Тень наркома - Олег Агранянц

В ковбойке непонятного цвета и джинсах, он был мало похож на прежнего уверенного в себе, вальяжного Павла Михайловича.

— Дела у вас, я вижу, идут прекрасно, — невесело произнес он. — Это так?

Я не стал лукавить. И зачем?!

— Так.

— Нам нужны люди, имеющие большие финансовые возможности. В том тяжелом положении, в котором мы сейчас находимся, в обстановке предательства, отхода от основополагающих ценностей, люди, такие как вы, свободно располагающие большими средствами, необходимы.

«А не будет ли он вербовать меня в „Союз меча и орала“? — подумал я. — Ничего не получится».

— Именно принимая во внимание ваше устойчивое материальное положение, мы попросим вас о небольшой услуге.

«Интересно, сколько»? — подумал я.

— Как у вас с безопасностью? — участливо спросил он.

— Вы не раскрыты?

— Нет, — обрадовал я его. — У меня настоящие документы.

— А у Мариночки?

— Тоже настоящие. Мы граждане этой страны. Здесь законы очень либеральны. Все, что было до получения гражданства, не считается.

— Знаю, знаю, — замахал руками Павел Михайлович.

— Но я не об этом. Никто не подозревает, что вы… словом, вы не совсем тот…

— Уверяю вас, никто.

«К чему он клонит?» — думал я и решил, что если он попросит финансовую помощь, то я ему выдам только деньги на обратный билет.

— Как у вас с наличными средствами? — спросил он.

Этого вопроса я ждал.

— Плохо, очень плохо.

— Почему?

— Я только что купил пристройку к моему салону и…

Он меня перебил:

— Это великолепно. Это может быть то, что нам будет нужно.

Я не мог понять, к чему он ведет.

— Сейчас нам приходится идти на такие поступки, которые могут показаться странными. Но ради общего дела. Сколько стоит ваш салон?

«Все понятно, надо помочь голодающим детям», — подумал я.

— Мне трудно оценить. Цена познается только тогда, когда что-то продаешь.

— Вот именно, — почему-то обрадовался Павел Михайлович.

«Салон я не продам, а его прогоню», — решил я.

Но то, что он сказал дальше, ошеломило меня. Собственно говоря, ошеломили меня уже его первые слова:

— Что вы скажете, если мы подкинем вам миллиона полтора долларов, чтобы вы купили такой же салон в большом городе? Скажем, в Рио или Сан-Пауло.

— А свой салон я должен буду продать?

— Ни в коем случае.

— И что дальше?

— Ничего особенного. Вы откроете новый салон. Ведь никто не удивится, если хозяин процветающего салона в провинции открыл салон в большом городе. Не удивится?

— Нет, — согласился я.

— Вот видите, — снова обрадовался он. — Все будет казаться нормальным.

— Да, все будет казаться нормальным, — согласился я.

— А потом через полгода вы продадите салон.

— Здесь или в большом городе? — уточнил я.

— Разумеется, в большом городе. Как это будет выглядеть со стороны?

— Думаю, все будет выглядеть нормально.

— И полиция не обратит внимания?

— Если сделка будет оформлена по закону и будут уплачены все налоги.

— Налоги надо обязательно платить. Вы платите?

— Очень аккуратно.

— Если вы продадите новый салон через месяц, это может привлечь внимание?

— Не обязательно. Купил салон, потом понял, что ошибся.

— Месяц — это мало. Лучше продать через год, даже через полтора. Это уж точно не привлечет внимания. Верно?

— Верно.

Кажется, я начал понимать.

— Вы не будете особенно придираться к цене. Важно продать, даже если придется что-либо потерять. Условия таковы: вы оставляете себе десять процентов, остальное возвращаете нам.

Я все понял, но спросил:

— Даже с потерями?

— Даже с потерями.

— Но вы должны мне доверять.

— Вот именно, — обрадовался он. — Мы вас знаем как честного товарища, верного борца за наше дело.

— Кроме того, если в деле будут замешаны деньги, полученные от продажи наркотиков, и я, ввязавшись в него, окажусь повязанным, то мне хотелось бы иметь гарантии.

Павел Михайлович рассмеялся:

— От вас ничего не скроешь! Да. Вся эта операция нужна для отмывания денег. Согласитесь, она прекрасно задумана. Провала быть не может.

Участвовать в этом я не буду, но отступать надо осторожно:

— И когда начнется операция?

— В этом и проблема. Не раньше чем через год. И, согласитесь, такие операции нужно готовить заранее. Я сейчас уеду, заручившись вашим принципиальным согласием. И появлюсь тогда, когда появится возможность начать.

— Кстати, — перевел я разговор на другую тему, — я так и не нашел человека, который отправил деньги Янаеву.

— Это не страшно. Он сам объявился и переслал деньги, куда нужно.

— Я очень рад. Но я старался. Вы точно знаете, что деньги пришли по назначению?

— Деньги попали в надежные руки. Руки настоящих борцов с несправедливостью.