Зеленый король - Поль-Лу Сулицер

— Совершенно верно, — ответил тот.

— Однако, — продолжил Куинн, — у ваших кредиторов тоже возникли проблемы.

— Взносы плохо поступают, — сказал Левин. — Кризис.

— Кроме того, федеральное правительство, справедливо или нет, но обеспокоено тем фактом, что профсоюзные организации финансируют игорные заведения…

— … особенно принадлежащие людям, которых оно считает…

— … справедливо или нет, — вставил Куинн.

— … довольно подозрительными, — закончил Макгриди.

— Короче, — продолжил Куинн, — ваши кредиторы очень скоро предъявят вам, господа Мейер и Морген, векселя к оплате. Для вас, господин Морген, эта сумма составит приблизительно миллион четыреста восемьдесят три тысячи шестьсот двадцать два доллара и пятьдесят три цента, включая проценты. Господин Мейер, ваша цифра — примерно два миллиона девяносто четыре тысячи пятьсот семьдесят один доллар ровно, включая проценты.

— У нас есть друзья, — возразил Морген, глаза его горели яростью и ненавистью.

— Действительно, поговорим об этих друзьях, — улыбаясь, подхватил Макгриди.

Он достал из черной папки один листок, а Куинн взял другой.

— Фредерик Морген, родился 14 марта 1912 года в Нью-Йорке В 1936 году приговорен к двухлетнему тюремному заключению за вооруженное нападение. 11 августа 1939 года убил человека по имени Чарли Бейзл. Приговорен к двенадцати годам…

— Я не Фредерик Морген.

— Вы его брат. И комиссия Кифауэра семь лет назад обвинила вас в том, что вы брали деньги не только у своего брата, но и у двух других лиц, а упомянутая комиссия определенно установила, что эти люди основные свои доходы получали от сутенерства.

— Доказательств нет. Меня не привлекали к суду. Не выносили приговора.

— Разумеется, иначе вы не получили бы лицензию на содержание казино. Но у нас есть доказательства, которых не смогла представить комиссия Кифауэра, господин Морген. Счет 165746Х на имя Фрэнка Гребенхера в банке Роэл Британиа». Назвать вам даты вкладов и их размеры? Уверен, что следователи из американского сената будут счастливы узнать их…

— Господин Мейер! — сказал Куинн. — Теперь, кажется, ваша очередь.

— Но я могу и продолжить, — возразил Макгриди. — не еще есть что сказать господину Моргену. Например, та поводу некоей Лесли Мьюро, которую нашли мертвой…

— Я думаю, что господин Морген теперь все понял, — добродушно перебил его Куинн. — Господин Мейер! И он начал читать второй листок.

— Здесь говорится, господин Мейер, о вашем тесном сотрудничестве с неким Джоном Мэндрисом из Лос-Анджелеса. А также с Джо Баньа и Майком Леви. Вас чуть было не обвинили в убийстве, господин Мейер. И если бы не показания некоего Эдди Сейджа, калифорнийская полиция наверняка повнимательнее присмотрелась бы к тому, как вы проводили время в момент смерти Бэггси Сигела, достойного жителя Лас-Вегаса и известного создателя отеля-казино «Фламинго». Продолжать или нет, господин Мейер?

— Могу я взглянуть на эту бумагу?

— Конечно.

Мейер прочитал касающийся его машинописный текст. И остался невозмутим. Наконец он положил листок перед Куинном и пошел на свое место. Затем спокойно спросил:

— Кто ваш клиент?

— Человек по имени Генри Чане, — ответил Куинн. — Его порядочность вызывает даже меньше сомнений, чем порядочность покойного господина Сигела, к тому же он имеет большой опыт по части казино. И, разумеется, Комиссия по азартным играм выдала ему необходимый патент на содержание казино.

— И что он предлагает?

— Он оплачивает штрафы ваших кредиторов и платит шесть миллионов девятьсот семьдесят пять тысяч долларов. Наличными.

— Господин Морген, — вставил Макгриди, — что касается вас, предложение, по чистому совпадению, примерно то же: выверка всех счетов, оплата долгов и выплата пяти миллионов двухсот десяти тысяч.

— Наличными, — добавил Куинн.

— Дельные предложения, — продолжил Макгриди.

— И вы это знаете, — подхватил Куинн.

— Разумеется, у вас есть время обдумать их.

— И переговорить об этом, скажем, с вашими друзьями, из Лос-Анджелеса, — уточнил Куинн.

— Их имена, адреса и количество акций, которые они держат, указаны на этих вот листочках. Надо ли их читать?

— Незачем, — ответил Мейер.

— Срок переговоров — два часа, не больше, — закончил Куинн.

В десять часов сорок пять минут, то есть по плану, но с небольшим опозданием — так как Морген немного затянул процедуру, выдвинув контрпредложение о выплате пяти миллионов пятисот тысяч, которое было отвергнуто, — первые документы были подписаны. Мейер и Морген удалились вместе со своим маленьким штабом, не успевшим даже и слова произнести.

— Идите сюда, господин Левин, — подозвал Куинн. Макгриди схватил бумаги, которые протянул ему его ассистент, и начал читать: протокол соглашения предусматривал, что профсоюзы, официально представленные Моффаттом, получают полную сумму по «счетам», касающимся двух отелей-казино, принадлежавших прежде Мэнни Моргену и Солу Мейеру.

Взамен эти же профсоюзы совместно с Генри Чансом создают инженерно-техническую компанию, которая берет под свою опеку оба эти учреждения. Эта компания должна, помимо прочего, обеспечивать казино материальным и техническим оборудованием, налаживать продовольственное снабжение.

Для этого она заключит договора, тексты которых уже подготовлены, с различными компаниями и фирмами, самой крупной из которых будет некая «Яуа Фуд».

Документы были подписаны. Левин, Моффатт и О’Конноре тоже удалились.

Тогда Куинн повернулся к молодому человеку в темных очках с металлической оправой, скрывающих глаза:

— Зачем надо было дергать меня запиской, которую вы мне передали?

— Очень сожалею, — ответил молодой человек достаточно вежливо. — Я просто выполнял распоряжение господина Лернера.

Красная паюса попала наконец в руки Стива Пулаского в номер гостиницы «Пустыня» 16 сентября в четырнадцать часов.

Ее содержание ничуть не удивило адвоката польского происхождения. С первых минут, когда в своем кабинете в Детройте он услышал, как Моу Абрамович объясняет ему, чего ждут от него «клиенты», у Пулаского сложилось собственное мнение по поводу начинавшейся операции: это схватка между двумя крупными кланами преступного мира. Не обычными кланами, а другими, невидимыми, теми, что подкупают сенаторов и даже политических деятелей в Вашингтоне или за границей[51].