Вечная невеста - Марина Серова

Барабаш кивнул Королихину, тот напрягся, затем на некоторое время исчез, а потом появился с папкой документов и молча протянул ее Мельникову.

— Та-ак, — устало начал листать страницы майор. — Двадцать один год, место предыдущей работы — автостанция, какой-то МУДЕЗ… Ну и название!

— Это что-то типа коммунальной конторы, — подсказала я.

— Да знаю я! — отмахнулся майор. — Ага, вот… Охранник в фирме «Артекс». Черт ее знает, чем занималась эта фирма, название стандартное, как мои китайские носки!

Королихин, сидевший рядом, поднял глаза на майора.

— Собственно, поэтому я его и взял, — объяснил он. — К тому же он выглядел солидно, держался уверенно, словом…

— Нормальный мужик, мы уже это слышали, — усмехнулся Барабаш.

— Нет, Вениамин Викторович, я не понимаю, может быть, вы еще скажете, что я во всем этом виноват, потому что взял его на работу? — оскорбился Евгений Федорович.

— Никто так говорить не собирается, — успокоил его директор «Гладиатора». — Действительно, этот Борис Сапожников нормально работал, никаких нареканий у меня к нему за полтора месяца не было. Да… Неужели ему двадцать один год? — неожиданно спросил он сам себя.

— Да вообще-то… Не выглядит он на двадцать один, старше он, — проговорил Королихин.

— Выясним, — вздохнул Мельников. — Завтра займемся.

— А почему завтра? — тут же спросила я.

— А куда торопиться-то? — зевнул Мельников.

— Извини, но я, честно говоря, озадачена твоим поведением, — в недоумении призналась я. — Его же нужно искать по горячим следам, немедленно! Не зря же он так поспешно покинул свое место работы.

— Вот именно! — сразу же подхватил майор. — Но дома у него мы уже побывали. И вполне естественно, что его там не застали. Его уж, поди, и в городе нет, если он действительно совершил это убийство.

— Значит, нужно объявлять розыск! Сообщать его данные, чтобы тщательно проверяли на всех маршрутах! — не отступала я.

— Оповестим сейчас всех, только думаю, что это бесполезно, — вяло сказал Мельников.

— Кстати, — злясь в душе на своего приятеля, обратилась я к Королихину. — Вы эти данные откуда-то переписывали или сам Сапожников их вам сообщил?

— Сам сообщил, — кивнул администратор. — Я просто записал с его слов, и все…

— Так, может, он и не работал вовсе ни в какой фирме «Артекс»! — воскликнул Барабаш. — Может, и нет такой фирмы!

— Может, и нет, — глядя в пол, согласился Королихин. — Но вы сами подумайте, Вениамин Викторович, — не станем же мы проверять каждое предыдущее место работы наших сотрудников! На это же уйдет бог знает сколько времени! К тому же многие эти фирмы-фирмочки, как вы знаете, ликвидируются через месяц после открытия! И как все это потом поднимать?

— Ну ты все-таки не в забегаловке работаешь, Евгений Федорович! — парировал Барабаш.

— Тогда мне нужно бросать основную работу и только этим заниматься! — не остался в долгу администратор. — Нанимайте тогда специального сотрудника, который будет досконально изучать все предыдущие места работы остальных!

Мельникову надоело слушать эти пререкания, и он направился в коридор, где по-прежнему тусовались его оперативники.

Я же подумала, что ему просто не хочется заниматься этим делом. Оно явно не входило в разряд громких, за раскрытие которых можно получить хороший бонус. А избалованный похвалой начальства Мельников уже привык к подобным делам. Но с другой стороны, Андрей сам всегда говорил, что за раскрытое дело далеко не всегда получишь поощрение, а вот взбучку за нераскрытое — обязательно. Почему же он не мычит, не телится?

— Так что же, в первую очередь к матери Порфирьева, что ли, ехать? — с досадой спросила я майора, когда он вернулся в кабинет. — Ведь ей еще предстоит сообщить о смерти сына!

— Да, — подобравшись, кивнул Мельников. — Сейчас я отправлю туда Прокудина и…

— Я поеду с ним, — тут же заявила я.

Майор посмотрел на меня полным сочувствия взглядом, словно хотел сказать: «И охота тебе переться посреди ночи», но спорить не стал.

— Я не возражаю. Только рад буду, если ты тоже подключишься. Тем более что у вас с Прокудиным уже был благоприятный опыт сотрудничества. Вот и продолжайте, так сказать, развивать деловые отношения, делитесь своими навыками…

«Похоже, он был бы рад, если бы я теперь раскрывала за него все возникшие дела, — усмехнулась про себя я. — Эх, Андрей, Андрей… Куда же девалось твое честолюбие? Раньше ты старался сам раскрыть дело. И если даже я подключалась к расследованию, то твоему начальству об этом не становилось известно. Впрочем, если я и это дело раскрою, то основные лавры-то все равно достанутся тебе, как обычно. А я уж довольствуюсь гонораром от господина Барабаша…»

— Ладно, давай сюда Прокудина, мы поедем вместе, — сказала я, видя, что Мельников уже откровенно позевывает, посматривая на часы.

— Да, — спохватился майор. — Сейчас я ему все скажу, пойдем.

Мы вышли из кабинета Барабаша и двинулись в зал, где нас ждали Прокудин, Мишаков, эксперт и еще пара оперативников. Из всей компании только Прокудин сохранял невозмутимость, остальные же измаялись сидеть за столиками в ожидании начальника.

— Прокудин! — строго произнес Мельников, выходя в зал.

Старший лейтенант сразу же вытянулся в струнку.

— Сейчас поедешь вместе с Татьяной к матери убитого, сообщишь ей о смерти сына… Только тактично сообщишь, Прокудин, понял? Чтобы истерику не вызвать, — еще строже подчеркнул майор, хотя прекрасно было понятно, что тактичность в подобном сообщении нисколько не смягчит горя матери, а истерика скорее всего неизбежна. — Адрес-то узнали, что ли? — спросил майор.

— Так точно, — пробасил Прокудин, вынимая из кармана блокнот.

— Не надо, — остановил его Мельников. — Одним словом, снимешь показания, выясни там поподробнее про ее сына все, что сможешь. Вот Татьяна тебе поможет. После этого можешь отправляться домой, а завтра с утра ко мне на доклад. Ясно?

— Так точно, — снова ответил Прокудин.

— Ну вот и славно, — повеселел Мельников. — А я домой, у меня завтра очень напряженный день. Ты даже представить себе не можешь, до какой степени, Прокудин…

Оперативники сочувственно покивали, сами надеясь освободиться поскорее, только Прокудин, который был образцовым исполнителем и для которого приказ начальства был превыше всего, сохранил прежнее, без эмоций, выражение лица.

Все покинули бар-ресторан, Мельников сел в свою служебную машину, а мы с Прокудиным отправились к моей «девятке».

— Куда ехать? — заводя мотор, спросила я.

Прокудин снова полез в карман за блокнотом и, открыв его, четко продиктовал:

— Улица Соборная, пятнадцать, квартира сорок четыре. Порфирьева Тамара Григорьевна, сорок восьмого года рождения…