Последнее дело Даймонда - Питер Лавси

– Прежде чем мы вернемся, Джон…

– Я вас слушаю.

– Хочу сказать тебе пару слов.

Брови инспектора над комично топорщащимися усами изогнулись, словно он понятия не имел, что было на уме у Питера Даймонда. Оставив Дану Дидриксон в допросной размышлять, в чем она еще не успела признаться, детективы минут двадцать занимались каждый своим делом. Даймонд сидел у себя в кабинете, а инспектор разговаривал по телефону в штабной. Вскоре они встретились на верхней площадке лестницы.

– Мы с тобой тянем веревку в разные стороны, – заявил Даймонд. – Я пытаюсь разговорить ее, а ты влезаешь и закручиваешь гайки.

– Это чем же?

– Не понимаешь, что я имею в виду?

– Если вы мной недовольны, я хотел бы знать, чем конкретно, мистер Даймонд.

Очень характерно для этого «блохолова», раздраженно подумал суперинтендант.

– Речь идет о фундаментальном подходе. Мы с тобой не на одной волне. Ты враждебен по отношению к женщине и показываешь это.

Инспектор ответил ледяным взглядом:

– Это я-то враждебен? Она пыталась скрыться от нас.

– Это не значит, что на нее надо давить.

– Потрясающе, – пробормотал Уигфул, намекая, что ему странно слышать такое от человека, который в свое время упек в тюрьму Хэдли Миссендейла.

– Наша цель – добиться правды, – продолжил Даймонд.

– Да. И правда заключается в том, что она охмурила профессора и убила его жену.

Инспектор в этом не сомневался.

– Возможно, ты прав, но у данного дела существует и другой план.

– Ее слезливая история?

– Не знаю. Но ей есть что рассказать, если мы дадим ей шанс.

– Иными словами, вы требуете, чтобы я закрыл свой проклятый рот?

Самоирония была отступлением, шагом назад от враждебности и сверкания глазами. Даймонд оценил это и улыбнулся:

– Ну положим, шанс уже упущен. Она себе такую яму вырыла… Теперь станем контролировать ситуацию, но определенным образом.

– Хорошо, хорошо. Сказал же, замолчу.

– Наоборот, мне требуется твое активное участие. Поможет знание деталей. Мы ее расколем правдой, сверяя рассказ с известными нам фактами. Будем работать единой командой, Джон.

Уигфул нехотя кивнул и поинтересовался, какой они должны придерживаться линии допроса.

– Начнем с того, что предположим, что Дана Дидриксон находилась в день убийства в доме Джекманов. Что бы она ни ответила, потребуем отчета о ее передвижениях в тот понедельник. Лишь получив полную картину того дня, можно перейти к мотивам или выявить несоответствия.

Структурированный допрос – любимый конек преподавателей полицейских школ, и инспектор не мог им не владеть. Чтобы смягчить их разговор, Даймонд добавил, что последние дни дались ему большой кровью. Его жена Стефани модернизирует кухню и по этому случаю подает все исключительно подгорелое.

– Приобретите микроволновую печь, – посоветовал Уигфул.

– Я им не доверяю.

– Они часть новых технологий. Не представляю, как бы мы жили без своей.

– Логично. – Дом инспектора Даймонд представлял этаким выставочным залом электрических приборов.

– Может, вы заметили, что я только что звонил по телефону, – произнес Уигфул. – Так вот, я говорил не с женой. С тех пор, как у нее появилась микроволновка, в этом нет необходимости. – Суперинтендант размышлял, какая причинно-следственная связь управляет данными явлениями, а инспектор небрежно и в то же время игриво добавил: – Я звонил Баклу, работодателю миссис Дидриксон.

– Зачем?

– Сообщил, что завтра она не выйдет на службу.