Это не мое дело - Джеймс Хедли Чейз

– Кто это в такую рань?

– Вас спрашивает инспектор Корриган, – ответил мне портье.

– Ладно, пусть поднимется ко мне.

У Корригана был усталый вид.

– У меня встреча с начальством через полчаса, – сказал он. – К вам я пришел, чтобы сообщить последние новости. Первым делом о пистолете. Он принадлежит типу по имени Питер Уотерли, лейтенанту американской армии. Он уже уехал, но мы обратились к командованию американской армии с просьбой разыскать его. Может быть, он был знаком с Неттой Скотт и подарил ей этот «люгер». Что касается санитарной машины, то мы ее нашли. У нас имеются приметы водителя, но любой молодой человек может соответствовать им. Куда девали труп и для какой цели его украли? Вот то, что я не в силах понять.

– Но ведь должно же быть какое-то разумное объяснение всему этому?

Я вызвал коридорного и распорядился принести завтрак.

– Если это только не фарс дурного тона… – Корриган пожал плечами. – В конце концов мы все выясним. – Он взглянул на часы. – Давайте выпьем кофе. Времени уже почти нет.

Пока я разливал кофе, он продолжал:

– Я приказал проверить те ценные бумаги, и они оказались фальшивыми. Вот что дает пищу для всевозможных предположений. Для чего молодая женщина прятала фальшивые бумаги в своей квартире?

– На этот счет у меня нет никаких соображений, разве что ей кто-то дал эти бумаги и она считала их настоящими, – ответил я. – Правда, я уже давно не видел Нетту Скотт. Возможно, она связалась с подозрительными людьми, хотя меня это удивляет.

– Я не придерживаюсь вашей точки зрения, – проворчал Корриган. – Кольцо с бриллиантом, найденное вами, имеет свою историю. Оно находится в списке вещей, украденных несколько недель назад. Хозяйка этих драгоценностей Ширли Алби опознала это кольцо. Как вы думаете, каким образом Нетта Скотт стала его обладательницей?

– Может быть, ей его подарили? – Я растерянно покачал головой.

– Тогда почему она спрятала его на дне баночки с кремом? – спросил Корриган, приканчивая свой кофе. – Весьма странное место для украшения, если у тебя спокойная совесть. Вам не кажется?

Я вынужден был согласиться с ним.

– Рано или поздно, но мы это выясним, – продолжал Корриган. – Но все же я не считаю, что вновь вскрывшиеся обстоятельства опровергают версию о самоубийстве.

– А я считаю! Скорее всего от нее избавились, как от нежелательного свидетеля! Если вы дадите себе труд воспользоваться тем предметом, на который одеваете шляпу, я в две минуты докажу, что это не самоубийство.

Он бросил на меня хмурый взгляд и направился к двери.

– Боюсь, что у меня не хватит времени. Многое еще нужно сделать, а доморощенные гипотезы дилетантов не очень интересуют меня. Лучше доверьте это дело мне, в чьей оно компетенции.

– Вероятно, бывают моменты, когда миссис Корриган очень гордится вами, – саркастически заметил я. – Вот таким, например, как сейчас.

– Я холостяк. Огорчен, что разочаровал. К сожалению, мне нужно идти. Видимо, сегодня я не смогу подвезти вас к Анне Скотт. Дело приняло официальный оборот. Нельзя позволять американским журналистам шарить по нашей стране.

– О'кей, если вы рассматриваете вещи под таким углом, не будем больше касаться этой темы.

– Вы можете рассчитывать на меня, – с едкой улыбкой сказал Корриган, бесшумно выходя из комнаты.

Некоторое время я был слишком ослеплен гневом, чтобы здраво соображать, потом немного успокоился и подсел к телефону. В бюро проката машин сообщили, что автомобиль будет примерно через двадцать минут. Я выкурил две сигареты, немного подождал и спустился вниз. Из бюро мне прислали «бьюик». Отозвав в сторону портье, я спросил, как лучше всего добраться до Лакхейма. Он ответил, что это в нескольких километрах от Хоршема, и посоветовал выехать из Лондона через мост Путни в направлении Кингстона.

Несмотря на свой почтенный возраст, «бьюик» шел хорошо, и мне потребовалось лишь пятнадцать минут, чтобы достигнуть Фалхем-роад. Проезжая мимо крытого стадиона, указанного портье в качестве ориентира, я заметил, что за мной следует старый «стандарт». Я был почти уверен, что видел его позади себя на Клейн-бридж. Я не особенно встревожился, но на пути к Путни-бридж снова увидел его. События прошлой ночи сделали меня несколько нервным, и я всерьез забеспокоился. Машина была закрытого типа, и я не мог рассмотреть лица водителя. Доехав до Кенг-стрит, я затормозил перед красным светофором. «Стандарт» остановился позади. Нужно было проверить, действительно ли мужчина, сидящий за рулем этой развалины, преследует меня. Если это так, необходимо отбить у него охоту к подобным вещам. Сначала я подумал, не послал ли Корриган одного из своих фликов последить за мной. Но потом решил, что это маловероятно. У моего «бьюика» был более мощный двигатель, чем у старого «стандарта». Едва только вспыхнул зеленый свет, я со скоростью болида рванул с места и помчался в сторону моста Путни. На спидометре было порядка 90 миль в час. Люди с удивлением смотрели на мою машину, но, поскольку дорожная полиция отсутствовала, мне было наплевать на это. Я выжимал из машины все, что смог, и на вершине косогора сбавил ход, чтобы полюбоваться на далеко отставший «стандарт». И тут меня едва не хватил удар: преследователь находился всего в двадцати метрах позади. И все же я не был до конца уверен в его намерениях. Тип за рулем вполне мог попытаться доказать мне, что у него тоже хороший мотор. Я продолжил путь, а «стандарт», не отставая, шел сзади. Скоро мне это надоело. Я остановился на краю дороги и уставился на «стандарт», вихрем промчавшийся мимо меня. Вот теперь я смог различить водителя. Без сомнения, это был тот самый тип, который вчера вечером пытался проломить мне голову. Вероятно, он очень злился сейчас, не зная, как поступить. Я бы на его месте остановился. И действительно, проехав метров двести, «стандарт» резко затормозил. Теперь не оставалось сомнений, он за мной следит. Я вышел из машины, вынул карандаш и на обрывке старого конверта записал номер машины. Пора было отплатить этому типу за тот удар, которым он наградил меня вчера. Я тронул «бьюик» с места, поравнялся со «стандартом» и резко затормозил. Прежде чем этот подонок сообразил, что происходит, я вышел из машины.

– Послушай-ка, старина, – с улыбкой начал я. – Меня не очень устраивает твоя привязанность ко мне. – Говоря это, я достал из кармана перочинный нож и открыл его . – Огорчен, что заставляю тебя немного поработать.

Он сидел и только изумленно пялился на меня, похожий на злого хорька. Я нагнулся и воткнул нож в покрышку. Воздух со свистом вышел из камеры.

– Теперь шины не такие прочные, как раньше, не правда ли, малыш? – Закрыв нож, я положил его обратно в карман. – Надеюсь, ты сумеешь заменить колесо. А теперь извини, у меня важное свидание.

Слова, которыми он обозвал меня, могли вывести из себя самого спокойного человека, но на сей раз у него были к тому основания.

– Если тебе удастся отыскать еще один домкрат, мы сможем устроить маленькую дуэль, – предложил я.