Если наступит завтра - Сидни Шелдон

Дом Трейси был просто великолепен, он находился в одном из самых фешенебельных районов Лондона, там, где дома в Георгианском стиле прятались в тени частных парков. Няни в ярких униформах прогуливали детей вдоль тенистых аллей, раздавались веселые звонкие голоса, и в эти минуты Трейси вспоминала Эми.

Я потеряла Эми, думала она.

Трейси покупала овощи и заходила в аптеку на Элизабет-стрит, она восхищалась великолепными цветами, которые продавались около маленьких магазинчиков. Гюнтер Хартог отмечал, что Трейси отличалась милосердием и чутьем на хороших людей. Они познакомились с богачами, среди них попадались и герцоги, графы, она получила немало предложений руки и сердца – ведь женщина была богата, молода, хороша собой и выглядела такой беззащитной.

– Все считают вас завидной партией, – смеялся Гюнтер. – Вы создали себе великолепную жизнь, Трейси. У вас есть все, о чем только можно мечтать.

Действительно, она имела счета во всех европейских странах, дом в Лондоне, шале в Сент-Морице. Даже более, чем ей требовалось. За исключением того, чего не было, вернее кого не было в доме… Трейси постоянно думала о тех, кто у нее уже когда-то был – муже и ребенке. Возможно ли вновь это повторение? Она знала, что не сможет признаться какому-либо мужчине ни кто она есть на самом деле, ни о своем прошлом.

Она сыграла столько ролей, что не могла с уверенностью сказать, кто же она на самом деле, но одно знала твердо – никогда она не будет жить так, как однажды ей пришлось жить.

Все отлично, думала Трейси. Многие люди одиноки. Гюнтер прав. У меня есть все.

* * *

Трейси устроила вечеринку с коктейлем, первую с тех пор, как она вернулась из Венеции.

– Все идет отлично, – говорил ей Гюнтер. – Ваш вечер, как всегда, имеет потрясающий успех.

Трейси нежно улыбнулась в ответ.

– Благодаря моему крестному отцу.

– Кто сегодня приедет?

– Все.

Это «все» обернулось тем, что на вечеринку забрел один гость, которого Трейси меньше всего ждала. Она пригласила баронессу Ховард, приятную молодую наследницу, и, когда увидела ее в дверях, поспешила ей навстречу. Улыбка тут же увяла на ее губах, – рядом с баронессой стоял Джефф Стивенс.

– Трейси, дорогая, не могу поверить, что вы не знаете мистера Стивенса. Джефф, познакомьтесь с миссис Уитни, нашей хозяйкой.

Трейси холодно ответила:

– Как поживаете, мистер Стивенс?

Джефф взял Трейси за руку и неприлично долго жал ее.

– Миссис Уитни? – сказал он. – Конечно! Я был другом вашего мужа. Мы находились вместе в Индии.

– Как интересно! – воскликнула баронесса.

– Странно, но он никогда не упоминал ваше имя! – процедила Трейси.

– Неужели нет?! Удивительно. Интересный старый чудак. К сожалению, он слишком рано умер.

– О, и как же это случилось? – спросила баронесса.

Трейси буквально спалила Джеффа глазами.

– Ничего особенного.

– Как это ничего особенного? – не согласился Джефф. – Если я не ошибаюсь, то его застрелили в Индии.

– В Пакистане, – оборвала его Трейси. – И полагаю, я бы помнила, если бы мой муж упоминал вас. Как поживает ваша жена?

Баронесса с удивлением сказала:

– Вы никогда не говорили, что женаты, Джефф?

– Мы с Сесили развелись.

Трейси ехидно улыбнулась.

– Я имела ввиду Розу.

– Ах, ту жену.

Баронесса изумилась.

– Так вы были дважды женаты, Джефф?

– Нет, один раз, – легко ответил Джефф. – С Розой мы не зарегистрировались, были слишком молоды. – И он попытался отойти.

Трейси остановила его. – А где ваши близнецы? – Живут со своей матерью, – ответил он. Он посмотрел ей в глаза.

– Я даже не могу сказать, как мне приятно общаться с вами, миссис Уитни, но мы не можем больше монополизировать вас. – И подхватив под руку баронессу, ушел с ней прочь.

На следующее утро Трейси столкнулась с Джеффом на эскалаторе в универмаге «Хэрпод». Лестница была битком набита покупателями. Трейси выходила из вторых дверей, когда она сходила с эскалатора, то обернулась и сказала громким, чистым голосом:

– Между прочим, каким образом вы стали таким моралистом?

Тут двери захлопнулись, и Джефф остался на эскалаторе с незнакомыми людьми.

Этой ночью Трейси без сна лежала в постели и думала о Джеффе, смеясь. Он действительно просто очарователен. Конечно, он мошенник и подлец, но необыкновенно привлекателен. Интересно, какие отношения у него с баронессой? Хотя она отлично знала, какие это отношения.

Мы с Джеффом одного поля ягоды, думала Трейси.

Они никогда не смогут осесть и спокойно жить. Жизнь, которую они вели, была необыкновенно интересна, возбуждающая и имела отличное вознаграждение.

И она стала думать о своей следующей операции. Она должна провернуть ее на юге Франции. Возможно, возникнут проблемы. Гюнтер рассказал ей о том, что полиция уверена – орудует банда гангстеров. Трейси заснула с улыбкой на лице.

* * *

В гостиничном номере в Париже Даниэль Купер читал доклады инспектора Триньяна. Было уже 4 утра. Купер провел, изучая и анализируя данные, уже много часов. Некоторые из преступлений оказались хорошо знакомыми, другие – неизвестными. Как и говорил инспектор Триньян, все жертвы имели плохую репутацию. Прямо-таки не банда разбойников, а компания Робин Гудов, решил Купер.

Он почти закончил. Остались непрочитанными только три доклада. На первом листе одного из них значилось – Брюссель.

Купер открыл доклад и просмотрел его. Похищение из сейфа в стене драгоценностей на два миллиона долларов у мистера Ван Ризена, бельгийского биржевого маклера, имя которого мелькало в некоторых сомнительных финансовых делах.

Дом был пустой, его обитатели уехали в отпуск – и тут Купер уловил нечто, что заставило его сердце забиться быстрее. Он вернулся назад, к первому предложению, и начал перечитывать доклад, внимательно оценивая каждое слово. Это преступление отличалось от других одной значительной чертой – преступник совершил преступление, и, когда прибыла полиция, их встретила в дверях женщина в ночной рубашке. Волосы были накручены на бигуди и лицо густо намазано кремом. Она представилась гостьей семьи Ван Ризенов. Полиция приняла ее историю на веру, и когда, через некоторое время, решили проверить еще раз дом, то женщины и драгоценностей там уже не было.