Тени с бульвара Ирисов - Лия Виата

Памела поджала губы и с таким сочувствием посмотрела на него, что ему стало не по себе. Деньги, впрочем, она взяла и, попрощавшись, ушла. Итан затащил пакеты в дом и, не разбирая их, направился к плачущей навзрыд Лив.

– Привет, маленькая хулиганка. Ты в курсе, что от тебя только что очередная няня сбежала? – нежным голосом спросил он, беря дочь на руки.

Она лишь ещё пуще расплакалась. Итан спустился с ней вниз, нашёл мазь, намазал ей дёсны и измерил температуру. Градусник показал 98,9 по Фаренгейту[2].

– Небольшая температура всё же есть. Будем лечить, – сказал он сам себе, дал дочери сироп и начал укачивать её на руках, одновременно пытаясь в несколько заходов разобрать пакеты.

Лив потихоньку успокоилась. Она перестала кричать, а потом сладко зевнула. Её яркие зелёные глазки стали совсем сонными. Он поцеловал дочь в лоб и отнёс в колыбель, где она благополучно уснула.

Около дома остановился красный «Феррари». Итан спустился вниз и обнаружил свою жену у холодильника.

– Ты ел? – почти одними губами, чтобы лишний раз не шуметь, спросила она. – Доротея сделала твою любимую лазанью.

– Ещё не успел. Думал поужинать вместе, – так же тихо отозвался он.

Стараясь не греметь и не разбудить Лив, они осторожно погрели еду и накинулись на свои порции так, будто целый день ничего не ели. Когда тарелки опустели, Пенелопа и Итан решили посмотреть фильм, устроились на диване, обнялись и сразу оба уснули.

Спустя два часа их разбудил телефонный звонок. Лора, захлёбываясь слезами, выдавила из себя лишь два слова:

– Нестор умер.

Итан мало общался с бывшим главой следственного отдела, но знал, насколько тот был дорог Пенни. Он прижал жену к себе, заметив, что по её щекам потекли слёзы. Она схватилась за мужа, как утопающий за спасательный круг, и уткнулась лицом в его рубашку. Итан начал мягко гладить её по спине.

– Всё будет хорошо. Ты справишься. Ты сильная. Нестор прожил отличную жизнь. Он был замечательным человеком. Ему будет легче там. Он ушёл без боли и страданий. Разве не о таком конце мечтают многие? – начал он сбивчиво успокаивать Пенни, чтобы хоть чем-то заполнить тишину.

Пенни ничего ему не ответила. Сейчас она казалась такой хрупкой, что сердце Итана сжалось. В последние годы на его жену свалилось слишком много разных испытаний. Другая девушка на её месте давно бы сдалась или просто сломалась, но она держалась. Он прижал Пенни к себе ещё сильнее, мысленно дав обещание стать её опорой и в этом очередном тяжёлом испытании.

Глава 6

Пенелопа

Пенелопа крепче сжала в руках стакан с горячим кофе, из которого не сделала ни глотка. Она ощущала себя скорее мёртвой, чем живой. Утром она на автомате оделась, доехала до работы и опустилась в своё кресло. Ароматный крепкий кофе ей всучил добродушный Боб. Он всеми силами пытался отвлечь её от мрачных мыслей, но ничего не помогало.

Нестор умер. Её друг, заменивший отца в наиболее сложный для неё период жизни – во время адаптации в незнакомом месте, – мёртв. Она больше никогда не сможет спросить его совета или отругать за излишнюю любовь к курению. Не услышит его голоса и нравоучений о правильном сне и питании в ответ. От мыслей об этом Пенелопа чувствовала дикую потерянность и пустоту внутри. Глубоко в душе она знала, что справится с этим и сможет жить дальше, но сейчас скорбь полностью охватила её и не желала отпускать.

Лора на работу не вышла, поскольку им с Саймоном предстояло забрать из аэропорта тело почившего и доставить его в морг Сент-Ривера. Похороны назначили на послезавтра. Скоро Пенелопа сможет увидеть своего второго отца в последний раз. Хотя можно ли вообще продолжать относиться подобным образом к бездушному телу в гробу?

Кто-то щёлкнул пальцами прямо у её носа, заставив вздрогнуть и поднять голову. Клейтон одарил её таким взглядом, будто получил вместо подарка на день рождения ветку с кустарника за окном.

– Мисс Стилсон, не расскажете ли мне, где шляются ваши сотрудники? – презрительно спросил он, кивнув в сторону стола Лоры.

– У неё свёкор вчера умер. Она взяла несколько неоплачиваемых дней, – механически ответила Пенелопа и подвинула к Клейтону бумажку, которую сама же и написала за Лору час назад.

Начальник взял её в руки, прочитал, нахмурился и положил обратно.

– Тогда, может, вы уточните мне, почему сегодня все выглядят так, будто у них тоже кто-то умер? – не отставал он.

Пенелопа открыла рот, но слова застряли в горле. Думать, что Нестор мёртв, – одно, а произнести это вслух – другое. Клейтон поднял одну бровь. Пауза неожиданно затянулась.

– Извините, что влезаю в разговор, но отец мужа Лоры – это Нестор Чериез. Он раньше работал в участке. Очень многие его любили, – сказал Боб и опустил голову.

– А, так вот в чём дело. Нашли, значит, причину не работать. – Клейтон скривил губы.

В голове Пенелопы что-то щёлкнуло, переключив её из состояния меланхолии в режим яростной фурии.

– Не смейте при мне говорить нечто подобное. Нестор был для всех нас не только коллегой, но ещё другом и отцом. Он проработал в участке много лет. Вы не можете сейчас закрыть глаза на его заслуги перед Сент-Ривером, – процедила она и посмотрела начальнику в глаза.

На пару мгновений опустилась тишина. Они со Стервятником сверлили друг друга взглядами, не желая один другому уступать. В итоге Клейтон фыркнул.

– Хандрите сколько хотите, но на работе это отражаться не должно. Хорошего вам дня, – в итоге сказал он и ушёл.

Злость Пенелопы сдулась, как проткнутый иголкой воздушный шарик, голова начала нещадно болеть. Пенелопа склонилась над столом и закрыла глаза.

Она снова оказалась на том же кладбище. Пахло сыростью и разложением. Туман неприятно холодил кожу. Пространство разрывал странный противоестественный звук. Скрип-скрип.

Пенелопа пошла в ту сторону, откуда он раздавался, пытаясь понять, что он ей напоминает. Скрип-скрип. Точно. Так звучат старые ржавые качели.

Из тумана выплыла огромная облезлая ива с ветвями до земли. К самой большой и толстой её ветке кто-то прикрепил верёвочные качели, на которых сидела девочка. Она отклонилась назад, затем вперёд и, когда долетела до ближайшей могилы, оттолкнулась ногами от лежащего рядом с ней камня. Скрип-скрип.

Пенелопа подавила внутреннюю дрожь и подошла ближе. Девочка казалась ей смутно знакомой. Малышка заметила её и растянула губы в улыбке, широкой и кровожадной.

– Давно не виделись. Ты скучала