Кольцо Соломона - Михаил Палев

– Как это «загадочным образом исчезнув»? – удивился Тавров.

– А так: как будто в воздухе растворились! – пояснил Леша.

Он щелкнул мышкой, открыв следующий документ.

– Вот как описаны эти события в рапорте командира оперкоманды 2а СС-штурмбаннфюрера доктора Хубига своему непосредственному начальству, начальнику айнзатцгруппы А СС-оберфюреру доктору Пифрадеру.

«Секретно!

29 июня 1943 года, город Порхов,

штаб оперкоманды 2а

Начальнику айнзатцгруппы А,

город Минск, Генеральный комиссариат Вайсрутения

ДОНЕСЕНИЕ

О РЕЗУЛЬТАТАХ РАССЛЕДОВАНИЯ ИСЧЕЗНОВЕНИЯ

КОМАНДЫ БЕХЕРА

В соответствии с приказом № 32 по оперкоманде о проведении операции по уничтожению бандитской группировки, дислоцирующейся в лесном массиве у деревни Донце, в 5 часов утра 7 июня 1943 года из Порхова вышла специально сформированная команда Бехер в составе:

15 человек из взвода СС-унтерштурмфюрера Шульца, приданного оперкоманде 2а;

10 человек бронеавтомобильного подразделения 10-го полицейского полка;

10 человек из служащих вспомогательной полиции;

7 человек из пулеметного взвода 37-го эстонского полицейского батальона.

Командир – СС-оберштурмфюрер Вальтер Бехер.

Согласно плану операции в 8 часов утра подразделения 37-го эстонского полицейского батальона должны были начать прочесывание лесного массива к востоку от деревни Донце. Не позднее 7 часов утра команда Бехера должна была выдвинуться к деревне Донце и при помощи старосты деревни Ивана Федорова, а также прикомандированных служащих вспомогательной полиции Юлия Петрова и Евгения Жмурикова организовать засаду на пути отступающих бандитов. Завершивший прочесывание лесного массива 37-й батальон остановился на указанном ему рубеже – восточном крае болота Тимкино. Однако команда Бехера в деревне Донце так и не появилась, вследствие чего бандиты беспрепятственно прошли через деревню и скрылись в расположенном северо-западнее лесном массиве. Получив сообщение от командира 37-го батальона майора Бергмана о завершении прочесывания и отсутствии сообщений от команды Бехера, я немедленно выехал в район операции в сопровождении командира взвода СС Шульца, а также следователей оперкоманды: оберштурмфюрера СС Коппера и зондерфюрера Флегеля.

Не доезжая двух километров до деревни Донце, мы обнаружили, что следы колонны команды Бехера уходят не в направлении деревни, а в сторону старой вырубки у южного края болота Тимкино. Пройдя по следам, оставленным грузовиками и бронеавтомобилем, мы обнаружили, что следы обрываются примерно в двадцати метрах от болота. На месте происшествия были обнаружены в большом количестве стреляные гильзы от стрелкового оружия, преимущественно германского производства, а также потеки машинного масла и следы крови. В ходе осмотра местности была обнаружена уходящая в северо-западном направлении от вырубки тропа, заминированная бандитами. Из-за наличия большого количества мин на тропе ее обследование было прекращено. К 12 часам дня мы прибыли в деревню Донце, где обнаружили в доме старосты Федорова его самого, его семью (жену и четырех сыновей в возрасте от 12 до 4 лет), а также двух служащих вспомогательной полиции, посланных для помощи Федорову. Обстоятельства исчезновения команды Бехера свидетельствовали о том, что команда пала жертвой предательства, попав в тщательно подготовленную засаду. На основании этого Иван Федоров, его семья и служащие вспомогательной полиции Юлий Петров и Евгений Жмуриков были арестованы, доставлены в штаб оперкоманды в Порхове и допрошены. В процессе допроса подозреваемые вне зависимости друг от друга показали, что около 7 часов утра на протяжении примерно пяти минут слышали интенсивную перестрелку к северо-востоку от деревни Донце. Факт сотрудничества с бандитами они категорически отрицали, а потому Федоров, его семья, Петров и Жмуриков были переданы мной для проведения дальнейшего расследования сотрудникам псковского СД. По истечении недели следователь псковского СД СС-унтерштурмфюрер Ансип уведомил меня, что в ходе интенсивных допросов семья Федорова была подвергнута особому обращению, а Жмуриков скончался вследствие сердечной недостаточности. Ансип также сообщил мне, что предательство Федорова и Петрова было полностью доказано и они были повешены в псковской крепости. Должен отметить, что служащие вспомогательной полиции Петров и Жмуриков отлично зарекомендовали себя годом ранее в ходе выявления и подвержения особому обращению евреев в Порхове и его окрестностях. Кроме того, в отношении истинности утверждений Ансипа вызывают сомнения утверждения очевидцев казни лейтенанта Полнера и унтерштурмфюрера СС Блома о том, что повешен был только Петров. По их показаниям, для казни в крепости использовался дощатый эшафот с перекладиной на пять петель. Когда Федорову надели на шею петлю и открыли люк в эшафоте, то веревка неожиданно оборвалась и тело Федорова упало внутрь эшафота. Когда тело хотели извлечь, то оказалось, что точно под местом повешения Федорова находился люк колодца канализации, в который тело и попало. При обследовании колодца экзекуционной командой тела Федорова обнаружено не было. На основании этого я должен высказать сомнение в смерти Федорова и утверждениях унтерштурмфюрера СС Ансипа на этот счет. Кроме того, мне стало известно, что унтерштурмфюрер СС Ансип, занимая в 1942 году должность командира команды эстонской полиции при проведении акций по поиску и осуществлению особого обращения с евреями, неоднократно присваивал обнаруженные при этом ценности, чему в подтверждение есть показания очевидца капитана вермахта Густава Шолля. В связи с изложенными мною фактами прошу Вас прислать для проведения тщательного расследования обстоятельств исчезновения команды Бехера и последующих действий СС-унтерштурмфюрера Ансипа специальной следственной комиссии.

Подпись: командир оперкоманды 2а СС-штурмбаннфюрер д-р Герман Хубиг».

Беседов щелкнул мышкой, открывая следующий документ.

– 13 ноября 1943 года партизаны провели в Порхове дерзкую операцию: в результате взрыва в кинотеатре погибло свыше трехсот гитлеровцев. В ответ на это немцы провели карательную экспедицию, в ходе которой подразделениями 37-го эстонского батальона деревня Донце была полностью уничтожена. То есть вместе с жителями. Вот так. Что скажете?

– Федоров Иван, – задумчиво проговорил Тавров.

«А не отец ли того самого Федуна? Вполне возможно! И бесследное исчезновение четырех десятков карателей вместе с двумя грузовиками и бронеавтомобилем – безусловно заслуживающий пристального внимания факт. Надо запомнить упомянутые в донесении имена».

Тавров предложил Леше:

– Леша! Похоже, это очень важная информация. Хорошо бы найти все, что можно, об этом Иване Федорове. И вообще, обо всех людях, фигурирующих в донесении. Поищи, хорошо? Как что найдешь, тут же мне звони – я оплачу расходы на связь. Договорились?

– Без проблем, Валерий Иванович! – заверил Леша, наливая в стаканы «Лезгинку».