Малолетка - Андрей Бадин

Когда все члены команды оказались наверху, на высоком речном берегу, Алексей от изнеможения рухнул на землю и прохрипел:

— Надо начинать тренироваться, а то форму потерял, совсем выбился из сил.

Через десять минут отдыха Коновалов приподнялся:

— Ну что, двигаемся дальше?

— Давайте еще отдохнем, — предложил Витя, но Леха его перебил:

— Нет времени, бандиты у нас на «хвосте».

Все подняли головы и увидели вдалеке, в километре от себя, в том самом месте, где они спускались к воде, бригаду Тычи.

— Ложитесь и по-пластунски ползите в лес. Там вставайте и бегите прямо перпендикулярно реке. Я останусь и постараюсь их задержать.

Катя и Света первыми выполнили приказ — плюхнулись в траву и поползли к кустам. Витя поспешил следом, а Альфред уже был там.

— Береги себя, Леха! — крикнул Витек другу.

— Выживу, — пообещал Алексей и снял автомат с предохранителя.

Когда оказались за деревьями, девочки встали и устремили свои взгляды в сторону бандитов.

— Папа, они нас заметили? — с испугом пролепетала Света.

— Не думаю, наверное, нет, расстояние большое, — успокоил ее Витя.

Альфред ринулся в чащу первым, за ним пошли остальные, а Леха остался лежать на самом краю обрыва, в высокой траве.

— Это снова их следы, — отрапортовал Фома, — они уходят в воду. Только не ясно, куда они двинули, к мосту или в противоположную сторону. А может, они переплыли реку?

— Нет следов лодки, а вплавь им не дотянуть. Конечно, они пошли от моста. Там горит и коптит солярка, а дочь этого Демина больна. Я вообще удивляюсь, как она сквозь задымленный лес прошла.

— Тогда двинем в другую сторону.

— Да, но пару человек все же пошлем к мосту, вдруг амбал решил нас перехитрить. — Герман приказал двоим парням двигаться к пожарищу, а сам с командой направился по песчаному берегу в другую сторону.

— Бегом, — приказал он.

Алексей лежал в траве и лихорадочно соображал, что делать. Четырнадцать вооруженных автоматами, пистолетами и гранатами обмороженных головорезов быстро приближались к нему. Если бы он был один, то сумел бы затаиться, запутать следы, схорониться в чаще и никто бы его никогда не нашел, даже с собаками. Такое не раз было на учениях и несколько раз случалось на боевых заданиях, и всегда Коновалов с честью выходил из любой, даже самой сложной ситуации. Сейчас было совсем другое дело. Он должен был спасать детей и своего друга.

Бандиты остановились внизу, на узкой кромке песка между рекой и кручей. Следы вышедших из воды беглецов были отчетливо видны, и Герман с Фомой их сразу заметили.

Герман посмотрел вверх, на вздымающийся берег, прищурился и процедил сквозь зубы:

— Хорошее место для засады. Если этот амбал не дурак, а он не дурак, то мы сейчас у него в прицеле.

— Фома осмотрелся и, опустив голову, будто что-то искал в песке, добавил:

— Есть только один способ это проверить.

— Только один, — ответил босс. Произнеся это, он и бригадир пошли к откосу, встали у самого его подножия и вжались спинами в песок. В этом месте была «мертвая зона», и залегший наверху Коновалов потерял их из вида.

— Всем быстро подниматься наверх, — приказал босс.

Братаны сделали первые шаги, и вдруг, как гром с ясного неба, грянула автоматная очередь. Коновалов решил не дожидаться, пока обморозки вскарабкаются на склон, и первым открыл огонь. Он целился в головы и не промахнулся. Парни рухнули на землю, поливая берег алой, фонтанирующей кровью. Остальные «крутые кулаки» метнулись к укрытию — в «мертвую зону». А Алексей стал ждать. Он экономил патроны.

«Эх, мне бы несколько гранат, я бы их в два счета уделал», — размышлял он.

— Внимание, — крикнул Герман и вынул из кармана лимонку. Он выдернул чеку, размахнулся и с силой метнул ее вверх, туда, где в траве расположился Леха. Граната, описав в воздухе дугу, с глухим ударом приземлилась как раз рядом с ним. Увидев ее, Коновалов опешил, а потом молниеносно схватил и сбросил с обрыва.

Через секунду, не долетев до земли, она взорвалась. Над головами бандитов громыхнуло так, что все они оглохли, и им почудилось, будто они караси, и их глушат динамитом. Один парень умер, даже не успев вскрикнуть. Остальные, опомнившись, вынули гранаты, закидали ими берег, но сразу после залпа отбежали и спрятались в «мертвой зоне».

А Коновалова уже и след простыл. Он после взрыва первой гранаты стремглав бросился в лес.

Услышав автоматные очереди, а за ними взрывы гранат, Виктор, девочки и Альфред Репутатский страшно испугались. Они успели отойти на приличное расстояние, но все равно находились в пределах досягаемости бандитов.

Сил бежать больше не было, и они уходили от погони пехом и в неизвестном направлении. Они давно сбились с курса и плутали в чаще, как слепые котята. Где была железная дорога, а где река — они не знали.

Коновалов же не стал отрываться от банды и решил применить свою излюбленную тактику ведения боя. Он был отличным специалистом в подобного рода операциях, великолепно подготовленным и знал, что надо делать. Он залег в траве недалеко от откоса, так, чтобы видеть поднимающихся от реки бандитов.

«Сейчас они закончат бомбометание, вскарабкаются по склону, войдут в лес, и тут я их по одному передушу, как куропаток, голыми руками и без шума», — подумал он и замер в ожидании.

И не искушенные в подобных играх братаны клюнули на коноваловскую приманку. Они были крутыми только в городе, где ездили на «стрелки» на иномарках и выясняли отношения с себе подобными. Но здесь они угодили в лапы страшного и коварного профессионала. Даже их перевес в количестве и огневой мощи мало что им давал.

Бандиты взобрались на берег и сгрудились у того места, куда бросали гранаты.

— Трупов нет, значит, они сбежали, — констатировал Фома.

— Трупа, — поправил его Герман. — В засаде остался один амбал, а лысый и девчонки давно улизнули.

— Не нравится мне здесь, — высказался Газила, — если сейчас уйдем отсюда, то останемся живы и здоровы.

— Да, — кивнул Клещ, ему вторил Дуб, да и Фома не был против.

— Будем искать, — босс был непреклонен, хотя и у него поджилки затряслись. За минуту боя он потерял троих бойцов. Сражаться в незнакомом лесу с тренированным и опасным амбалом ему не очень-то хотелось. В городе было проще, привычней.

Через минуту еще двое парней присоединились к банде.

Коновалов видел всех их и слышал их нервную речь.

«Тринадцать — чертова дюжина», — думал он.

— Растягиваемся в цепь и прочесываем лес, — отдал приказ Тыча и потом горько пожалел, что он его отдал.