Алхимия убийства - Кэрол Макклири

Когда с трудом поднимаюсь в гору по Пассажу, я замечаю Оскара, сидящего на каменной скамейке перед моим домом. Я слишком устала, чтобы воспринимать заряженные энергией шутки. И мне отчаянно хочется заказать ванну и помокнуть в ней. Он замечает меня и вскакивает на ноги.

— Нелли! — Он очень серьезен. — Я жду вас уже не один час.

— Извините. Поезд опоздал. В чем дело, Оскар? У вас такой вид, словно вы потеряли лучшего друга. — Не знаю, почему так сказала, но потрясение на лине Оскара говорит, что я близка к истине.

— Вы слышали. — Его голос и выражение лица как в драматической сцене, когда женщина сообщает, что ее возлюбленный пал на поле битвы.

— Слышала что?

— Он умер.

— Кто умер?

— Люк.

— Доктор Дюбуа умер?

— Да.

— Но как?

— «Черная лихорадка».

— О Боже… — Я присаживаюсь на каменную скамейку. Оскар садится рядом.

— Его нашли в переулке сегодня ночью. Я узнал об этом от его консьержа, оставившего для меня записку в моем отеле. Люк просил его что-то передать мне, если с ним что-нибудь случится. У меня не было сил поговорить с консьержем, поэтому я пришел сюда, чтобы позвать вас.

Бедный Оскар. Он по-настоящему несчастен. Я обнимаю его.

— Мне очень жаль.

Я часто плохо думала о Люке Дюбуа, и в данный момент сожалею только о том, что он умер до того, как я смогла добиться от него признания.

— Он, должно быть, заразился в больнице. Я говорил ему, что рискованно работать с трупами умерших от лихорадки, но он во что бы то ни стало хотел найти убийцу Жака.

— Нет, его кто-то убил. Возможно, его приятель анархист.

Оскар кивает.

— Я тоже так думаю, но представлял, что его постигла героическая смерть.

— Он по уши погряз в этом деле. В лаборатории, устроенной в сельской местности, мы нашли улики, подтверждающие, что Люк послал сюда ящик; И еще доказательства убийств.

— Совершенных маньяком?

— Да. — Я тяжело вздыхаю. — Им, и только им. Вы разговаривали с Люком перед его смертью?

Оскар качает головой.

— Я пытался. Даже ездил в больницу, но он не захотел встретиться. Естественно, у меня возникли подозрения, хотя я пытался подавить их, даже после того как услышал ваши обвинения против него. Я разговаривал с нашими друзьями. Они сказали, что он все больше и больше отстранялся от них в последние месяцы. Он стал замкнутым и подавленным.

— Вы говорите, его нашли в переулке, и смерть наступила от «черной лихорадки»? И это все, что вы знаете о его смерти?

— Да, так было сказано в записке консьержа. Кроме того, он сообщал, что должен мне кое-что передать.

— И вы не знаете что?

— Ни малейшего представления. Поэтому моя обязанность — выяснить это, но у меня нет сил идти одному.

— Хорошо. Давайте вместе выполним вашу обязанность. Отведите меня к консьержу.

Консьерж — приятный обходительный пожилой мужчина с копной густых седых волос и румяными щеками. Своим сочувствием и озабоченностью в связи с кончиной Люка Дюбуа он мог бы преподнести урок мадам Малон. Удивленный нашим приходом, он сообщает поразительную новость:

— Но, господа, час назад сверток забрал дядюшка доктора.

— Его дядя?

— Когда пришел, он сказал, что вы просили его взять эти вещи.

— Он конкретно интересовался свертком для господина Уайльда? — спрашиваю я.

— Да, конечно. Он сказал, что пришел забрать семейные мемуары племянника.

Я переглядываюсь с Оскаром. Ясно, что человек, забравший пакет, предназначавшийся для Оскара, приходил не за ним. Консьерж проявил инициативу, и сейчас рассказывает не совсем так, как было.

— Вы можете сказать адрес дяди? — упорствую я.

— Он не оставил.

— Как его зовут?

— Я не знаю и никогда раньше не видел этого человека.

— Не видели его раньше. Так откуда вам известно, что он дядя Люка? — спрашивает Оскар.

— Он сам сказал это.

— Он взял что-нибудь еще из комнаты Люка? — спрашиваю я.

Консьерж пожимает плечами:

— Я не знаю, но если он и взял что-то, то совсем немного, иначе мне пришлось бы помочь ему из-за его руки.

— Что у него с рукой?

— У него одна рука.

— Маллио, — говорю я Оскару.

— Слаба Богу, вы знаете его, — с облегчением вздыхает консьерж. — А я уж подумал, не вор ли он.

— Мы можем пройти в комнату Люка? — спрашиваю я. — Оскар хочет там попрощаться с другом.

— Конечно. Второй этаж, вторая дверь от лестничной площадки.

— Она заперта?

— Заперта? Конечно, нет, мои жильцы порядочные люди.

— Интересно, что там было в свертке? — спрашиваю я Оскара, когда мы поднимаемся по лестнице. — Наверное, придется узнать у дядюшки Маллио.

— Вместо ответа он перережет нам горло. У него хватило ума прийти сюда и забрать вещи Люка.

— Кажется, это называется уничтожением улик.

Я толкаю дверь в квартиру и останавливаюсь на пороге.

— Теперь понятно, зачем Маллио наведался сюда. Он что-то искал. Вот только что?

Книги разбросаны по полу, безделушки разбиты, носильные вещи выкинуты из ящиков, постель переворошена, матрасы перевернуты и даже пакеты с продуктами раскрыты и их содержимое брошено на пол.

Оскар вздыхает.

— Похоже, обыск производился очень тщательный. — Он наступает на горку муки рядом с раковиной. — Что можно спрятать в муке?

— Очень многое. Мама обычно прятала в ней деньги на продукты. Кто знает, может быть, Люк боялся за свою жизнь и пытался передать в ваши руки улики, чтобы защитить себя.

— Или сообщить, кто его убийцы.

Я пожимаю плечами:

— Могло быть все, что угодно, или ничто. Маллио, наверное, хотел разузнать, как найти человека по имени Перун.

— Значит, Маллио причастен к смерти Люка?

Я качаю головой.

— Не знаю, может быть. Но если Люка убили минувшей ночью, а Маллио появился тут только час назад, то едва ли.

Оскар туже завертывается в свою накидку.

— Нелли, Люк умер от лихорадки. Микроскопические убийцы Пастера, может быть, подкрадываются сейчас к нам, готовые съесть.

— Успокойтесь, я думаю, что от лихорадки люди умерли не случайно. Люк был замешан в какие-то темные дела. В этом я убеждена. Но какая роль отводилась ему, не ясно, как и цель этих махинаций.