Загадка последнего Сфинкса - Наталья Солнцева

В гостиной у Инги Теплинской горели свечи. По просьбе Астры.

– У нас же не романтический ужин намечается?! – возмущалась накануне вдова. Но отказать не решилась. – Ладно, сегодня вечером ваш бенефис.

– Значит, я могу пригласить, кого захочу?

– Если необходимо.

– Даже Александрину Домнину?

– О, нет! – взвилась Инга. По ее лицу пошли красные пятна, губы задрожали. – Только не ее!

– Без госпожи Домниной никак невозможно.

– Вы чертовски упрямы.

– Я должна прояснить все обстоятельства, связанные с убийством вашего мужа и тайной Сфинкса. Есть кое-какие мелочи, которые остались непонятными. Может, это и не существенно… однако я не люблю недомолвок.

– Хорошо, – кивнула Теплинская. – Мне придется учиться жить с этим. Не знаю, что оказалось для меня более сильным ударом: смерть Миши или его… измена.

Когда ненастный мартовский день пошел на убыль, в просторной гостиной, кроме хозяйки, Астры и Матвея, собрались Людмила Никонова, рыжеволосая Санди и скульптор Маслов. Приглашенные мрачно поглядывали друг на друга.

– Кто-то из нас убийца? – нервно хохотнула королева богемы. – Надеюсь, вы не обвините в смерти Игоря меня? Это не я, клянусь.

– У вас есть алиби? – спросил Карелин. – Где вы были в воскресенье ровно в полдень?

– Дома. Подтвердить это некому, к сожалению. Ну и что? Мурат напился по случаю праздника и спал беспробудно, а я… размышляла о жизни. – Она обвела присутствующих умоляющим взглядом. – Вы мне не верите? Кстати, милиция установила, что Игорь покончил с собой. Его никто не выталкивал с сиденья колеса, он сам спрыгнул. Есть свидетели. Так что я ни при чем.

– Бабочка! – отчетливо, со значением, произнесла Астра.

– Что вы хотите сказать? – вспыхнула Санди. – Сейчас в моде татуировки. Не я одна…

– Художника могли заставить лишить себя жизни, – перебила ее Инга. – Довести до самоубийства.

– Кому это могло понадобиться?

– Завистникам, например. Или наследникам.

Красавица закусила губу и замолчала.

Астра достала фотографию, где полные энтузиазма студенты Маслов и Домнин стоят обнявшись на фоне сфинксов.

– Откуда у вас этот снимок? – заерзал скульптор.

– Ваша бывшая жена Раиса дала.

– Зачем? Что она хочет доказать? Я никого не убивал! Не слушайте ее… она вам с три короба наговорит. Небось наплела всякой ерунды… про то, как Игорь мне денег не давал на мои проекты? Так и другие не давали. Я у многих просил! И все, между прочим, живы и здоровы.

– С какой целью вы послали Домнину гипсовую статую сфинкса?

– Шутки ради! – разволновался Маслов. – Уже и повеселиться нельзя? Это был намек на былую дружбу, совместную учебу, любовь к искусству – на то, что в молодости нас объединяло. Хватит, мол, становиться в позу, дуться друг на друга! – Он споткнулся на полуслове, молча хлопнул себя по лбу, как будто только что осознал какую-то важную вещь. – Ба! Да я только сейчас сообразил, почему сделал именно сфинкса! Игорь чем-то смахивал на него, ей-богу. Мы еще в Питере смеялись: «Ты, Игореха, весь из себя такой загадочный, такой мудрый, будто знаешь какую-то тайну, а нам не говоришь!» Он тоже посмеивался… не возражал.

– Ловко ты стрелки переводишь, Феофан! – запальчиво воскликнула Санди. – А кто меня по голове саданул? До сих пор затылок ноет. Хорошо хоть без сотрясения обошлось.

– Я тебя легонько стукнул, только чтобы успокоить. Ты не должна была там оказаться, тем более меня увидеть. Сама напросилась! Уж не обессудь, пришлось принять меры предосторожности.

– Не юли, Маслов. Ты меня подставить хотел. Слава богу, добрые люди выручили.

Две благородные дамы, Теплинская и Никонова, не понимали, о чем речь, но их это не интересовало. Обе гадали, к чему ведет Астра.

Она решила положить конец перебранке между скульптором и Санди. Устроили базар!

– Феофан, почему из всех картин, собранных вашим отцом, вы продали именно полотно с изображением сфинкса? Тоже шутка?