Слепой Агент - Сергей Майоров

— Федя, даже ежу ясно, что у тебя неприятности. Ты не слишком далеко залез? Смотри, свернёшь себе голову… Ты парень неглупый, да только вот неграмотный и… какой-то однолинейный, что ли! Летишь вперёд, а по сторонам, пока в столб не упрёшься, и не смотришь!

Я задвинул стул и сунул руки в карманы.

— Я пойду?

— Иди! — Гена махнул рукой. — Что я тебя, задерживаю, что ли? Иди…

На улице стоял отделенческий «уазик». Тот же самый, который был и при мне, насквозь прогнивший, с расползающимися колёсами и обвисшим брезентом. Измятая крышка капота была задрана, и в моторе, дымя папиросой и сплёвывая под ноги, ковырялся водитель. Кажется, какой-то новенький.

Я доехал до офиса охранного предприятия «Спрут», и оказалось, что опоздал на каких-то десять минут — директор отправился обедать. Я выругался в адрес Савельева и уселся на диван в приёмной. Помещение, которое занимала фирма, по сравнению с любым отделением милиции выглядело шикарно, но на фоне «Оцепления» смотрелось бледно. Штат «Спрута» был почти полностью укомплектован пенсионерами МВД и КГБ-ФСК, и, насколько я слышал, занимались они частной охраной…

Яковлев — ровно через час — озабоченно вошёл в приёмную, неся под мышкой пачку газет и на ходу расстёгивая куртку. Увидев меня, кивнул, ничем не выказав своего удивления, как будто знал, что я приду.

— Наталья Ивановна, мне никто не звонил?

— Нет. — Пожилая секретарша оторвалась от пишущей машинки и взяла со стола конверт. — Михаил Петрович заходил, оставил вам…

— Спасибо, я понял. — Он убрал конверт в карман и, достав ключи от кабинета, повернулся ко мне: — Пошли?

Я сел в кресло перед столом, а он долго снимал свою кожаную куртку и убирал её в шкаф, приглаживал перед зеркалом волосы и оправлял пиджак. Потом сел, включил кофеварку на приставном столике и достал из стола трубку.

— Ну-с, молодой человек… Какие проблемы?

Он был очень неспокоен, это чувствовалось во всём. Я подумал, что отзвуки стрельбы на Рыбацкой докатились и до его конторы и сейчас он не ждёт от меня ничего, кроме продолжения неприятностей.

Мне захотелось встать и уйти. Но сделать этого я не мог и сказал:

— Мне нужно встретиться с Гаймаковым.

— Что?

Он совсем не ожидал услышать это и растерялся. Толстые, с коротко остриженными ногтями пальцы шарили в пачке с табаком.

— А почему ты думаешь, что я с ним знаком? — спросил он. — И откуда уверенность, что я захочу эту самую встречу организовывать? Ни с того ни с сего? Какой мне в этом резон?

— Никакого. Я просто прошу помочь. Для вас это совсем не трудно.

— Что? Это ещё почему?

— Я не собираюсь проситься к нему на работу. У меня есть информация, достаточно важная, которой я хотел бы с ним поделиться абсолютно бесплатно и на его условиях. На любых его условиях. При личной встрече. Где угодно и как угодно, это он пусть сам решает.

— Хм… Насколько мне известно, Гаймаков адвокат, ни от кого не прячется и не бегает, к нему можно прийти в контору и записаться на приём…

— У меня нет времени ждать, когда у него там будет приём и когда он согласится меня принять, и мне надо, чтобы меня кто-нибудь рекомендовал.

— По-моему, это уже наглость… Не находите, Федор Ильич?

— Нет. У меня есть информация, которая напрямую касается его… и ещё многих-многих лиц, включая и вас, Виктор Михалыч. Так уж получилось.

— Я могу хотя бы в общих чертах поинтересоваться, о чём идёт речь?

— Рыбацкая улица. Слышали про такую?

Его лицо окаменело. А потом он тихо выругался.

— Я так и знал! Значит…

— Нет, не значит! Это был не я! Но я знаю об этом кое-что интересное. Если для вас это что-то значит, то моя встреча с ним может спасти десятки жизней.

— А почему бы тогда не обратиться куда следует?

— А куда? Куда следует обратиться?

Яковлев усмехнулся:

— Все это наталкивает на определённые соображения. Нет?

— Не знаю. Мне нужно встретиться с Гаймаковым. Чего скрывать, для меня эта встреча значит многое, но и он, я уверен, не пожалеет. Да и вы тоже…

— А не страшно… вот так вот мне доверяться?

— Страшно. А что делать? К тому же вы человек умный, поспешных решений принимать не станете.

— Не знаю. — Яковлев набил наконец свою трубку и закурил.

Я тоже достал сигареты.

— Не знаю, что и сказать. Все странно и смахивает на провокацию. Нет?

— Ничуть. Подумайте сами…

— Вот-вот, в таких случаях всегда именно так и говорят! Не знаю… Мы ж с Гаймаковым не друзья, в карты вместе не играем и по кабакам не ходим, так, виделись пару раз, да и то по старой работе… Он ведь когда-то тоже в милиции работал.

— Я знаю.

— И неплохой, могу сказать, офицер был! Хотя амбиций… Ну, это прошлое! А сейчас он добропорядочный адвокат… Так что не знаю, странная у вас всё-таки просьба, молодой человек! Согласитесь, ведь так?

— Согласен. И всё-таки?

— Что ж, я попробую позвонить Юрию… э-э-э… забыл, как его по батюшке. Попробую позвонить, поговорить… Не знаю уж, как он ко всему этому отнесётся. Если откажется — не обессудьте!

— Мы могли бы позвонить прямо сейчас?

— Ну что вы! — Яковлев широко улыбнулся. — Такие дела с ходу не делаются. Я позвоню, обещаю, но чуть позже. Договорились?

— Как мне узнать результат?

— Звякните мне вечерком, часиков в шесть, не позже. Телефон-то ещё остался?

— Да.

— Вот по этому номеру и позвоните, а я и скажу, чем наша беседа закончилась. Ещё раз повторяю: обещать ничего не могу.

— Я всё-таки надеюсь.

— Ну… — дымя трубкой, Яковлев развёл руками. — Чем смогу — помогу, ничего сверхъестественного не обещаю. Кофе будешь?

— Спасибо. Я позвоню.

— Угу. До свиданья.

Он придвинул какие-то бумаги и углубился в их изучение. Я поднялся и вышел.

Я не сомневался, что он позвонит Гаймакову сразу же, как только я уйду. Должны они между собой какую-то связь поддерживать, я в этом и раньше не сомневался, а сейчас, понаблюдав за реакцией Яковлева на мои слова, полностью убедился в этом. Обязательно позвонит, а Гаймаков, проверив меня по своим каналам, на встречу согласится. Время до шести часов вечера ему нужно, чтобы узнать про меня побольше и к встрече подготовиться, на случай провокаций.

Я был уверен, что то, что я смогу ему рассказать, заинтересует его. Я буду нужен ему — как свидетель на случай предстоящих разборок. Он ведь и сам прекрасно понимает, что главный удар нацелен на него, а в такой ситуации я буду лишним козырем. Что ж, раз уж мне всё равно деваться некуда, то пусть лучше так. А там посмотрим…