Последнее дело Даймонда - Питер Лавси

– Профессор объяснил, что готовит посвященную Джейн Остен выставку и с какими проблемами столкнулся, подбирая экспонаты. Разговор каким-то образом коснулся тети писательницы, которую в Бате обвинили в магазинной краже. Грег рассказал об этом случае в комичной манере и разбудил во мне кое-какие воспоминания, но тогда я ему ничего не сказала. Он великодушно пообещал снова встретиться с Мэтом и сводить его в университетский бассейн.

На сей раз Дану прервал сам суперинтендант:

– Расскажите нам о тетушке Джейн Остен.

– Об эпизоде с кражей в магазине?

– Нет. Почему упоминание о ней пробудило что-то в вашей памяти?

Дана сделала глоток кофе, и Даймонд опять отметил, что ее рука не дрожит.

– Вы, наверное, знаете, что ее фамилия Ли-Перро. Я упоминала вам о задании Мэта, как водила его в библиотеку искать знаменитых обитателей Гей-стрит.

– Тетя Джейн Остен тоже жила на этой улице?

Дана покачала головой:

– Мы начали с исторического отдела в цокольном этаже городской библиотеки. На полках, как и следовало ожидать, стояли книги о Бате, Бристоле и окрестных городах. Но вдруг мне на глаза попалась одна, которая, как я решила, по ошибке попала из зоологического отдела. На обложке было написано: «В поисках…» – а дальше я почему-то прочитала «пород леопардов», хотя там значилось другое – «Перро». Книгу написал житель Бата, изучавший историю своей семьи. На Гей-стрит он не жил и в наших исторических изысканиях помочь нам ничем не мог. Но после того как Грег рассказал мне о тетушке Джейн Остен, я захотела одна сходить в библиотеку и полистать книгу. Подумала, вдруг найду для него что-нибудь интересное? Вот было бы здорово, если бы я сумела сообщить ему нечто такое, чего он не знает и что может использовать на выставке. Это было бы моей благодарностью за спасение Мэта.

– Но профессору Джекману вы тогда об этом не сказали?

– Нет. У меня не было уверенности, что в книге упоминается миссис Ли-Перро. – Вспоминая момент, Дана Дидриксон свела ладони и крепко сцепила пальцы, давая волю чувствам. – Но она там упоминалась! В середине книги я наткнулась на абзац, где автор сетовал, что большинство Перро не записаны в архивах. Жаль, – писал он, – что они были такими законопослушными, иначе о них бы где-нибудь сказали, как о той миссис Ли-Перро, которую в 1800 году судили в Тонтоне за кражу в магазине. – Глаза Даны округлились, как у девочки. – Я вспомнила фамилию. Это же тетя Джейн! И что еще волнительнее – автор добавлял, что в уилтширском архиве сохранилось много документов, включая отчет о судебном заседании и письмо, подписанное одним из Ли-Перро.

– Насколько я знаю, уилтширский архив находится в Троубридже, – вставил Уигфул, как решил Даймонд, чтобы продемонстрировать эрудицию, но в результате мог бы сбить Дану с мысли.

К счастью, миссис Дидриксон была так взволнована воспоминаниями об этих событиях, что даже не обратила на него внимания. Рассказала, как при первой возможности отправилась в Троубридж и заказала документы.

– И была разочарована, когда они легли передо мной. Письмо подписал некий Джон Ли-Перро. И когда я наконец расшифровала почерк, не нашла в тексте ничего интересного. Отчет о суде тоже был скучным. На всякий случай я переговорила с работником архива, нет ли у них чего-нибудь о тетушке Джейн. Он справился в картотеке, посмотрел в компьютере и ничего не нашел. Я была готова бросить занятие, но в это время появилась сотрудница из старшего персонала, как я решила, архивистка, и спросила, кто мне нужен. Я ответила. Архивистка сообщила, что ими занимался один из ее коллег. Короче, она ему позвонила, и он подтвердил, что в шестидесятые годы архиву предложили приобрести много писем семейства Перро, но был куплен лишь один образец. Тот, кто совершал сделку, не знал о связи Ли-Перро с Джейн Остен. Но у них имеется фамилия человека, предлагавшего письма. Это капитан Крейдли-Джонс из Девайзеса.

– И вы бросились к нему?

– Разумеется. Дело потребовало больше времени, чем я рассчитывала. Капитана Крейдли-Джонса в телефонном справочнике не оказалось.

– А профессор Джекман в это время понятия не имел, что вы напали на след писем?

Дана покачала головой:

– Мое предприятие могло закончиться ничем.

– Затем вам удалось связаться с этим человеком в Девайзесе?

– С его зятем. Сам капитан умер, а исполнитель завещания, зять, проживает на острове Уайт. Я написала ему, но больше двух недель не получала ответа. Подумала, что след простыл, а до открытия выставки оставалось всего несколько дней. Но вот однажды вечером в первой неделе сентября он позвонил мне. Сказал, что посмотрел бумаги полковника и обнаружил расписку в получении денег за коллекцию писем семейства Перро из шестидесяти трех штук. Шестидесяти трех! Ее в 1979 году приобрел за сто пятьдесят фунтов некий Мидлмис из Кревкерна. Я поехала туда на следующий день, и на сей раз мне повезло больше, чем я ожидала. Мистер Мидлмис жил по тому же адресу и сохранил большинство писем Перро. Он приобрел коллекцию из-за старых марок на письмах. Их он продал с большой выгодой. Остальные сложил в ящик и больше к ним не прикасался. Он принес его мне и разрешил изучать содержимое. – Миссис Дидриксон на мгновение зажмурилась. – Нельзя было показать волнения, которое я испытывала, перебирая старые, пыльные письма. Они побывали во многих руках и, на мой взгляд, охватывали период в восемьдесят лет. Там, где были почтовые марки, зияли прямоугольные отверстия. Но, к счастью, те, какие интересовали меня, были написаны до их изобретения.

Я, правда, не помню, когда это было.

– В 1840 году, – подсказал, как школьный отличник, Уигфул.

Дана Дидриксон даже не заметила – так ее увлек рассказ.

– Представляете, какое я испытала ликование, отыскав два коротких письма, датированных 1800 годом, адресованных в дом тюремщика в Илчестер-Гоул и подписанных «ваша любящая племянница Джейн». Я наткнулась на золотую жилу.

– Мистер Мидлмис понимал значение данных документов?

– Боюсь, что нет, а я ему не сказала.

– Нехорошо.

Дана приняла упрек серьезно:

– Я бы никогда не осилила цену, которую он запросил бы. А так потребовал тридцать фунтов – решил, будто я занимаюсь историей семьи. Я расплатилась наличными и уехала. Разве это нечестно?

– Сделка честная, – заявил Даймонд. – Первый закон рынка: любая вещь стоит не больше и не меньше того, что готов заплатить за нее покупатель. Вы с ним померились знаниями. Сообразили, что письма чего-то стоят, а он – нет. Было бы глупо с вашей стороны просвещать его. Вам не из-за чего терять сон – разве что мучает мысль, что можно было поторговаться и сбить цену до двадцати пяти фунтов. Торговаться в подобных случаях просто необходимо.

– Я была не в том настроении.

– И как можно быстрее убрались оттуда?

– Ехала домой и представляла момент, когда вручу эти письма Грегу.