Венера из меди - Линдсей Дэвис

Сенатор сидел в саду во дворе, разговаривая со своей супругой. На самом деле они выглядели так, как будто долго обсуждали какую-то тему, пока не устали от этого занятия; вероятно, они говорили обо мне. И если у Камилла Вера в руках была виноградная гроздь, и он продолжал помаленьку отщипывать ягоды, даже когда появился я, то Юлия Юста – чьи темные волосы в сумраке сделали ее поразительно похожей на Елену – не сделала ни малейшего движения, чтоб нарушить свой покой.

– Добрый вечер, сенатор – Юлия Юста! Я надеюсь, что найду вашу дочь здесь.

– Она заходит, – проворчал ее отец. – Берет взаймы мои книги; пользуется горячей водой; совершает набег на винный погреб! Ее матери обычно удается перекинуться с ней парой фраз. А я считаю, что мне повезло, когда вижу ее пятку, уже скрывающуюся за дверным косяком.

Я начал расплываться в улыбке. Вот человек, сидящий в своем саду посреди мотыльков и цветочных ароматов, который позволил себе вслух сетовать на свое дитя.

– …Я воспитал ее. Я виню только себя – она моя…

– И ты прав! – сказала его жена.

– Так она была здесь сегодняшним вечером? – вмешался я в их разговор, улыбнувшись матери Елены.

– О да! – ее отец громко вздохнул. – Я слышал, что твой дом упал, это так?

– Это иногда случается! По счастью, мы были…

Он махнул мне, приглашая присесть на резную каменную скамью.

– Твой дом рухнул, поэтому Елене Юстине надо было спросить у меня, как восстановить документы по наследству, оставленному ей тетей Валерией. Еще Елена забегала в свою старую комнату за платьями. И Елена просила передать тебе, что вы увидитесь позже…

– С ней все в порядке? – мне удалось втиснуться в этот поток слов. Я повернулся к ее матери, ожидая, что она растолкует их смысл.

– О, она кажется была как обычно, – прокомментировала Юлия Юста.

У сенатора закончились шутки, повисла тишина.

Я собрался с духом.

– Мне следовало прийти раньше.

Родители Елены обменялись взглядами.

– Почему? – пожал плечами Камилл. – Это и так довольно ясно, что происходит…

– Я должен был объясниться.

– Это извинения?

– Я люблю ее. Я не буду за это оправдываться.

Юлия Юста, должно быть внезапно дернулась, потому что я услышал, как ее серьги тонко зазвенели и складка ее столы прошуршала по камню.

Тишина затянулась. Я встал.

– Мне лучше пойти и найти ее.

Камилл рассмеялся.

– Могу ли я предположить, что ты знаешь, где ее искать. Или нам надо организовать поисковую партию?

– Я думаю, что знаю, где она.

Усталый, я брел. Я приближался к своему прежнему логовищу на высоком гребне Авентина. Я еле передвигал ноги, размышляя о собственных красивых домах богачей, и о тех жутких дырах, где, как они ожидают, должны будут ютиться бедняки.

Я вступил в Двенадцатый округ. Привычные запахи шибанули меня в нос. Насмешливый свист раздался сзади, правда без какой либо угрозы, когда я свернул в переулок.

Фонтанный дворик.