Нарушители правил - Дмитрий Новоселов

– Знаешь, Элла Жуткер говорит, что там, какая-то химия в водопроводе. Ты воду из-под крана не пей.

«Козленочком станешь», – это в мозгу невольно.

– Спасибо.

– Не забывай нас, звони.

– Да у меня тут все нормально. Не Новый Орлеан. Буду звонить раз в два дня. Может быть, удастся вернуться пораньше.

– Было бы неплохо.

Я убрал журнал и злополучный пакет в папку и стал набирать ноль девять. Ответившая через пятнадцать минут непрерывного набора «шестая», заявила, что всякие там ООО и ОАО нужно искать в коммерческих справочных службах, а для того чтобы узнать номер господина Захарова, нужны его имя и отчество, и точный адрес.

В карте гостя я нашел четыре номера частных справочных служб, ни в одной из них ОАО «Аспект» не соблаговолило разместить свои телефонные номера. Мне явно будет чем заняться, кроме служебных обязанностей.

В дверь нагло постучали. Прямо в трусах я подошел к косяку. Знакомое шипение.

– Кто?

– Рисепшн.

Навязчивый парень. Я открыл. В проеме стояли три человека. Уже ставший мне чуть ли не племянником, Спартак и еще двое мужчин в синих рубашках. Один из гостей с мужественным лицом, достал из нагрудного кармана красную корочку.

– Майор Полупан, уголовный розыск. Нам нужно с вами побеседовать.

Второй милиционер, помоложе без приглашения вошел в коридор, плечом оттолкнув меня с дороги. Спартак смотрел на меня без любви, со злорадством и сверху вниз. Как будто я украл у него чупа-чупс и был застигнут за его сосанием. Он держался так, словно все трое – одна команда. Мне было неловко, потому что я почти голый и дверь нараспашку.

– Ткачев Андрей Юрьевич? – спросил на ходу Полупан.

– Да.

– С какой целью приехали в наш город?

– Позвольте, – попробовал возмутиться я. – С какой стати вы врываетесь ко мне в комнату?!

– Мы врываемся? – удивился Полупан. – Разве мы врываемся? – спросил он у молодого. – Потом повернулся к Спартаку: – Кто тут врывается?

Спутники картинно пожали плечами.

Мне стало неловко.

– Позвольте, – покраснев, сказал я.

– Что позвольте? – спросил Полупан.

– Позвольте полюбопытствовать.

Молодой хмыкнул. Мы вошли в большую комнату.

– Ну, любопытствуйте.

Я совсем запутался. Рука от лица не опускалась, она постоянно поправляла очки.

– Это абсурд. Может, вы разрешите мне одеться?

– Одевайтесь.

Пока я натягивал брюки, незваные гости по-хозяйски расположились на стуле и диване.

– Вы чего-то боитесь? – подозрительно посмотрел на меня Полупан.

– Нет, чего мне бояться?

– Просто какая-то реакция странная, – он неодобрительно разглядывал мои штаны.

– Какая реакция?

– Как будто мы вас врасплох застали. Молодой встал и принялся осматривать все помещение.

– Ничего вы меня не застали, – сказал я и еще пуще покраснел. Вот дурацкая натура, веду себя как нашкодивший ребенок. Надо взять себя в руки.

– Так с какой целью вы приехали в наш город? – опять спросил Полупан.

– В командировку, – неужели они всех гостей так допрашивают?

– И командировочные имеются?

– Пожалуйста, – я достал из портфеля листок.

Полупан даже не взглянул на бумаги, кивнул молодому, чтобы тот ознакомился.

– А с Прудниковым Евгением Анатольевичем вы давно знакомы?

– С кем?

– С Прудниковым.

– Я такого не знаю.

– А если подумать?

– Мне кажется, что вы меня с кем-то путаете. Потом вам будет стыдно.

Гости расхохотались. Особенно веселился Спартак, он прямо закатывался, его голосовые связки издавали звуки, похожие на крики гиен, а гиенам, как известно стыд не ведом.

– Хорошо, – сквозь смех пропыхтел Полупан. – А цель вашей командировки какая?

Я не знал, что делать. У меня не было полномочий раскрывать цели поездки перед первыми попавшимися стражами порядка. А может, это все звенья одной цепи, появление Аркаши, теперь вот этих? Запугивание, наезд. Как известно, лучший способ обороны – нападение. Может быть, этим самым они хотят показать, что здесь, на своей территории они сильны, и никаких денег никому отдавать не собираются.

– Это коммерческая тайна, – наконец сказал я. Глупость, конечно.

Мои слова почему-то очень разозлили молодого.

– Ах, тайна? – визгливо прокричал он. – Ты чё, блин, разведчик группенфюрер Штирилиц?

– Штандартенфюрер, – буркнул я.

– Какой на хрен, штандартенфюрер? – еще пуще разозлился молодой.

– Штирлиц был штандартенфюрер, а вы его назвали группенфюрером… – сказал я.

– А что у вас в чемодане? – перебил меня Полупан, – тоже тайна?

– В чемодане вещи. Что собственно происходит? Вы, в конце концов, объясните или нет?

– А Прудникова вы не знаете? – спросил молодой.

– А вещи посмотреть можно? – это уже Полупан.

Спартак раздувал ноздри как конь перед скачками, он тоже хотел что-нибудь спросить, но не имел полномочий.

– С какой стати вы будете копаться в моих вещах?! – вспылил я.

Полупан посмотрел на меня с интересом.

– Значит, нельзя?

– Нет.

– Вы не хотите помочь следствию. А ведь Прудников чуть не умер.

– Не знаю я никакого Прудникова.

Полупан кислой миной дал понять, что таких врунов, как я ему приходилось встречать тысячами, и уж он-то знает, что нужно с нами делать.

– Вы ведь летели с ним в самолете и выдавали себя за его друга.

– Не выдавал я себя за его друга, там был другой парень с хвостиком, это он все время говорил, что он его друг.

– Значит, вы все-таки знаете Прудникова?

– Нет, не знаю.

– А как же вы догадались, о ком мы сейчас говорим?

Я густо покраснел и снял очки. Хотел протереть стекла, но платка под рукой не оказалось, повертел очки в руках и снова одел.

– Просто моему соседу стало плохо, вот я и подумал, что речь идет о нем.

«И вообще, минуту назад я думал, что его фамилия – Захаров», – у меня хватило ума не говорить это вслух.

– Мужчина, вы ведете себя неадекватно, – констатировал майор. – То вы говорите, что не знаете Прудникова, то знаете. Совсем заврались.