи его!

Мистер Трэпид бросился к Джои, начал делать ему искусственное дыхание и стучать по груди, а миссис Трэпид стала звонить доктору.

— Помоги мне! — взмолился мистер Трэпид, обращаясь к Далласу. — Я не знаю, что делать.

Даллас прислонился своими губами ко рту Джои и выдохнул, сделал паузу и снова выдохнул. Вдох-выдох, пауза, вдох-выдох. Он чувствовал, как тело Джои становится все холоднее и холоднее.

А потом пришёл доктор, натянул на голову Джои простыню и увёз его.

На следующий день мистер Трэпид пошёл на кладбище и постоял у могил своих родителей.

— Что?.. — спросил он. — Кто?

Но, не считая этих вопросов, его разум был пуст, как огромный пустой горшок, и он не знал, зачем пришёл к своим умершим родителям и что хотел у них узнать.