Третий глаз - алмаз - Дарья Донцова

— Олюшка, постарайся понять. У Дегтярева жиличерви! Он их потерял и полагает, что беспозвоночных забрала я.

— А зачем ему червяки? — растеряннопоинтересовалась Зайка.

— Ну… не надо уточнений, — ответила я, — примиэто как факт! Черви от Дегтярева ушли.

— Куда? — не врубилась Ольга.

— Вот, вот, — закивал полковник, — и я хочузнать, в каком направлении они улетели!

— У червяков нет крыльев, — не преминулапродемонстрировать свои знания по биологии Маня, — они передвигаютсяпосредством сжатия…

— А еще полковник видел доберманаСыромятниковых, — быстро сказала я, — милый такой песик, зовут его Деги.

Выщипанные брови Ольги поползли на лоб.

— Да, да, — закивала Маша, — он говорит,стопудово доберман в саду бегает, точь-в-точь как те зеленые человечки, что поМКАД ходят.

— Кеша, — заорала Зая, — скорей! Сюда! Бегом!

Дверь снова раскрылась, я приободрилась.Явление пятое. Входит Аркадий. Может, мне стоит писать пьесы? Наверное, это нетак уж и трудно!

— Мышь в спальне? — деловито осведомился Кеша.— Надеюсь, Дегтярев не собирается стрелять в несчастного грызуна из табельногооружия?

— Нет, нет, — перебила я нашего адвоката, —речь идет о червях.

— Супер, — сказал Кеша, — черви наступают!Сюжет фильма для семейного просмотра, никакого секса и насилия, один ужас! Удедушки инфаркт, у бабушки инсульт, внуки в кайфе. Черви атакуют — один, червиатакуют — два…

— Вы мне надоели, — побагровел полковник. —Дарья, отдай червей! Я их специально для себя растил!

Завершить фразу полковнику не удалось, на негонапал кашель.

— О чем это он? — поразился Аркадий.

Меня затошнило.

— У полковника жили черви! Он их кормил, поил!

— Гулять водил! — встряла Маша.

— Ботинки им покупал, — выпалила Зайка.

Аркадий потер ладонью лоб.

— Коллективная шиза! Это хорошо!

— Почему? — не поняла Маня.

— Я помещу вас в одну палату, сэкономлю набольнице, — засмеялся Кеша, — оптовые услуги всегда дешевле!

— Деги, Деги, — донеслось со двора.

Мы с девочками переглянулись и ринулись набалкон. По проезжей дороге, нелепо взбрыкивая лапами, бежал молодой доберман, аза ним несся с поводком в руке банкир Сыромятников, выкрикивая на разные лады:

— Деги! Стой! Мерзавец! Деги! Прекрати! Деги!Деги!

— Он существует, — ошарашенно протянула Маня,— осталось увидеть на МКАД зеленых человечков.

— Что я вам говорил! — торжествующе закричалАлександр Михайлович. — Дарья, верни червей.

— Муся, — зашептала Маня, — вспомни, может, тыих случайно взяла?

— Я похожа на сумасшедшую? — прищурилась я.

— Конечно нет, — поспешила успокоить меняЗайка, — но иногда происходит нечто само собой… Вот вчера в гримерке ясхомячила почти целую коробку зефира. Как такое вышло?

— Я никоим образом не могла съесть червей! —возмутилась я. — Прекрати говорить глупости.

Дверь открылась, появился Амара.

— Хозяйка, где черепашка? — спросил он.

Я заморгала. Маразм крепчает, теперь еще ичерепаха! Я точно знаю, что никаких пресмыкающихся в доме нет!

— Вот он сейчас все объяснит! — обрадовалсяДегтярев. — Амара!

— Да, хозяин! — вытянулся в стрункудомработник.

— Прекрати меня так называть, — занервничалполковник, — а то я ощущаю себя рабовладельцем!

— Иес, босс, — поклонился Амара.

Дегтярев поднялся из кресла.

— Где мои черви?

— Их нет, босс!

— Это понятно! Куда они подевались?

— Их съели, босс!

— Кто? Говори правду!

Амара ткнул в меня пальцем.

— Она, хозяин! То есть босс!

— Ты сбрендил? — подпрыгнула я. — Отродясь невидела чертовых червяков.

— Они не чертовы, а французские, — простоналполковник, — стоят дорого, мне их Жорж прислал! В подарок! На развод! Сорокштук! Для рыбалки! С пилотом передал!

В моей голове забрезжил луч понимания. Жорж —коллега Дегтярева из Парижа. С Александром Михайловичем его связывают годынежнейшей дружбы. Комиссар Перье[12] страстный рыбак, пару раз Дегтяревприглашал его в одно заветное место на расположенную в провинциальной глуширечку, где приятели, забыв обо всем на свете, удили щук. У Жоржа есть племянникАнри Марио, пилот авиакомпании «Эр Франс». Простите, конечно, что я выдаю чужиетайны, думаю, что руководство авиакомпании запрещает летному составу работать,так сказать, почтальонами, но Анри возит туда-сюда небольшие посылочки. Жоржотправляет Дегтяреву всякие рыболовные примочки, а полковник платит ему той жемонетой, и все в восторге.

Дней десять назад Жорж осчастливил полковникасуперчервями. Для меня остается загадкой, каким образом двое полицейскихухитряются договориться между собой. Александр Михайлович может произнестипо-французски одну гениальную фразу:

— Жё мапель Алекс, жё сюи маляд!

Мало кто из франкоговорящих людей может понятьпассаж, произнесенный с невероятным акцентом, поэтому даю точный перевод.

— Меня зовут Алекс, я болен.

Первую фразу можно считать собственнымпредставлением, а вот откуда взялась вторая? Я теряюсь в догадках.

Жорж же, хитро улыбаясь, отвечает по-русски:

— Дружьба! Моськва! Ура!

Сами понимаете, с таким словарным запасомдалеко не уедешь, но мужчины расчудесно ведут диалог. Один раз Жорж гостил унас в Ложкине, Александр Михайлович приехал домой с работы, увидел приятеля встоловой и завел:

— Мерси, мерси.