Искатель, 1998 №11–12 - Василий Головачёв

— Как же мы сможем уничтожить Лик Беса, если он совсем не камень… а психополе?

— Лик Беса боится живого огня, — усмехнулся старик, — поэтому он всегда лежит в воде. Но смотреть на него больше нескольких секунд нельзя, иначе он внедрится в вашу психику и превратит в своих рабов. Запомните это, если надумаете идти дальше.

Из лагеря прилетел голос Серафима:

— Илья, долго тебя еще ждать?

Пашин очнулся, вытер ладонь о пылающий лоб, сказал торопливо:

— Мы пойдем дальше. К утру разберем завал и…

— Пусть этим, не торопясь, занимаются твои друзья. К храму есть другой путь. Он заговорен, простому человеку не виден, но вдвоем с девкой вы пройдете.

— Как?

— В полукилометре отсюда из озера Нильского начинается протока в другое озеро, которого нет ни на одной карте. На его берегу и стоит храм Морока, не видимый ни со стороны, ни сверху. Увидеть можно только его отражение в воде, да и то лишь на восходе солнца или при полной луне. Мой оберег поможет вам достичь цели и предупредит о близости Древнего.

— Талисмана… то есть оберега… больше нет. В него попал разряд, такая странная молния, когда я отбивался от сторожа Владиславы. У него была палка, метающая молнии…

— Жезл Силы. — Старик полез под плащ, снял с шеи какой-то тяжелый кружок на цепочке, протянул Илье. — Это цата, старославянский амулет Рука Бога, символ Свентовита, обеспечит тебе защиту от любого нападения с четырех сторон света. Не потеряй и доверяй его подсказкам.

Илья надел цепочку, спрятал амулет под футболку, прислушиваясь к себе: под кожей на груди, которой касался быстро теплеющий диск амулета, побежали электрические струйки, приятно щекотавшие тело.

— Не мешает?

— Нет, но… щекочет. Такое ощущение, будто это клемма аккумулятора. Дедушка, что нам делать с Анжеликой? Мы пришли к выводу, что она… обманывает нас.

— Ничего с ней делать не надо, хотя ваша врачиха стала агентом эмиссара Морока в Москве. Не по своей воле, конечно. Она и сейчас не понимает, что делает. По свободе я освобожу ее от чужой программы, а пока делайте вид, что ни о чем не догадываетесь. Жаль ее..

Илья снова зачерпнул воды в ладонь, жадно выпил, выпрямился, чтобы поблагодарить волхва, но его рядом не оказалось. Илья чертыхнулся в душе, но тут же с усмешкой позавидовал способностям волхва.

— А где дед? — встретил Пашина вопросом Серафим, уже переодетый в запасную рубашку и штормовку, с замотанной бинтом головой. На его лицо в шрамах, обработанных йодом, страшно было смотреть.

— Ушел по делам, — меланхолично отозвался Илья, отвечая на тревожный взгляд Владиславы успокаивающим жестом, поискал глазами Анжелику. — Где наш врач?

— В лес пошла, — ответил Гнедич, также разрисованный пятнами йода, — по надобности.

— Ах ты, мать честная! — Илья двинулся было к лесу, но опомнился, медленно вернулся к костру, протянул к нему руки и закрыл глаза, наслаждаясь входящим в ладони теплом. Прием этот назывался аарти и служил для повышения энергетики организма человека. Действовал он безотказно в любых условиях, и Илья еще помнил, как он удивился, когда узнал, что для срабатывания аарти достаточно даже пламени свечи.

— Завал начнем разбирать завтра, — проговорил наконец Илья. — Возможно, у нас появятся помощники.

— Кого ты имеешь в виду?

— Часов в семь мы с Владиславой попробуем поискать помощников в деревне, — не ответил на вопрос Тымко Илья, — а вы начнете работать в подземелье. Вернемся — присоединимся к вам.

— Дед не подсказал, где надо искать Валерию? — с любопытством поинтересовался Юрий Дмитриевич.

— Подсказал.

— Давай не темни, говори, — рассердился Тымко.

— Она в храме.

— Правда, что это тебе сказал дедушка? — тихо спросила Владислава.

Илья кивнул.

— Тогда Валерия Никитична действительно находится в храме Дедушка никогда не говорит того, чего не знает.

— Дед-всевед, — фыркнул Серафим. — Как он может знать то, свидетелем чего не был? Но допустим, что он прав. Где стоит этот хренов храм? Где вы будете его искать? А Грома кто выручать будет — Пушкин? Может, он уже тоже сидит в храме?

Илья промолчал, не желая раньше времени раскрывать тайну исчезновения Антона. Сам того не ведая, Серафим угадал ситуацию, но Анжелика этого не должна была знать. Ее следовало держать в неведении относительно планов Пашина др последнего момента, чтобы она не смогла предупредить тех, на кого работала.

— Ложитесь спать, — сказал Илья непререкаемым тоном. — Я подежурю до утра.

— В три часа ночи я тебя сменю, — заявил Гнедич, направляясь к палаткам, и в этот момент Илья почувствовал «электрическое» шевеление амулета на груди, глянул на Владиславу и по ее беспокойному взгляду понял, что к лагерю приближаются чужие люди.

Лодки! — осенила его догадка. Илья поманил Юрия Дмитриевича пальцем, сказал вполголоса, ворочая угли костра веткой:

— Возьми карабин, инфраочки, звуковой сканер и лесом обойди поляну. Выйди к берегу и жди.

Гнедич достаточно времени проработал в службе безопасности, чтобы оценить обстановку правильно, поэтому вопросы задавать не стал и отреагировал, как надо. Широко зевнул, потянулся и побрел к палаткам, громко проговорив:

— Разбудите меня, когда придет время дежурить.

Тымко, не поняв, что происходит, хотел было как всегда бурно прояснить ситуацию, но Илья его опередил:

— Молчи! Возьми второй карабин и сделай вид, что ищешь Анжелику. На поляну не выходи, следи за лесом и жди сигнала.

Серафим понимающе оскалился, до него дошло, что начинается какая-то боевая игра. Он несколько раз позвал Анжелику, потом взял карабин под мышку и направился к лесу, ворча под нос угрозы в адрес неосторожных врачей. Илья проводил его взглядом, вылил из ведра остатки воды и подал Владиславе.

— Иди к лодкам, не торопись. Набери воды и возвращайся. От костра не отходи, что бы не происходило. Поняла?

Девушка кивнула, сжимая кулачки и отвечая на взгляд Ильи храбрым взглядом. Он не удержался и поцеловал ее в губы, с дрожью в душе понимая, как она ему дорога. Владислава улыбнулась, взяла ведро и, напевая что-то под нос, зашагала к берегу озера. Илья дождался, пока она скроется за кустами на спуске к отмели, пересек поляну следом за Серафимом, но далеко углубляться в лес не стал, вошел в состояние боевой пустоты и неслышимой тенью метнулся в обход поляны, к берегу озера, чтобы подойти к лодкам с другой стороны.

Он успел застать Владиславу, прекрасно игравшую роль беззаботной девчонки, посланной за водой, на берегу, прячась за кустарником, бесшумно приблизился к