Месть кованых фламинго - Донна Эндрюс

Что ж! Если Монти не желает дожать Тони, это сделаю я.

— Проклятая псина! — раздался из палатки вопль Тони, и оттуда вылетел Спайк с грязной тряпкой в зубах. Или не тряпкой… Британский флаг! Не тот ли, что искали все утро?

Я наклонилась и заглянула в палатку. В нос шибанул отвратительный запах — смесь ароматов пота, пива и рвоты, как в какой-то ночлежке. Задержав дыхание, я протиснулась внутрь и разглядела Тони, который сидел на куче смятых одеял и потягивал что-то из бутылки, спрятанной в бумажный пакет.

— Хочешь, я верну флаг на место, или предпочтешь, чтобы тебя с ним поймали? — спросила я.

Тони поднял голову, посмотрел на тряпку в моих руках и нахмурился:

— Это что еще за штука?

— Из-за дерзких ночных краж весь лагерь с утра гудит, как растревоженный улей.

— Ночных краж?

— Флаг, пушечное ядро, корсет какой-то бедной женщины, поднятый на флагштоке.

— А-а, да! — с противной улыбкой припомнил Тони. — Точно. Классная шутка. Только никому не рассказывай, а то у нас будут неприятности.

— У кого это — «у нас»?

— У нас с Уисли.

— У вас? Когда это вы успели стать друзьями? Я думала, ты его терпеть не можешь.

— Да нет, он парень ничего. Согласился не писать обо мне статью. А я извинился, что запер его. Вот за это мы и выпили немножко.

Да не так уж немножко, судя по состоянию Тони. Ладно, дело не в этом.

— Значит, старое забыто, и вы теперь друзья?

— Мне пора на поле боя, — пробормотал Тони и попытался встать, но я толкнула его обратно. Что-то не давало мне покоя.

— Ответь-ка мне, Тони, еще на один вопрос, — роясь в сумочке, сказала я. — А потом можешь проваливать.

— Идет, — согласился Тони.

— Куда ты дел ключ?

— Какой еще ключ?

— Ключ от замка. Вот такой, — объяснила я, вынимая ключ, который нашла в павильоне Фолка. — Или даже этот самый. После того как ты запер Уисли в колодки.

— А у меня и не было ключа, — удивленно произнес Тони.

— Как же ты его запер?

— Так там же навесной замок! Никакой ключ не нужен. Я его просто защелкнул, и все.

С этими словами Тони протиснулся мимо меня и зашагал к месту битвы.

Выходит, Тони никогда не держал в руках ключ. Он даже не знал, что этот ключ существует.

А вот Уисли знал. Знал еще с четверга, когда попытался в шутку запереть меня в колодки. Знал и о замке, и о том, что мы вешаем запасной ключ на гвоздь под платформу. Тот самый запасной ключ, которого не было на месте, когда я прибежала спасать Уисли. Запасной ключ, которым он запер сам себя, чтобы обеспечить себе алиби.

Если Тони ушел с городской площади, чтобы забраться в мой павильон, то почему Уисли не мог сделать то же самое?

«Перестань! — одернула я себя. — Ты ведь не собираешься обвинить в убийстве собственного кузена? Какой у него мог быть мотив?»

Хороший вопрос.

Я развернулась и понеслась к палатке Уисли, волоча за собой Спайка. Там я привязала пса к палаточному колышку и нырнула внутрь.

В палатке стоял крепкий дух немытого Уисли вперемешку с ароматом застывшего жира, доносящимся от сваленных кучей в углу пакетов из-под фаст-фуда. Сюда же вплетался еще какой-то очень знакомый запах — дразнящий, острый.

Я лихорадочно принялась обыскивать палатку. Уисли должен сейчас находиться в рядах британских солдат, однако Уисли на то и Уисли, чтобы все время обнаруживаться где угодно, только не на месте. Я искала что-нибудь клетчатое — задача отнюдь не простая: грязная одежда, надеванная, по моим прикидкам, уже раз пять-шесть, устилала все вокруг. Приподняв пару посеревших трусов, я увидела под ними папочку-файл и уже собиралась было бросить исподнее обратно, когда заметила на газете, торчащей из папки, надпись «Купер».

Я открыла папку. В ней лежала подборка газетных вырезок, повествующих о деятельности Роджера Бенсона. Я бегло их просмотрела. Большинство статей рассказывало о кончине фирмы «Купер и Энтони», и я даже не удивилась, когда прочла, что именно этой фирме принадлежал «Коммерческий вестник Виргинии», закрытие которого лишило Уисли любимой работы и, как он сам говорил, разрушило его журналистскую карьеру.

— Что ж, мотив очевиден, — прошептала я.

Последняя статья была вырезана из «Вестника Йорктауна» — коротенькая заметка о Робе и «Адвокатах ада», тут же упоминалась фирма Бенсона, как одна из желающих продвигать игру на рынке. Неудивительно, что Уисли примчался в родные места!

Оранжевые клетчатые носки, засунутые в бумажный пакет из-под чизбургера, лишь довершили картину.

Я схватила пакет с носками, решив отнести их вместе с папкой прямо к Монти — нет, лучше к шерифу, я все еще не доверяла Монти, — и выскочила из палатки.

И как только я выпрямилась, промаслившаяся бумага порвалась, и вместе с носками на мою ногу свалилось что-то тяжелое.

— Черт! — подпрыгнув, вскрикнула я. Спайк погнался за одним из маленьких предметов, раскатившихся по траве, и зарычал, когда понял, что мушкетная пуля вовсе не съедобна.

Мушкетные пули. Четыре штуки. И порох, тонкой струйкой посыпавшийся из пакета вслед за ними. Так вот что за запах я узнала в палатке: крепкий, едкий запах старинного пороха! Зачем Уисли понадобились пули и порох? Я не заметила у него особого интереса к старинному оружию, когда Джесс и его команда обучали нас делать заряды. С другой стороны, он им тоже помогал, значит, знает, что к чему.

— И знает, как готовить боевые патроны, — произнесла я вслух и внезапно вспомнила, как злобно Уисли посмотрел вчера вечером на Майкла, когда решил, что Майкл — именно тот свидетель, которым я морочила ему голову. — Майкл! — вскрикнула я. — Уисли охотится на Майкла!