Муму с аквалангом - Дарья Донцова

После больницы Эмма осела в московскойквартире, жила взаперти. Антон пытался развлечь жену, нанял ей компаньонку, ноЭмма выгнала даму прочь. А спустя пару месяцев у бедной Поспеловой началасьдепрессия.

Комнаты казались чужими и неудобными. Банки накухне стояли не в том порядке, в каком хотелось Эмме, матрас на кровати былслишком жестким, одеяло жарким, белье противным, из шкафа пахло отвратительнымидухами, в ванной стоял жуткий шампунь с ароматом ванили… Раздражало все, дажемарка телевизора.

Антон безропотно терпел капризы жены.

Став законной наследницей Анны Львовны, Эммаполучила возможность распоряжаться имуществом. И однажды поехала на квартирупокойной матери. Вошла в комнату, где прошло детство, и не почувствоваланичего, кроме жуткого дискомфорта. Неужели она была счастлива в этих темных,завешанных картинами и застеленных коврами помещениях? Хрустальные люстры,антикварные шкафы, раритетное пианино, на котором никто никогда не играл… Эммапросто задохнулась здесь и быстро вышла на лестничную клетку.

Но вещи матери следовало разобрать, и Эммавернулась, стала перебирать бумаги, удивляясь тому, что не испытывает никакихэмоций.

В одном из ящиков нашлось заверенноенотариусом завещание. Так Эмма узнала, что она очень обеспеченная женщина. АннаЛьвовна владела тремя квартирами, расположенными в центре Москвы. Недвижимостьвместе со всем остальным имуществом принадлежала по завещанию ее дочери, но… тане могла вложить деньги в дело мужа. Вот открыть свое собственное – сколькоугодно. При завещании было письмо от Анны Львовны: «Дорогая Эмма. Я не доверяюАнтону Поспелову. Думается, он волк в овечьей шкуре. Поэтому ты не должнапомогать оборванцу деньгами. Если он хочет стать бизнесменом, пустьзарабатывает сам или оформляет фирму на тебя. Надеюсь, ты послушаешь моегосовета и выполнишь последнюю материнскую волю».

Эмма разорвала послание. Значит, Антон говорилправду – у него с тещей не было взаимопонимания. Но молодая женщина знала, чтосупруг любит ее, и не собиралась идти на поводу матери.

В общем, никаких положительных эмоций приразборе бумаг Эмма не испытала. Но потом, уже поздним вечером, ей попалась наглаза фотокарточка: две симпатичные девушки, обнявшись, стоят перед объективом,их легко можно принять за сестер. Стройные фигуры в одинаковых светлых платьях,длинные волосы развевает ветер, голубые глаза сияют огнем… Фоном служитбескрайнее синее море, сливающееся на горизонте с таким же бесконечным небом.

Эмма перевернула карточку и прочла на обороте:«Соня и Эмма. Пелоппонесус».

Когда за ней заехал Антон, она ему сказала:

– Милый, я хочу поехать в Грецию.

– Зачем? – изумился Антон.

– Думаю, мне там будет хорошо, – протянулаЭмма. – И… вдруг ко мне вернется память?

Антон с жалостью посмотрел на жену:

– Конечно, как пожелаешь.

– А еще… Мне кажется, что прах Сони надозахоронить на родине, – неожиданно заявила Эмма.

Поспелов покачал головой.

– Урна уже в нише московского колумбария.

– Ее можно достать, – не дрогнула Эмма.

– Зачем? – поразился Антон.

– Я убила лучшую подругу, – прошепталанесчастная, – надо упокоить ее как положено. Наверное, София хотела бы лежатьрядом с мамой. Решено, отвезу ее прах в Грецию.

– Очень трудно получить разрешение наперемещение останков, – попытался сопротивляться муж, – придется обойти кучуинстанций…