Клан бешеных - Марина Серова

На другой день мы с Алиной, прохаживаясь по длинным институтским коридорам, услышали, как девчонки из группы Виссариона шептались, что их «большой» мальчик теперь не такой уж большой и великий: его папочку сняли с должности!

На следующей перемене мы увидели, как группа задиристых парней начала задевать Виссариона довольно жесткими шутками.

– Эй, Сари, – крикнул один бойкий парнишка, – а твой папаша еще не все Доски почета в городе раскрошил своей монтировкой? Ты ему скажи: в Парке Победы есть еще одна целая…

Все засмеялись. И тут же другой парень крикнул:

– Сари, твой папуля теперь – знаменитый артист! Видели мы его в одном кино в Интернете! Может, он скоро «Оскара» получит за лучшую роль бешеного гибэдэдэшника?

Теперь все ребята вокруг просто покатились со смеху. Я заметила, как Виссарион мгновенно покраснел. У него сжались кулаки. Я незаметно достала свой мобильный и включила камеру. Виссарион тут же кинулся на парня, сказавшего последнюю фразу, и ударил его кулаком в лицо. Тот оказался не робкого десятка и ответил нападавшему. Завязалась драка. Я заметила, как многие другие студенты тоже стали снимать все на камеры мобильников. Некоторые, в основном девчонки, кричали, требуя, чтобы драку немедленно прекратили, что они сейчас позовут кого-нибудь из преподавателей. Другие, в основном пацаны, напротив, кричали: «Давай, Леха, наподдай ему!.. Врежь этому папенькиному сыночку!.. Мочи гибэдэдэшников-сталинистов!..» Я поняла, что «болеют» все совсем не за Виссариона. Один только Лавр, верный друг «крутого пацана», бегал вокруг дерущихся и морально поддерживал своего корефана. Он что-то кричал Кинделия-младшему, но что именно, было трудно разобрать в общем гуле.

Наконец появился кто-то из мужчин-преподавателей, довольно крепкий на вид мужичок, потом подбежал охранник с первого этажа, сидящий при входе. Как видно, все-таки кто-то сбегал за ним. Они начали разнимать дерущихся, хотя Кинделия даже сейчас все еще пытался ударить в лицо своего обидчика. В запарке он задел охранника по носу, у того пошла кровь. Последний достал резиновую дубинку из-за пояса, но никого не ударил, а только замахнулся на Виссариона. Это несколько охладило пыл молодого бойца. Драчунов скрутили и повели куда-то по коридору. Студенты зашептали: «К ректору! К ректору!.. Ну, все, теперь начнется!..»

В это время прозвенел звонок, толпа разошлась по аудиториям, казалось, все немного успокоились.

Я убрала мобильник в сумку.

– Ну, что, Алина, пошли! Думаю, мы здесь свое дело сделали.

– Как?! Мы сюда что, больше не придем?

– Думаю, нет.

Мы двинулись к выходу.

– Полина, а знаешь, мне даже понравилось быть студенткой. Главное, ты – в институте, а на лекции ходить не надо, и к практике готовиться тоже. И вообще студенческая пора – это здорово! Я уж не говорю про здешних симпатичных пацанов. Эх, было бы мне сейчас хотя бы двадцать два!..

Через пару дней соседка Алины, та самая словоохотливая девчонка, которую мы встретили в институте, рассказала ей, что возле учебной части на доске объявлений появился приказ об отчислении студента пятого курса такой-то группы Кинделия В. И. Когда Алина позвонила мне и рассказала об этом, я, в общем-то, не удивилась: результат того инцидента был вполне предсказуем. Виссарион потерял прикрытие в лице своего начальственного предка и теперь мог рассчитывать только на себя.

Я тут же перезвонила Ярцеву и рассказала ему об отчислении Кинделия-младшего из института.

– И это на последнем курсе! – усмехнулся Антон. – Что ж, поделом! Он от злости теперь небось готов поубивать всех вокруг. Полина, а мы что будем делать?

– Будем продолжать вводить Виссариону «прививку от бешенства». Я думаю теперь подкинуть ему на работу запись драки в институте. Как ты считаешь, Антон, руководство фирмы предпримет хоть какие-то действия в отношении своего сотрудника?

– Если фирма солидная, думаю, его просто уволят. Кто захочет иметь в штате такого драчуна? К тому же все теперь знают, что он с папой не в ладах, то есть прежней защиты у него уже нет.

– Ну, вот этим и займемся! – сказала я и положила трубку.

Это была крупная торгово-закупочная посредническая фирма. Адрес ее мне «слил», разумеется, дядя Сережа. Я оделась посолиднее: строгий деловой костюм и черные туфли на среднем каблуке. Опять-таки, строгая прическа и минимум макияжа. На нос я нацепила очки без диоптрий, но с чуть затемненными стеклами. Мне хотелось соответствовать внешнему виду сотрудников фирмы, чтобы не бросаться особо в глаза. На входе я строгим деловым тоном доложила охраннику, что приехала в отдел сбыта по вопросу закупки крупной партии товара. Меня без вопросов пропустили и даже назвали номер комнаты, в которую мне следует обратиться. Я именно так и сделала: прошла в эту самую комнату. Это был просторный кабинет начальника отдела сбыта. Правда, лично он со мной разговаривать не стал, так как торопился куда-то, но предложил побеседовать с сотрудницей, которая отвечает именно за работу с клиентами. Меня проводили в соседнюю комнату. Там сидели две девушки. Они были молоды и очень хороши собой. Мы поздоровались, и одна из них, приятно улыбаясь, согласилась ответить на мои вопросы.

– Мы – только что открывшаяся оптовая база… – начала я деловым тоном.

Далее я сообщила, что мы ищем партнеров, что спектр интересующих нас товаров очень широк… Этот монолог я слышала в одной экономической передаче и запомнила его почти наизусть. Далее я попросила у девушки их реквизиты, и она протянула мне красивую визитную карточку. На ней было все – телефоны, факсы, адрес в Интернете. Я поблагодарила любезную девушку, пообещала «донести эти сведения до своего руководства», попрощалась и удалилась.

Я села в машину и набрала номер Вити Шило.

– Можно подскочить к тебе на пару минут?

– Знаю я твою пару! – притворно проворчал Витя. – Впрочем, ладно, подскакивай. Так и быть, уделю тебе десять минут…

Я отправилась к Шило. Он, как обычно, зависал в своем любимом интернет-кафе. Я опустилась на стул рядом с Витей и положила перед ним визитку и свой мобильник.

– Ну, и что сие означает? – ворчливо спросил компьютерный гений.

– Витя, мне надо сделать так, чтобы на этот электронный адрес пришло вот это веселое кино. – И я включила запись, где Виссарион в институте дерется со своим однокурсником.

– И только-то? – усмехнулся Шило. – Да легко! Причем, если хочешь, я могу сделать так, что все компьютеры в этом учреждении вдруг зависнут и в течение, допустим, одного часа будут крутить только это твое кино.

– Серьезно? – восхитилась я, не веря от счастья своим ушам.

– Я что, по-твоему, шутки тут шучу?!

Витины пальцы привычно легко запорхали над клавиатурой…

Когда через десять минут, расплатившись с Витей, я вышла из интернет-кафе, я вновь отправилась к той фирме, где доблестно трудился наш бывший «крутой пацан». На этот раз просидеть здесь мне пришлось долго, зато я была сполна вознаграждена за свое терпение: ближе к вечеру Виссарион вышел из дверей учреждения с видом побитой собаки. Он громко обматерил охранника, сказавшего ему что-то, пнул по дороге урну и сел в свою машину, со злостью хлопнув дверцей. Глядя на выражение его лица, можно было подумать, что он собирается ехать на похороны. Виссарион достал мобильный и включил его. Я вышла из своей машины и бочком, аккуратненько так, приблизилась к золотистой «Хонде Цивик» на достаточно близкое расстояние.