Чужая жена - Карен Робардс

– Папа!

Том и Ронни отскочили друг от друга, словно их обдали ушатом холодной воды, и замерли, не сводя глаз друг с друга.

– Пап, ты на кухне? Представляешь, что она сделала?

Ронни захотелось спрятаться куда-нибудь. Абсурдная, конечно, мысль. Единственная дверь из кухни вела в гостиную, которую как раз пересекал Марк. А в кухонном шкафу она при всем желании спрятаться не могла.

Оставалось только ждать.

Марк, пышущий гневом, появился в дверях кухни и замер, растерянно переводя взгляд с отца на Ронни и обратно.

Ронни представила себе эту сцену глазами Марка: его отец, босой, без рубашки, в одних джинсах, и Ронни (по выражению лица Марка было ясно, что он ее узнал), слава богу, полностью одетая, в джинсах и ярко-желтой футболке с изображением восходящего солнца, но тоже босая, с распущенными волосами и без всякой помады на губах. Том застыл возле холодильника, а Ронни – примерно в ярде от него, у стола, на котором стояли две банки колы и две бумажные тарелки с остатками сандвичей.

– Извини, пап, я не знал, что у тебя… – Марк запнулся, но все же договорил: – Свидание.

– А вот и мой сын, Ронни, – непринужденно сказал Том. – Марк, ты помнишь миссис Ханнигер?

– Да, конечно. Добрый вечер.

Марк не мог оторвать от нее взгляда.

– Привет, Марк.

Никогда в жизни два простых слова не давались ей с таким трудом.

– Насколько я понял, вы с Лорен поссорились? – обратился Том к сыну.

Ронни не могла не восхищаться Томом, его хладнокровием и самообладанием. Вопрос, разумеется, был отвлекающим маневром, и весьма эффективным.

– Она вернула мне кольцо! – выпалил Марк.

Он все еще пылал от ярости, и Ронни подумала, что ему, должно быть, неловко так явственно обнажать свои чувства перед чужим человеком.

Он засунул руки в карманы брюк – точь-в-точь как Том! – и прислонился к дверному косяку.

– А я и не знал, что ты дарил ей кольцо, – заметил Том.

– Ну да, это было в начале лета. Все было хорошо. И вот тебе на!

Он поднял левую руку, и на мизинце сверкнуло серебряное колечко.

– Что ты стоишь, Ронни? Ты ведь еще не поела, – сказал Том, открыл холодильник, извлек оттуда бутылку апельсинового сока и протянул ее сыну. – Присядь, Марк. Ты голодный? Хочешь сандвич с ветчиной?

– Нет.

Марк отвинтил крышку бутылки, отпил примерно половину несколькими большими глотками и сел к столу.

Бросив взгляд на Тома, Ронни тоже села. Если она уйдет немедленно, это только усугубит двусмысленность ситуации.

А вдруг Марк не догадался?

Не может этого быть. Ронни вспомнила, какими глазами Марк смотрел на нее на аэродроме. Он не настолько наивен и невинен.

– Так что произошло?

Том уже сооружал новый сандвич с ветчиной.

– Мы поехали в “Пиццу-хат”. Там она заявила, что хочет встречаться с другими парнями, и отдала мне кольцо.

Ронни откусила кусок сандвича и попыталась его прожевать.

– Лорен красивая.

С этими словами Том поставил перед Марком тарелку с таким же колоссальным сандвичем.

– Правда?

Марк откусил огромный кусок от сандвича, от которого только что отказался.

– Да. Но на свете есть много красивых девушек, и многие из них еще красивее Лорен. Подумал бы ты о них.

– Не исключено, – вяло отозвался Марк, продолжая жевать.

Ронни отодвинула тарелку и вступила в разговор:

– Послушайте, Марк, можно вам дать один совет?

– Да, конечно, – ответил Марк.

– На вашем месте я сделала бы вид, что вам наплевать на Лорен. Встречайтесь с другими девушками прямо с завтрашнего дня. Гарантирую вам, что она не останется равнодушной.

– То есть надо заставить ее ревновать? – переспросил Марк. – А в этом что-то есть. Думаете, сработает?