Серая гора - Джон Гришэм

— Хотел сделать тебе сюрприз.

— Что ж, тебе это удалось. Как добирался?

— На частном самолете. Но это долгая история.

— Я так устала от долгих историй. Где остановился?

— В «Хилтоне», в центре. Один. Аты где?

— В своей квартире, но срок аренды истекает через несколько дней. Бармен сказал, что их кофе готов, и Джефф принес и поставил на стол две чашки. Высыпал в свою пакетик сахара, стал медленно размешивать. Саманта обошлась без сахара. В баре становилось все более людно, им пришлось сесть поближе друг к другу. Саманта сказала:

— Так, значит, мы можем вернуться на частном самолете. Ты как, не против?

— Я здесь по двум причинам. Во-первых, хотел повидаться с тобой, провести вместе хотя бы немного времени, если получится. Может, покатаемся по городу и вдруг найдем уютное местечко с камином. А если нет — то хорошую теплую постель. Мне бы очень этого хотелось, но я пойму, если ты занята. Не собираюсь посягать на твое личное время, понимаешь?

— О камине можешь забыть.

— Понял. Я открыт любым предложениям.

— Уверена, время мы выкроим. А что за причина номер два?

— Ну, этот самолет принадлежит известному адвокату по имени Джаретт Ландон из Луисвилля. Может, слышала о нем?

— С чего ты взял, что я знаю какого-то адвоката из Луисвилля?

— Видишь ли, они с Донованом были очень близки, Джаретт прилетал на похороны. Высокий, представительный такой мужчина с длинными седыми волосами и бородкой с проседью. Донован считал его своим учителем, он был для него почти героем. Его юридическая фирма — одна из трех, выдвинувших иск против «Крулл майнинг» в связи с долиной Хаммер. И к ним в тот же день, что и в офис Донована, нагрянули ребята из ФБР. Нет нужды объяснять, что такой человек, как Ландон, был далеко не в восторге от тактики гестапо, он рвет и мечет. Эго просто зашкаливает, что весьма типично для представителей его поколения. Саманта кивнула.

— В точности как мой отец.

— Да, верно. Кстати, Ландон говорит, что встречался с твоим отцом несколько лет назад на какой-то вечеринке. Вот, а теперь у него новая подружка, та еще штучка, настоящая идиотка, и ей вдруг приспичило посмотреть город. Ну и я напросился им в попутчики.

— Как удачно.

— И еще он хочет встретиться с тобой и поговорить о документах.

— Каких еще документах? Перестань, Джефф. Я и без того увязла в этих ваших делах. К чему клонишь?

— Мне нужна твоя помощь, Саманта. Брата больше нет, и мне надо с кем-то поговорить. С человеком, который знает законы и может что-то посоветовать. Похолодев, она откинулась на спинку стула и смотрела на него, гневно сверкая глазами. Больше всего на свете ей хотелось выбежать на улицу. Но вместо этого Саманта осмотрелась по сторонам, сглотнула и выпалила:

— Ты специально втянул меня в это дело, и теперь мне грозят серьезные неприятности. Все контролируется ФБР, но ты хочешь, чтобы я принимала в этом участие. Ты безрассуден, как и твой брат, тебе плевать, что случится со мной. Да и кто тебе сказал, что я собираюсь вернуться в Брэйди, штат Виргиния? Здесь и сейчас я чувствую себя в полной безопасности. Здесь мой дом, моя родина. Он весь сжался, худой, долговязый, он словно стал ниже на несколько дюймов. Он выглядел растерянным и беспомощным.

— Ты мне не безразлична, Саманта, мне не все равно, что будет с тобой. Просто нужна помощь, прямо сейчас.

— Пару недель назад, Джефф, мы прекрасно провели время у Серой горы. Я долго об этом думала, но до сих пор не понимаю, зачем ты затащил меня в ту пещеру, или как она там, черт возьми, называется. И зачем показал документы. В тот момент…

— Никто никогда не узнает.

— В тот момент я стала вроде как бы сообщницей. Понимаю, насколько ценны и опасны эти документы и все прочее, но это не меняет того факта, что они были украдены.

— Кто-то должен знать, Саманта, где они находятся. На тот случай, если со мной что-то произойдет.

— Пусть Вик этим займется.

— Я же тебе говорил, Вик вышел из игры. Его подружка беременна, его это словно перевернуло. Он больше не хочет рисковать. Даже к телефону не подходит.

— Что ж, он умный человек, этот Вик. Кофе остывал. Джефф заметил это и отпил глоток. Саманта отвернулась и стала разглядывать посетителей. После долгой паузы Джефф спросил:

— Может, пойдем отсюда? Они нашли свободную скамью на Вашингтон-сквер. Впрочем, пустовали все скамьи, потому что дул сильный ветер и температура была ниже нуля.

— И много ли знает обо мне этот твой Ландон? — спросила Саманта.

— Знает, что ты занималась делом Райзера, по крайней мере в той его части, где речь шла о черных легких. Знает, что ты обнаружила подмену, узнала, что юристы из «Лоунрок коул» смошенничали. Он впечатлен. Он в курсе, что Донован тебе доверял, что и я тоже доверяю. Знает, что Донован рассказал тебе о документах.

— А о том, что я их видела, тоже знает?

— Нет. Я же говорил, Саманта, никто никогда этого не узнает. И понимаю, что был не прав, когда привел тебя туда.

— И на том спасибо.

— Ну давай я хотя бы познакомлю тебя с ним. Посмотрим, что он скажет. Пожалуйста! Ведь ничего плохого в этом нет, верно?

— Откуда мне знать?

— Да ты прекрасно все знаешь и понимаешь. Нет ничего опасного или выходящего за рамки в том, что ты встретишься с Джареттом Ландоном. Встреча будет носить сугубо конфиденциальный характер. К тому же и человек он очень интересный.

— Когда он хочет встретиться?

— Я ему позвоню. Послушай, я продрог до костей. Ты живешь поблизости?

— Недалеко, но ко мне нельзя. В квартире бардак. Мы собираем вещи перед отъездом.

— Ничего страшного. Два часа спустя Саманта входила в вестибюль гостиницы «Пенсильвания» на Пятьдесят пятой улице. Поднялась по лестнице на второй этаж, свернула влево и увидела Джеффа, сидящего в баре, — все, как договаривались. Не произнося на слова, он протянул ей клочок бумаги с надписью: «Номер 1926». Саманта развернулась и ушла, Джефф проводил ее взглядом, затем приблизился к лестнице и проверил, не заметил ли их кто. А Саманта вошла в лифт, поднялась на девятнадцатый этаж, потом надавила на кнопку звонка в номер. Через секунду дверь ей открыл высокий мужчина с густой копной седых волос и сказал:

— Приветствую, мисс Кофер, спасибо за оказанную мне честь. Позвольте представиться: Джаретт Ландон. Номер 1926 был огромен, с одной стороны располагалась гостиная. И ни единого признака молодой подружки. Через несколько минут после Саманты в дверь позвонил Джефф. Они устроились в гостиной и обменялись дежурными любезностями. Ландон предложил выпить, но его гости отказались. А потом он заговорил о работе Саманты по делу Райзера и не скупился на комплименты. Оказалось, что они с Донованом довольно долго обсуждали эту тему. Ландон с партнерами все еще спорили о том, стоит ли их фирме участвовать в этом деле, когда Донован пошел и подал исковое заявление в суд.