Муму с аквалангом - Дарья Донцова

– Дом ветшает, территория не охраняется, –последовало пояснение.

– А почему ты сама не съездишь?

Эмма сползла с валика на софу.

– Антон считает меня слегка сумасшедшей, –нехотя сказала она, – мы с ним практически не живем вместе. Никто не виноват,так получилось. Та авария, с одной стороны, показала, как мы любим друг друга,но она же и разрушила нашу семью. Я обитаю в Греции, супруг в Москве. О каких близкихотношениях можно говорить? У Антона бизнес в России, и он не хочет его бросать.Поспелов приставил ко мне экономку, та докладывает ему о каждом моем шаге. Иесли я предприму действия, которых он от меня не ожидает, вполне могу оказатьсяв психушке.

– Что-то я никак не пойму… – начала я, но Эммане дала договорить:

– И понимать не надо! Просто съезди и привезикоробку. Все. Неужели ты откажешь мне в такой пустяковой просьбе? Мое счастье втвоих руках.

Я колебалась, и тут Эмма размотала платок и снялаочки.

– Смотри, – приказала она, – Господь лишилменя человеческого облика и памяти. Внешность не вернуть, но воспоминания можнообрести заново. Тебе меня не жаль?

У меня екнуло сердце.

– Хорошо, я съезжу.

– Завтра!

– Ладно. Попрошу Раису заказать такси.

Эмма помотала головой:

– Не надо. Вот ключи от машины. У тебя же естьмеждународные права?

Я взяла связку с брелоком и кивнула:

– Да, права у меня с собой. Но ведь бездоверенности нельзя садиться за руль чужого автомобиля. Или в Греции другиеправила?

Эмма потянулась за небольшой сумочкой,которую, войдя в бунгало, она бросила на диван. Достала из нее листок и короткосказала:

– На.

Я развернула документ, но прочитать его,естественно, не могла – текст был на греческом языке.

– Это доверенность на машину, – пояснилаПоспелова, – на твое имя.

– Ты ее заранее оформила? – изумилась я.

– Жаклин сказала, что женщина из Россиисогласится поехать, – кивнула Эмма. – Что она мне непременно поможет.

Я заморгала и опять ощутила дискомфорт, но вэто мгновение Поспелова кинулась ко мне, обняла и прижала к себе. Я услышала,как часто бьется у нее сердце, погладила ее по спине и промямлила:

– Ну-ну, успокойся. Завтра получишь медальон.Кстати, твоя экономка не насторожится, узнав, что ты дала машину неизвестнокому?

– Нет, – вздрогнула Эмма и отодвинулась отменя. – Я сегодня весь день твердила: «Какое счастье – Виолова здесь». А пошлак тебе якобы за автографом. Вот, держи книгу, поставь тут росчерк.

Я машинально взяла издание.

– «Стриптиз Змея Горыныча». Надо же, романтолько что вышел и уже есть в Греции?

– Ага, – радостно подтвердила Эмма. – ВСантири открыта лавка, где продаются российские книги, я там любимый клиент.Экономка не удивится, если я одолжу обожаемой писательнице один из моихавтомобилей. Ты только, когда в него садиться будешь, громко спроси у меня:«Значит, меховая фабрика Руфуса?». Россияне обожают покупать в Греции шубы, а вПелоппонесусе есть заводик по пошиву манто. Ок?

– Ок, – кивнула я.