Если наступит завтра - Сидни Шелдон

Биарриц, расположенный на юго-западном побережье Франции, со временем потерял былое очарование и малость пообтрепался. Когда-то знаменитое казино «Бельвью» закрывалось, потому что здание нуждалось в ремонте, а казино «Муниципаль» на Рю Мазарган переоборудовали в помещения под маленькие магазинчики и танцевальную школу. Старые виллы на холмах имели довольно жалкий вид. Однако в сезон, продолжавшийся с июля по сентябрь, богатая и титулованная публика Европы продолжала стекаться в Биарриц, чтобы восторгаться азартными играми, погреться на солнышке и полюбоваться достопримечательностями. Те, кто не имел собственных вилл, останавливались в роскошном отеле дю Палас на авеню Императрицы. Последняя летняя резиденция Наполеона III, этот отель располагался на мысе, вдававшемся в Атлантический океан, одном из красивейших мест, ограниченном c одной стороны маяком, о который разбивались волны, а с другой стороны – хорошо обустроенным пляжем.

Однажды, в конце августа, французская баронесса Маргарита де Шантильи впорхнула в вестибюль отеля. Баронесса, молодая элегантная дама, с мягкими струящимися волосами, одетая в зеленое с белым шелковое платье от Живанши, сидевшее на ней так, что женщины завистливо оборачивались, а мужчины просто поедали ее глазами, подошла к портье.

– Пожалуйста, ключ. – У баронессы оказался приличный французский акцент.

– Пожалуйста, баронесса, – и он передал Трейси ее ключ и запись нескольких телефонных звонков. Когда Трейси направилась к лифту, морщинистый мужчина, резко отвернулся от витрины и столкнулся с ней, выбив из ее рук сумочку.

– О, дорогая, – он сказал. – Ужасно извиняюсь.

Он поднял сумочку и вручил ей.

– Пожалуйста, извините меня. – Говорил он с мягким среднеевропейским акцентом.

Баронесса Маргарита де Шантильи надменно кивнула и удалилась.

Лифтер препроводил ее в лифт и высадил на третьем этаже. Трейси занимала апартаменты под номером 312, выучившая наизусть, что часто местоположение в отеле так же важно, как и сам отель. На Капри, она занимала Бунгало 522 в «Куисисане». На Майорке – королевские апартаменты «Сон Вида», выходящие на горы и дальний залив, в Нью-Йорке – Тауэрсьют 4717 в отеле «Хелмсли Палас», в Амстердаме – номер 325 в «Амстеле», где можно было засыпать под мерные звуки воды канала. Апартаменты 312 в отеле дю Палас имели из окна чудесный вид на океан и город. Из каждого окна Трейси могла видеть волны, бьющиеся об утесы. Прямо под ее окном размещался детский бассейн, его синяя вода и серые воды океана сталкивались, перемешивались, сияя на солнце, рядом находилась огромная терраса с яркими зонтиками. Стены в апартаментах были обтянуты дамасским шелком сине-белой расцветки, с мраморными разводами, ковры и гардины цвета вялой розы. Деревянные двери и ручки покрылись патиной от времени.

Когда Трейси закрыла на ключ за собой дверь, она первым делом сняла блондинистый парик и стала массажировать голову. Баронесса считалась одним из лучших ее типажей. В Альманахе Готта имелось сотни титулованных особ, леди и герцогини, принцессы, баронессы и графини из более чем двух дюжин государств, книга оказалась просто неоценимой для Трейси, она давала полную информацию об истории их семей с именами родителей, детей, школ, домов, адресов их фамильных резиденций. Проще простого оказалось выбрать известную семью и стать дальней кузиной, особенно – богатой дальней кузиной. На людей всегда производили сильное впечатление известная фамилия, титул и деньги.

Трейси подумала о незнакомце, который налетел на нее в вестибюле отеля, и удовлетворенно улыбнулась. Итак, начало положено.

* * *

В восемь часов вечера баронесса Маргарита де Шантильи сидела в баре отеля, когда к ней приблизился мужчина, столкнувшийся с ней дНем. – Простите, – начал он застенчиво, – но я должен принести вам глубокие извинения за мою непростительную неловкость сегодня дНем. Трейси грациозно улыбнулась.

– Не беспокойтесь, все хорошо. Это была только случайность.

– Вы так добры, – и он нерешительно добавил, – я бы чувствовал себя увереннее, если бы смог вас угостить.

– Хорошо, если вам так хочется.

Он уселся рядом с ней.

– Разрешите представиться. Я профессор Адольф Цукерман. – Маргарита де Шантильи.

Цукерман кивнул бармену.

– Что вы пьете? – спросил он Трейси.

– Шампанское, но, возможно…

Он поднял руку.

– Я в состоянии угостить вас шампанским. И вообще, я могу позволить себе все в этом мире.

– Правда? – И Трейси слегка улыбнулась. – Как здорово!

– Да.

Цукерман заказал бутылку «боллингера», потом повернулся к Трейси.

– Вы знаете, нечто экстраординарное произошло со мной. Вообще-то, мне не стоило бы обсуждать это с незнакомыми людьми, но так трудно промолчать. Он придвинулся ближе и понизил голос.

– По правде говоря, я ведь простой учитель, или был им, до недавнего времени. Я преподавал историю. Конечно, интересно, вы понимаете, но не возбуждает.

Она внимательно слушала.

– Как я уже сказал, все шло скучно до некоторого времени.

– Могу я спросить, что же произошло несколько месяцев назад, профессор Цукерман?

– Я занимался исследованиями по Испанской Армаде, просматривал кипы книг, статей, которые могли бы заинтересовать моих студентов, и в архивах местного музея я случайно наткнулся на старый документ, который как-то попал к другим бумагам. Это было подробное описание секретной экспедиции, посланной принцем Филиппом в 1588 году. Один из кораблей, груженный золотом, попал в шторм и пропал бесследно – возможно.