Деньги со стоном - Владимир Колычев

— И все равно.

— Завтра у нас будет новое начальство.

— Ну да, — не очень весело, но без сожаления сказал Глеб.

Их с Олесей будущее определено, осталось только закрепить отношения законным браком. Благословение Марины уже получено. Завтра Глеб уже будет почти официально ночевать в доме Олеси. Пока еще не ясно, когда они вернутся сюда.

— Поверь, тебе у нас понравится, — сказала женщина.

— У вас моря нет и нашего камня.

— Предлагаешь устроить прощание с морем?

— Ну, не с морем.

— С детством?

— На море сейчас штормит.

— Ничего, мы потом в баньке напаримся.

— А потом?

— Завтра веселья уже не будет! — зажглась Олеся.

— Уговорила. Только я ствол на всякий случай возьму.

Глеб не забыл об оружии, прихватил и фонарь. Они вышли во двор.

— Ой, а шампанское? — спохватилась она.

— Зачем?

— Ну как это зачем? Я сейчас! — Она повернула назад.

Глеб проследил за ней взглядом, увидел, как закрылась дверь. Потом на голову его обрушилось что-то твердое и тяжелое. Он отключился.

Ночь еще ранняя, а время уже позднее. Тут или вечеринку затевать, или спать ложиться. Был еще и третий вариант — следить за обстановкой вокруг дома и не забывать о том, что делается внутри. А Евгения как раз сидела за компьютером. Она этого не знала, но вся ее переписка в Сети находилась под контролем. Вдруг эта женщина попытается связаться с Ларионом?

Но пока что таких попыток не было. Может, она и хотела, но Ларион Интернетом не пользовался. Даже телефона у него не было. И дело вовсе не в технической отсталости. Как раз наоборот. Он знал, что менты могут вычислить его через мобильник.

Но все же Ларион допускал ошибки. С Олесей неправильно себя повел и едва остался жив. Скоробейникову к Евгении отправил и засветил свою малину. Может, он сейчас как раз пытался связаться со своей любовницей. Выражение лица у Евгении сосредоточенное, в глазах — надежда на чудо. Если она ждала весточки от Лариона, значит, до сих пор его любила, мечтала о нем.

— Что-то интересное? — спросил Яша.

Женя вздрогнула, услышав его голос.

В этот момент зазвонил телефон майора. Если его вызывали ребята из технического отдела, то Евгения точно вышла на связь с Ларионом. Но на дисплее высветилось имя Щелкачева.

Яша угрюмо глянул на Евгению. Он был влюблен в эту красивую женщину, но знал, что она никогда не будет принадлежать ему. Если у них вдруг даже что-то срастется, то она будет продолжать любить Лариона.

— Товарищ майор, Вензель нашелся! — чуть ли не закричал Щелкачев. — Он сам позвонил, сказал, что Ларион Размолова пошел убивать!

— Откуда звонил?

— Да это сейчас не важно.

— А если это замануха?

Яша с сомнением посмотрел на Евгению. Может, она уже лыжи навострила, осталось только Лариона дождаться. А чтобы Яша не путался под ногами, его нужно переключить на Олесю, которая сейчас у Размолова. Яша к ней, а Ларион — к своей пассии.

— Не знаю. Я наряд уже выслал.

— И сам давай туда! А я пока здесь побуду.

Яша крепко задумался, продолжая смотреть на Евгению. Может, ему все-таки надо ехать на охоту?

Скошенная трава заглушила шум разгона. В прыжке Ларион не издал ни звука и с размаха ударил Размолова рукояткой пистолета по голове. Тот рухнул как подкошенный.

Большие шкафы падают шумно, но из дома никто не вышел. Олеся побежала за шампанским. Если бутылка в баре, то она вернется быстро. Если в холодильнике на кухне, то слегка задержится. В любом случае надо спешить.

Нельзя оставлять за спиной живого противника, за тобой должны быть только трупы. Тем более что Размолов приговорен к смерти. Но стрелять нельзя, а пока достанешь нож да ударишь! А время-то идет.

Ларион присел, не сводя глаз с двери, нащупал на шее баскетболиста артерию. Пульса не было. Ларион усмехнулся. Он бил со всей силы. Голова у Размолова крепкая, и все же удар оказался смертельным. Ну и кто скажет, что удача не на его стороне?

Ларион поднял с земли трофейный упавший пистолет, зашел в дом, плотно закрыл за собой дверь.

— Глеб, ты? — донеслось из кухни.

С Олесей Ларион сошелся в холле. В одной руке у нее была бутылка шампанского, в другой — бокалы.

— Ой!

Бокалы упали на пол, шампанское осталось в руке.

— Можешь застрелить меня пробкой, — заявил Ларион и ухмыльнулся.

— А где Глеб? — с бледным видом пробормотала женщина и бросила взгляд за его спину.

Вдруг Размолов подкрадывается сзади? Но там сейчас могло находиться только его привидение.

— Там же, где и ты будешь, если деньги не отдашь.

— Какие деньги?

— А те самые, которые ты Хворостовой должна отвалить за ее акции.

— Так я их уже отвалила. Сделка заключена, деньги у нее на счетах.

Ларион усмехнулся. Именно это он и хотел услышать. С Жени скачать бабло будет куда легче. А Олеся — сплошной подвох, дела с ней делать так же опасно, как по минному полю ходить.

— Тогда все.

Его палец шевельнулся на спусковом крючке, но убивать Олесю он пока не собирался. Сначала она должна позвонить Гроздьеву. Пусть этот мусор бросает все и мчится к ней на всех парах. Он должен бросить Женю. А Ларион ее, так уж и быть, подберет.

Где-то неподалеку зазвонил телефон. Вдруг это Гроздьев?…

— Если тебе нужны деньги, у нас есть, — сказала Олеся, слушая, как звонит телефон. — Там почти миллион, чистый кэш.

— Где там?

— В кабинете у Глеба. Женя заявила, что хочет миллион сверху, причем наличными. Но мы решили, что это слишком…

— И деньги зажали?

— Ну да. Она и так подписала.

— Это наши с ней деньги.

— Да, но их еще взять нужно. Там сейф.

— Знаю, — сказал Ларион.

Сейф этот достался Размолову в наследство от Крыша, и этот баскетболист, конечно же, перекодировал замок.

— Пойдем, — сказала Олеся и двинулась к лестнице, ведущей на второй этаж.

Ларион потянулся за ней, сделал шаг, другой и чуть не засмеялся. Какой миллион?! Какой кэш?! Он что, лох последний, чтобы вестись на тупой развод. Не деньги там, в сейфе, а ствол.

— Стоять!.. Заткни телефон!

Ларион остался на месте, а Олеся направилась к журнальному столику.

Он внимательно наблюдал за ней и спросил:

— Кто звонит?