Скелет - Кэти Райх

— В которой говорилось, что я еду в Южную Каролину. — Слайделл сопоставил это с твоей остротой о похоронах, и они с Ринальди рванули в Ланкастер. Прибыли как раз в то время, когда гремучник представлялся тебе. Вулси была с ними, и она отвезла тебя в больницу, практически загнала свою патрульную машину через двери приёмного отделения, сказал Худой. — Хм. — И он также позвонил мне из больницы, чтобы сообщить мне. — Хм. — И он признал, что был неправ насчёт Тамелы. — Признал? — Отнёс семье хризантему. — Худой сделал это? — Жёлтую. Совершил специальную поездку в Wal-Mart за ней. Худой отнёс Гидеону Бэнксу растение. Хм. — Я думаю, я была довольно сурова к Худому. Я ненавижу признавать это, но парень действительно хороший коп. Улыбка пощекотала рот Райана. — Как насчёт агента Казинса? — Ладно. Может быть, я недооценила Казинса. Во всяком случае, Кэти никогда не ездила в Мертл-Бич с ним. — Где она была? — Провела несколько дней в Эшвилле с Питом. Она не потрудилась сказать мне, потому что была раздражена моим давлением на неё по поводу электронных писем Мрачного Жнеца. Но это не имеет значения, во всяком случае. Кэти позвонила из Шарлоттсвилля этим утром, вся в восторге от какого-то студента-медика по имени Шелдон Сиборн. — Ах, непостоянная молодость. Мы с Райаном устроились обратно за чтением. С каждой страницей я осознавала, насколько наивной была моя вера в Зелёное Движение. В моменты моё отвращение закипало. Один такой момент наступил вскоре. — Ты знал, что более девяти миллионов черепах и змей были экспортированы из Соединённых Штатов в 1996 году? Райан уронил свою книгу на грудь. — Готов поспорить, ты можешь подумать о паре, которые ты хотела бы, чтобы были среди них. — Слышала когда-нибудь о Фонде Разведения Дикой Природы в Неволе в Аризоне? — Нет. — Их лозунг: «Когда черепахи будут вне закона, только у преступников будут черепахи». — Это идиотизм, который напоминает о себе. — Эти добропорядочные граждане будут рады продать тебе пару галапагосских черепах за восемь-десять тысяч баксов. Ты можешь взять воробья, поместить его в список исчезающих видов, и какой-нибудь придурок заплатит за него две тысячи. — Есть СИТЕС, — сказал Райан. — И Закон об Исчезающих Видах. — Защита на бумаге, — сказала я с презрением. — Слишком много лазеек, слишком мало исполнения. Помнишь рассказ Рэйчел Менделсон о ара Спикса? Райан кивнул. — Послушай это. — Я процитировала из статьи, которую читала. — «В 1996 году Гектор Угальде признал себя виновным по федеральным обвинениям в заговоре в Бразилии за контрабанду гиацинтовых ара». — Я подняла глаза. — Угальде получил три года условного срока и штраф в десять тысяч долларов. Это действительно остановит его. Бойд подошёл и положил свою морду мне на колено. Я погладила его по голове. — Все знают о китах, и пандах, и тиграх, и носорогах. Эти животные сексуальны. У них есть фонды и толстовки, и плакаты. Бойд проследил за куликом-песочником глазами, подумал. — Пятьдесят тысяч растений и животных вымирают каждый год, Райан. В течение полувека четверть мировых видов может исчезнуть. — Я махнула рукой в сторону океана. — И это не только там. Треть всех растений и животных США находится под угрозой исчезновения. — Вдохни. Я вдохнула. — Послушай это. — Я возобновила чтение, выбирая отрывки. — «По меньшей мере четыреста тридцать лекарств, содержащих восемьдесят исчезающих и находящихся под угрозой видов, были задокументированы только в Соединённых Штатах. По меньшей мере треть всех запатентованных восточных медицинских товаров, доступных в Соединённых Штатах, содержат охраняемые виды». Я подняла глаза. — Незаконная торговля желчными пузырями чёрного медведя только в Калифорнии оценивается в сто миллионов в год. Подумай об этом, Райан. Унция на унцию, медвежий желчный пузырь стоит больше, чем кокаин, и мешкоголовые, как Дортон и Парк, знают это. Они также знают, что получат пощёчину по запястью, если их поймают. Я покачала головой с отвращением. — Оленей убивают за их бархат рогов. Сибирских тигров охотят за их кости и пенисы. Морских коньков убивают, чтобы помочь мужчинам отрастить волосы. — Морских коньков? — Носорогов расстреливают, убивают электрическим током и загоняют в ямы, выстланные заточенными бамбуковыми кольями, чтобы мужчины в Йемене могли делать рукоятки для кинжалов. В мире осталось всего несколько тысяч носорогов, Райан. Господи, ты можешь зайти в Интернет и купить копчёные лапы гориллы. Райан встал, присел на корточки у моего стула. — Ты очень сильно чувствуешь это. — Меня это тошнит. — Я позволила своим глазам переместиться к глазам Райана. — Склад шести метрических тонн слоновой кости был изъят в Сингапуре в июне прошлого года. Теперь группа южноафриканских стран говорит о том, чтобы отменить запрет на торговлю слоновой костью. Почему? Чтобы люди могли делать украшения из слоновьих бивней. Каждый год японцы забирают сотни китов для исследований. Да. Точно. Исследования, которые заканчиваются на рынке морепродуктов. У тебя есть представление о длительности эволюционного процесса, который создал животных, которые у нас есть сегодня, и короткости времени, необходимого, чтобы убить их? Райан взял моё лицо обеими руками. — Мы помогли что-то сделать с этим, Темпе. Парк и Тайри понесут наказание. Больше медведей или птиц не будут умирать из-за них. Это не много, но это начало. — Это начало, — согласилась я. — Давай продолжим. — Глаза Райана были синими, как Атлантика, и устойчивыми на моих. — Ты и я. — Ты имеешь это в виду, Райан? — Имею. Я поцеловала его, обернула руки вокруг его шеи и прижалась щекой к его. Освободившись, я вытерла песок с его лба и вернулась к своему чтению, стремясь найти место, с чего начать. Райан взял Бойда на пробежку по пляжу. В ту ночь мы ели креветки и краба на доках у Шем Крик. Мы гуляли в прибое, занимались любовью, затем заснули, слушая вечный океан Райана.

Из Судебных Досье

Доктора Кэти Райкс

По юридическим и этическим причинам я не могу обсуждать ни одно из реальных дел, которые могли вдохновить роман «Bare Bones» (Голые Кости), но я могу поделиться с вами некоторыми случаями из практики, которые легли в основу сюжета.

Месье

Ориньяль

Шекспир говорил об «ужаснейшем убийстве» (Гамлет, 1.5), но не все случаи в судебной антропологии являются результатом насилия.

В мою лабораторию попадают самые разные кости: трофейные черепа, контрабандой