Вечная невеста - Марина Серова

— А кому теперь достанется машина, квартира?

— Не знаю! Во всяком случае, не мне! — зло произнесла Анжелика. — Алексей не составлял никакого завещания, мы даже брачный контракт не подписывали — свадьба-то должна была состояться через месяц! У меня вообще ничего и никого не осталось!

— А где вы теперь будете жить? Вернетесь в Москву? У вас там родители?

— У меня нет родителей, — тихо ответила девушка. — Но возвращаться я буду в Москву, естественно. Здесь мне даже жить негде! Кто я теперь такая? Невеста без места!

Анжелика вдруг не выдержала и расплакалась. Я сидела рядом и даже не знала, как ее утешить. В самом деле, накануне свадьбы остаться у разбитого корыта…

Хотя с материальной стороны все обстояло не так уж плачевно. В конце концов, у девушки московская прописка, если она возвратится в столицу, то ей по крайней мере будет где жить, к тому же возможны и перспективы в плане работы — с этим в Москве при наличии прописки вообще проблем нет. Непонятно, почему она согласилась на переезд в провинцию, тем более что Порфирьева она не очень-то любила. Но это все вопрос, может быть, десятый. А может, и нет. Но, по крайней мере, не первоочередной.

Анжелика, видимо, умела владеть собой. Она быстро вытерла слезы платком и сказала, словно подтверждая мои мысли:

— Ничего, не пропаду. Деньги на дорогу у меня есть, как только эта история закончится и мне разрешат уехать, я вернусь в Москву. Попытаюсь вернуться на прежнюю работу.

— А кем вы работали?

— Дизайнером. А Алексей, как я говорила, нигде не работал, когда мы познакомились. Говорил, что только что рухнуло дело, которым он занимался. Я не стала выспрашивать подробности. А потом, Леша был абсолютно уверен, что сможет хорошо устроиться здесь, в Тарасове. Обещал, что бедствовать мы не будем.

— Откуда такая уверенность?

— Не знаю. Деньги у него на расходы были. Конечно, бриллиантовых колье он мне не дарил, но нисколько не сомневался, что сумеет добиться многого. — Анжелика помолчала. Потом, вздохнув, продолжила: — Я знаю, что ему предлагал работу один человек, но Алексей со скепсисом относился к этой идее.

— Вот как? А что за человек? — ухватилась я за информацию.

— Некто Алтуфьев. Я знаю об этом случайно. Просто однажды Алексею кто-то позвонил, он поговорил, а потом был очень удивлен. Сказал, что звонил его давний знакомый по фамилии Алтуфьев, с которым ему приходилось работать. Я спросила, чем он так удивлен, и Алексей ответил, что они нехорошо в свое время расстались, а теперь этот Алтуфьев звонит и как ни в чем не бывало предлагает работать вместе. Алексей еще поначалу сказал, что, возможно, подумает, а потом поостыл. Когда я напомнила об этом разговоре, он презрительно ответил, что Алтуфьев — дерьмо, причем редкостное, и работать он с ним не будет.

— А он с ним встречался, не знаете?

— Не знаю, — вздохнула Анжелика. — И вообще больше ничего об этом Алтуфьеве не знаю. Даже не знаю, как его имя-отчество. Да я и не спрашивала у Леши. Но раз он не хотел общаться с этим Алтуфьевым, зачем я стану им интересоваться?

— А чем же все-таки Алексей занимался? Он вообще-то куда-нибудь ходил, ездил?

— Ничем конкретным. Во всяком случае, я не знаю. Мне он частенько вечерами говорил, что уезжает по делам. По каким — не знаю. Я даже, грешным делом, подумала, что он женщину себе завел.

— Почему?

— Не знаю… было что-то такое неуловимое в нем, когда он возвращался. И денег становилось все меньше. И запах… Запах женских духов. Очень терпкий. Мне все время казалось, что я чувствую этот запах! Мне казалось, что я сама им пропитана!

— Может быть, вы просто сами внушали это себе? Все-таки это не совсем адекватное поведение — познакомившись с вами и решив узаконить отношения, завести себе еще какую-то женщину, — осторожно сказала я.

— Может… — отозвалась Анжелика каким-то безразличным голосом. — А может быть, несколько женщин. Может быть, это вообще были просто случайные связи, на один раз. И я стану из-за этого беспокоиться? Я таких дам в упор не вижу!

— А вы не пытались с ним поговорить откровенно?

— Нет. Зачем? Я не хотела перед свадьбой прослыть дамой, ревнующей к каждому столбу. И потом, мне же это просто казалось. Хотя никакого ощущения тревоги, как ни странно, я не испытывала. Все было нормально, стабильно, спокойно. Я не сомневалась, что через месяц мы поженимся. И вот надо же было кому-то так все обломать!

Последние слова Анжелика буквально прокричала с ненавистью и с силой сжала кулаки. В этот момент к столику как раз возвратился Мельников, вид у него был весьма озабоченный. Разговор по душам, естественно, сразу же был нарушен, поскольку майор сам приступил к делу:

— Скажите, Анжелика, были ли у Алексея враги?

— Враги? — удивленно приподняла брови Анжелика. — Если и были, то мне ничего об этом не известно. Я же говорю, что не была знакома ни с кем из его окружения.

— То есть Алексей никогда никого не упоминал, не жаловался, не говорил, что, к примеру, боится?

— Нет.

— И вы сами ничего подобного не чувствовали? Ну… женским чутьем, — усмехнулся Мельников.

Анжелика вскинула на него свои голубые глаза и снова четко произнесла:

— Нет.

Разговор внезапно снова был прерван, на сей раз появлением господина Барабаша. Он был явно чем-то встревожен.

— Извините, — он посмотрел сначала на меня, а потом на Мельникова. — Не знаю уж, насколько это имеет отношение к сегодняшним событиям, но дело в том, что наш охранник Сапожников исчез.

— Как исчез? — нахмурился Мельников.

— Это все хотели бы знать. — Барабаш растерянно пожал плечами. — Администратор начал его искать, и выяснилось, значит, что его нет.

— И давно он у вас работал? — поинтересовалась я.

— Да месяца полтора где-то, — почесал голову Вениамин Викторович.

— Ну, это, считай новенький, — отрезал Мельников. — И что вы можете про него сказать? Кто у вас ведает кадрами охраны?

— Администратор, — тут же ответил Барабаш.

— Давайте его сюда, — махнув рукой, потребовал Мельников.

Вскоре к нам уже спешил господин Королихин.

— Да нормальный вроде мужик! — развел он руками после того, как Мельников повторил свой вопрос. — Ничего такого за ним не замечал… Работал как все, не увиливал, не отпрашивался, больничные не брал…

— Н-да, — только и смог сказать Мельников. — Ну что ж, диктуйте адрес, нужно ехать и брать его. Сейчас я ребят пошлю.

— Неужели вы думаете, что это он? — широко раскрыл свои глаза Барабаш.

— Ну, это первое, что приходит в голову, — улыбнулась я.

— Но зачем? Почему? — недоуменно крутил головой Барабаш, обращаясь и ко мне, и к Мельникову.