Завет лихого пацана - Евгений Сухов

Прижавшись спиной к стене, Вероника смотрела прямо перед собой. В этот момент она показалась Никите абсолютно беззащитной. Девушку хотелось притянуть к себе, приласкать, но по-прежнему мешало присутствие деда.

— Дед, мне бы с Вероникой поговорить.

Куприянов хмыкнул и обиженно прогудел:

— А дед, стало быть, тебе теперь больше и не нужен?

— Нет, но…

— Ты послушай меня внимательно. Пока ты на улице топтался, я тут с Вероникой переговорил. Уходить вам надо! Не дадут вам здесь жизни, это точно.

— А Вероника согласна? — с надеждой взглянул Никита на девушку.

— Да, — сказала она спокойно.

— А я уже вслед за вами. У меня во Владивостоке остались кое-какие связи, вас там укроют на первое время.

— И когда же мы поедем?

— А чего тянуть-то? Послезавтра и тронетесь.

— Вот только камни…

— А ты не переживай, они у меня, — просто объявил дед.

— Ты это серьезно? — не поверил Никита.

— Внучок, разве я тебя когда-нибудь обманывал? — Не дожидаясь ответа, дед добавил: — Ну вот видишь! А ты не переживай. Алмазы будут ждать тебя на месте. Ладно, пошел я, у меня еще масса дел. А вы тут милуйтесь!

Кивнув на прощание, Куприянов шагнул за порог.

Это называется оперативный эксперимент. И то, что без него не обойтись, Яковлев понял после первой же беседы с Никитой. Мальчишка был непростой, но до таких крупных операций с алмазами он явно не дотягивал. Здесь нужен острый ум, умеющий мыслить масштабно, натура со значительной долей риска и разумного авантюризма. Для столь щекотливого дела идеально подходил Куприянов с его колоссальным опытом разведчика. Но где он находился в данное время, установить было невозможно. Степан Иванович превратился в тень, смешался с атмосферой. Но в действительности в этом не было ничего мистического, он был вполне осязаем. Нужно только уметь распознать его. Алмазы находятся именно у старика. Отыскать их можно было только в том случае, если узнать, где скрывается Куприянов.

Единственный способ вычислить его логово, так это рискнуть и пойти на оперативный эксперимент — выпустить Зиновьева и ждать, когда дед выйдет с ним на связь.

А уж затем можно будет добраться и до алмазов.

Такую разновидность эксперимента Яковлев называл ловлей на живца. Остается только сидеть в кустах и спокойно дожидаться, когда крупный хищник подплывет поближе, чтобы заглотить приготовленную приманку.

Имелся, конечно, риск, что Никита, проявив недюжинную расторопность, скроется, а потому важно, чтобы эксперимент с самого начала был под строжайшим контролем, для чего следовало приставить к нему опытного соглядатая. Филер должен уметь действовать ненавязчиво и фиксировать каждый шаг своего подопечного.

Поначалу все складывалось точно так, как и предполагалось. Ошалев, парень бесцельно шатался по городу, совершенно не зная, как следует распорядиться неожиданной свободой. Филер скучал и, двигаясь от объекта на значительном расстоянии, предполагал, что ничего интересного не произойдет.

Через какое-то время группа вдруг забеспокоилась — от наблюдателя перестали приходить сообщения. А еще через час он дал знать о себе по мобильному телефону, заявив, что находится в лесу, далеко за городом. Причем он совершенно не мог объяснить, каким образом оказался за сорок километров от того места, откуда послал свое последнее сообщение. А это означало одно: операция провалилась. За это время Никита Зиновьев мог встретиться с дедом, который должен передать сведения об алмазах. Не исключено, что в это самое время они уже готовятся выехать куда-нибудь.

Генерал-майор Яковлев уже хотел отдать приказ на перехват, как неожиданно зазвонил телефон. По этому номеру его могли беспокоить только оперативные агенты, и если его не оказывалось, то они надиктовывали свои сообщения на автоответчик.

— Слушаю, — поднял Яковлев трубку.

— Это Вероника. Спасибо.

— За что?

— За то, что вы все-таки выполнили мою просьбу.

— Какую? — не понял Яковлев.

— Ну, выпустили Зиновьева.

— Ах, это… Мне было не трудно сделать это. Только где он сейчас?

— Он приходил ко мне.

— Рассказывай, — потребовал генерал-майор.

— Пробыл недолго, потом сослался на какие-то дела и ушел. А перед ним появился Куприянов, сказал, что передаст алмазы позже.

— Когда позже?

— Как только мы будем готовы к отъезду.

— Ты умница. Все идет по плану. Держи меня в курсе.

— Хорошо. У меня к вам есть еще одна просьба, Виктор Ларионович.

— Ну что ты будешь делать с этими женщинами! Выкладывай! — бодро отозвался генерал.

— Вы только Никиту, пожалуйста, не трогайте.

— Договорились, — вздохнув, пообещал Яковлев.