Я тебя урою - Владимир Колычев

Нельзя сказать, что Степан очень соскучился по своей работе. Но чертовски приятно было поговорить со своим другом и замом по совместительству, Федотом Комовым.

– Степаныч, есть информация. Тебе как, под диктовку или факс выслать?

– Выслать факс можно, только принять его нечем.

Не было у Степана телефакса. Не успел обзавестись. Да и не нужен он был, в общем-то.

– Можно по электронной почте, – предложил вариант Комов.

– Что, большой объем?

– Да не так чтобы очень, но кое-что...

Ноутбук у Степана был, и доступ к Интернету тоже.

– Хорошо, давай по электронке... Но сначала на словах.

– Тогда слушай... Мамаева Оксана Валерьевна, семьдесят седьмого года, место рождения – город Орехово-Зуево, Московской области... В девяносто восьмом году привлекалась по сто тридцать третьей статье – понуждение к действиям сексуального характера... Шесть месяцев провела в следственном изоляторе номер шесть, была осуждена на год лишения свободы, но сразу же попала под амнистию... В общем, тут выписки из личного дела, характеристики...

– Хорошо, скинешь по почте. Что там еще?

– Угорский Ерофей Макарович, семьдесят восьмого года рождения. Этот из Владимирской области. В девяносто восьмом привлекался по сто двенадцатой статье – нанесение вреда здоровью средней тяжести. Человека избил. Из хулиганских побуждений. В общем, драка в ресторане. До суда дело не дошло. Потерпевший забрал заявление, на этом все и заглохло...

– Еще что?

– Капустин Вячеслав Иванович, семьдесят шестого года...

– Этот за что привлекался?

– Та же статья, что и у Мамаевой, сто тридцать третья. Привлекались по одному и тому же делу, в одно и то же время. Правда, сидели в разных изоляторах...

– Ясно. Значит, они еще до ареста хорошо знали друг друга.

– Выходит, что так... А Капустин и Угорский друг друга до ареста не знали. Но сидели в одном изоляторе и, как я выяснил, в одной камере. Там и познакомились...

– Интересно, очень интересно...

Не зря Степан снял отпечатки пальцев предполагаемых преступников, не зря отправил их в Москву, в свой отдел. Федот Комов очень серьезно отнесся к поставленной задаче. И результат налицо.

– Что там еще?

– Больше ничего. Остальные отпечатки пальцев идентифицировать не удалось.

Это означало, что ни Бурлыга, ни его подруга Вика приводов в милицию не имели, отпечатков пальцев у них не снимали.

– Ну да ладно. И без того много накопал. Спасибо!.. Да, кстати, ты не можешь выяснить, кто еще проходил с Мамаевой и Капустиным по их делу?

– Ну почему не могу? Могу... Так, сейчас, где-то у меня записано... Так, Брадобрей Павел Антонович, Дынина Ольга Васильевна, Шумов Игорь Алексеевич...

Павел Антонович... Ольга Васильевна... Степан вспомнил фразу Ольги Савчук. «Когда Павлика арестовали, меня тоже привлекли...» А судя по ее же словам, ее Павлик содержал целую сеть подпольных борделей... Его арестовали, а ее привлекли... По той же примерно статье привлекали Славу и Оксану...

Комов говорил сейчас о Дыниной Ольге Васильевне. Но ведь Ольга могла проходить по делу под фамилией своего первого мужа... Раньше была Дыниной, а сейчас – Савчук, жена рейдера Дмитрия Савчука... Если так, то Ольга проходила по одному и тому же делу вместе с Вячеславом Капустиным и Оксаной Мамаевой. Если так, то она знала их еще до знакомства с Дмитрием. Скорее всего, она и свела их со своим мужем. К их компании добавился еще и Ерофей Угорский, он же Ероха...

– Степаныч, ты чего молчишь? – спросил Федот. – Задумался?