Тушканчик в бигудях - Дарья Донцова

– Ваша мама попросила самое дешевое, грубое средство, чтобыкожу как теркой снимало, может, она вашей жене подарок сделать хочет? –предположила продавщица.

Я сам соединился с Николеттой и услышал слабый голосок:

– Ванечка, купи именно тот скраб, да, наш, отечественный,подешевле.

Желание оказаться побыстрее дома приняло характер мании,схватив упаковку с кремом, я ринулся к машине и вновь был остановлен звонком.

На этот раз я выслушал просьбу от Веры.

– Купи растворитель.

Проклиная все на свете, я порысил обратно, теперь в отделбытовой химии, окинул взглядом стройные ряды бутылей и начал выяснять у Веры,что ей надо.

– Удалить нежелательный цвет с натуральной кожи, – пояснилаона.

С трудом отыскав нужное средство, я положил его впластиковую корзинку к скрабу и вновь услыхал звонок. На этот раз на проводеоказался Николай.

– Ваняша, – ласково попросил он, – мне нужен…

– Скраб для тела!

– Нет.

– Растворитель?

– Нет, конечно, экий ты шебутной, хозяйственное мыло, такоесеро-коричневое. Видел когда-нибудь?

– Раньше встречал.

– Вот, пожалуйста, а еще марганцовка и… да ты запиши,остальное в аптеке.

– Николетта заболела?

– Совершенно здорова, с чего ты взял?

– Ну… а зачем лекарства?

– Я собрался приготовить целительную микстуру от усталости,– провозгласил Николай.

Я слегка успокоился:

– Значит, маменька в нормальном состоянии?

– Абсолютно, – заверил меня целитель.

– Нет бреда, температуры, жара, судорог?..

Николай кашлянул:

– Редко встретишь теперь взрослого мужчину, стольпривязанного к своей матери. Николетта в полном порядке, по-другому и быть немогло, она ведь живет сейчас по разработанной мною системе. Ты привези мыло илекарства поскорей.

Я пообещал вскоре все доставить, походил по торговомуцентру, отыскал аптеку, получил кулек с таблетками и пошел к машине. Скраб,растворитель, марганцовка и всяческие пилюли, из которых Николай собралсясделать панацею, можно доставить домой и позже, целитель успокоил меня,Николетта находится в добром здравии, а вот доктор Фаина, вполне вероятно,завершит рабочую смену и утопает из диспансера.

Интересно, почему очень многие места, связанные с бесплатныммедицинским обслуживанием, выглядят омерзительно? Обшарпанные стены, порванныйлинолеум, колченогие стулья в коридорах, равнодушные люди в белых халатах итолпа покорных больных, смиренно ждущих своей очереди.

Я подошел к окошку с надписью «Регистратура» и спросил:

– Доктор Шульгина в каком кабинете принимает?

Девушка, призванная давать ответы на вопросы, писала что-тов тетрадке, она даже не подняла головы, услыхав мой голос.

– Фаину Шульгину где можно найти? – повторил я попытку.

– Ну, блин, народ, – злобно воскликнула девица, – не видишь,я работаю! Не хрен меня дергать! Талончиков нет! Ступай домой. В среду новаязапись! Явился к обеду!

– Мне не на прием.

– Фигли тогда приперся?

Хамство юной особы изумляло. Давно не сталкивался с таким. Впоследний раз я имел дело с врачами в тот день, когда укладывал Элеонору вклинику, но в частной больнице был совсем иной антураж.

– И че стоишь? Отваливай! – загундосила девица.

– Скажите, где кабинет, в котором ведет прием Шульгина, –ледяным тоном потребовал я.

– Она не примет.

– Я не лечиться пришел.

Девица скривилась:

– Вот приставучий. Ладно, говори номер.

– Какой?

– Карты.

– Я не состою на учете в вашем диспансере.

– Тогда ступай в первую комнату и возьми квиток.

– Мне не лечиться.

– Поняла уже, не фига одно и то же талдычить. Сходи в первуюрегистратуру, получи пропуск, вернись сюда, скажи номер…

– Лишь хочу узнать, где принимает Шульгина!

– Не могу давать справки посторонним! – рявкнула девица иснова застрочила в блокноте.

Поняв, что проиграл, я пошел по коридорам, решив сам найтикабинет Фаины, но уже у третьей двери понял, что занимаюсь пустым делом. Нанекогда белых, а теперь обшарпанно-серых дверях отсутствовали опознавательныезнаки, тут не было табличек с фамилиями или номерами. Оставалось удивляться,каким образом больные отыскивают нужного врача.

Вздохнув, я вернулся к входу, огляделся и заметил небольшуюарку, а за ней дверь, на которой красовалась намалеванная синей краскойкособокая цифра 1. Внутри комнатушки сидела баба непонятного возраста. Услыхавмою просьбу, она протянула:

– Ну… нет. Приходите завтра.

– Почему?

– На сегодня талоны кончились.

– Послушайте, мне всего лишь требуется узнать, в какомкабинете принимает Шульгина! Я совершенно здоров, никогда не состоял на учете ввашем диспансере и вообще явился сюда по служебной необходимости! Вот! –вскипел я.

Баба уставилась на удостоверение, потом разинула рот ивыдала совсем не то, что я ожидал.

– Сведения правоохранительным органам предоставляются лишьпосле запроса, оформленного по всем правилам!

Я набрал в легкие побольше воздуха, и тут послышался вой сирены.

– Это что? – вздрогнув от неожиданности, воскликнул я.

– Обед, – спокойно сообщила бабища.

– Но мне…

– Прием закончен.

– Послушайте…

– Подходите после перерыва!

– Комната Шульгиной…

– Сведения получите после официальной бумаги.

– Ладно, я прибыл как частное лицо, Шульгина…