Приз для принцев - Рекс Стаут

- И я тоже?

- Что ж... и вы тоже.

Стеттон колебался. Он хотел было отказаться, но осторожность диктовала иное. Ведь не исключено, что человек с бородой, дыша местью, рыщет сейчас по улицам; здесь, под защитой генерала, они, несомненно, в большей безопасности. Его размышления кончились тем, что он принял приглашение.

Завтрак для них был накрыт личным стюардом генерала в комнате этажом выше - фрукты, яйца и густая, желтоватая сметана с какой-то соседней фермы.

Они ели в тишине; один или два раза Стеттон попытался заговорить, но был остановлен взглядом Алины, кивавшей в сторону стюарда. Когда же они закончили еду и опустевшие блюда были убраны со стола, она отослала Виви в другой конец комнаты и с улыбкой повернулась к нему:

- Вы выглядите рассерженным, месье... и еле сдерживаетесь. Теперь мы можем поговорить.

- Вы полагаете, у меня нет на это причин?

- На гнев?

- Да.

- А в чем, собственно, дело?

- Боже мой! - взорвался Стеттон. - Я же видел, как вы уби...

- Стоп! - Глаза Алины вспыхнули. - Вы неудачно выбираете термины. Я сделала это в целях самообороны. Ведь он мог бы убить меня.

- Но не тогда, когда, беспомощный, лежал на полу, - резко возразил Стеттон. - А насчет выбора терминов ничего не могу поделать. Вы, возможно, убили его!

- Не отрицаю, - невозмутимо подтвердила Алина. - И не сожалею об этом. Он не достоин жизни.

- Кто он?

- Разве я не говорила вам, что у меня есть враг?

- А-а, - протянул Стеттон, - это тот, о ком вы мне говорили? - Алина кивнула. - Я должен был бы догадаться. Тогда... конечно, я не знаю... могу ли я порицать вас.

На губах Алины появилась улыбка, она протянула руку и положила ее поверх его руки, лежавшей на подлокотнике кресла.

- Вы доверяете мне, не так ли? - прошептала она; и Стеттон, заглядевшись в ее глаза, не стал вдумываться в смысл ее слов.

Спустя некоторое время он сказал:

- Я обещал вам защиту и подвел вас. Сделка, которую мы заключили, оказалась довольно жалкой.

- Я так не думаю, - не согласилась Алина со своей загадочной улыбкой. - Я знаю, почему вы так говорите... потому что я приняла защиту генерала Нирзанна.

Но разве это не лучше? Наш договор все еще в силе, и я... я не желаю забывать о нем. - Стеттон схватил ее за руку. - Вы говорили, что вы американец?

Стеттон, удивленный, кивнул.

- Значит, - продолжала Алина, - может случиться так, что вам скоро придется возвращаться в вашу страну?

- Нет, - сказал Стеттон.

- Я полагаю, вы богаты, как все американцы.

- Я стою десять миллионов, - с важностью ответил молодой человек. Его осторожность не распространялась на деньги отца.

- Франков, конечно?

- Нет, долларов.

- Но я не об этом хотела говорить, - сказала Алина, вызнав все, что хотела знать. - Я вот о чем. Я согласилась на эскорт генерала Нирзанна, потому что, как он заявил, мы и на десять миль не сумеем сами отъехать от Фазилики. Страна опустошена, а железная дорога действует только от Зевора. Нам необходимо покинуть город, так что же мне еще оставалось делать?

- Думаю, это самое лучшее, - пробормотал Стеттон.

- Есть и другая причина, - продолжала Алина, задумчиво глядя на молодого человека, - почему я приняла предложение генерала Нирзанна. Вы удивитесь, но он - мой родственник.

Стеттон резко вскинул голову:

- Ваш родственник?!

- Да, дальний. Он - кузен моей матери. Мы выяснили это совершенно случайно в то время, когда он допрашивал меня в ваше отсутствие. Он доказал этот факт. - Алина улыбалась. - Таким образом, как видите, кроме всего прочего, у меня оказался родственник.

Стеттон с изумлением смотрел на нее. Правду сказать, он не поверил ей и вглядывался в ее лицо в поисках подтверждения своим сомнениям.

Она бестрепетно встретила его взгляд. И он в конце концов поверил, вслух заметив только, что весьма странное получилось совпадение.

- Да, - очень сдержанно подтвердила Алина! - я так давно не слышала о нем, что совершенно забыла о его существовании. Но, несмотря на родственные узы, - добавила она, - я ему не доверяю. Он сказал... Нет смысла повторять его слова, но я хочу, чтобы вы были рядом со мной, пока мы не окажемся в безопасности в Маризи.

Понимаете, вам я доверяю.

Стеттон, который еще не совсем потерял рассудок, попытался убедить себя, что застенчивость ее речи не вполне соответствует агрессивности, с которой так решительно и беспощадно действовала Алина Солини двумя часами раньше. Но что он мог поделать?

Теперь она пристально, с выражением нежности и мольбы глядела в его глаза, а ее рука снова нашла и ласково пожала его руку.

- Значит, это улажено, - сказала она, потом пересекла комнату, подошла к окну и выглянула вниз на улицу. - Мы выезжаем с генералом Нирзанном сегодня. Виви! Подойди сюда, детка. Нужно составить список вещей, необходимых нам в поездке.

Стеттон, поднявшись из кресла, воскликнул:

- Какой я глупец, что не подумал об этом! Конечно, вам понадобится... Вот мой кошелек. Возьмите сколько хотите.

- Благодарю вас, генерал Нирзанн уже пришел нам на помощь, отказалась Алина. - Ординарец придет за моим списком в полдень.

- И вы согласились! - сердито воскликнул Стеттон.

- А почему нет? Это было так любезно с его стороны.

Две женщины начали составлять список всего необходимого, а Стеттон задумался. В нем поселилось неопределенное чувство беспокойства и опасности, к тому же его одолевало множество вопросов.

Эта Алина Солини, кто она и что она такое? Почему ему представляется совершенно естественным следовать за ней и ожидать ее распоряжений? При всей своей молодости и осторожности он не был новичком в любви и всегда гордился тем, что ни одной женщине до сих пор не удавалось оставить его в дураках. И не удастся, добавил он.

Ему было ясно, что генерал Нирзанн тоже пленился Алиной. От этого его беспокойство только увеличивалось. Несомненно, нужно быть идиотом, чтобы иметь с ней дело; перед его глазами опять встала картина лежавшего на полу человека с бородой и револьвер, направленный ему в голову. Он вздрогнул.

Потом он подумал о ее внезапном интересе к его состоянию. "Она интриганка, авантюристка, - решил он, - и она мне не по силам. Я не поеду в Маризи".

Но потом поглядел на Алину, встретился с ней глазами, и его решение поколебалось. Он пересек комнату, подошел к ней, и они начали обсуждать приготовления к поездке.