Симфония тьмы - Чингиз Абдуллаев

Вечером, ровно в семь, Ястреб позвонил в американскоепосольство по известному ему телефону. Трубку взял сам Роджер.

– Я хотел бы с вами встретиться, – попросилШварцман.

– Увидимся сегодня в известном вам месте, – сухоответил Роджер, – через полчаса.

Через полчаса они оказались в итальянской пиццерии, гдевстреча должна была состояться в случае удачного исполнения Шварцманом заказаРоджера. Американец пришел в темном плаще и большой шляпе, словно решилвспомнить о гангстерах тридцатых годов. Шварцман был в кожаной куртке и кепке.Было довольно холодно, и он сразу попросил принести ему виски.

Роджер появился, как всегда, неизвестно откуда и сел застолик Шварцмана. Он был высокого роста, с резкими чертами лица, широкоплечий.Шварцману не нравились его глаза. Они были какого-то непонятного белесогоцвета. Войдя в пиццерию, Роджер неприязненно уставился на бутылку виски.

– Кажется, вы спиваетесь, – неодобрительно сказаламериканец, – вместо того, чтобы сделать дело.

– Это не так просто, – огрызнулся Шварцман, –мне все время мешает Дронго. Этот проклятый специалист. Он убрал всех моихпомощников…

– Успокойтесь, – недовольно перебил егоРоджер, – ведь вы знали, с кем придется иметь дело. И поэтому мы разрешиливам набрать целую команду. Никто не виноват, что вы так бездарно готовите своипокушения.

– Я его убью, – сжал огромный кулак Шварцман.

– Вы обещали мне это еще в Париже, – напомнилРоджер. – Так просто нельзя работать.

– Я его все равно убью, – повторил Шварцман.

– Кажется, нам придется вам немного помочь, –задумчиво сказал Роджер, – этот тип действительно мешает всем. Завтраночью у вас будет шанс убрать Дронго. Только постарайтесь не ошибиться.

– Мне нужно войти в отель?

– Нет. Завтра он решит прокатиться на катере. Вместокапитана за рулем будете вы. И, я думаю, у вас не будет особых проблем с этимДронго.

– Он знает меня в лицо, – нерешительно сказалШварцман.

– Он вас не увидит. Он сразу войдет в салон и сядет застолик. А вы будете в это время на корме. Их будет обслуживать официант. Совсемне обязательно, чтобы он вас видел.

– Вы сказали «их». Кого – их?

– Это неважно, – отмахнулся Роджер. – Завтраон сядет на этот катер, где вместо капитана будете стоять вы. Надеюсь,управлять катером вы умеете. Как только катер пройдет внешнее кольцо каналов,можете начать действовать. Быстро и четко. Спутник Дронго не будет вам мешать,это я вам обещаю.

– Но вы точно знаете, что он сядет на катер? – несдавался подозрительный Шварцман.

Роджер усмехнулся.

– Когда я вытаскивал вас из тюрьмы, вы были менееразговорчивы, – напомнил Роджер. – Завтра у вас решающий день.Постарайтесь не промахнуться. Это будет ваш последний шанс убрать Дронго.

– Хорошо. – Шварцман задумчиво посмотрел настоявшую перед ним бутылку. – А потом я спокойно уберу Осинского.

– Договорились, – кивнул Роджер, – увидимсяздесь послезавтра. В это же время. А завтра в три часа дня будьте напривокзальной площади. В отеле «Виктория». Там вам передадут все необходимоедля завтрашнего путешествия. Документы, костюм и даже парик, чтобы Дронго узналвас не сразу. Если сделаете все четко, получите всю сумму сразу. Как мы идоговаривались. Но только после убийства Осинского. А Дронго мы отдаем вам какнебольшой подарок, чтобы вы наконец выполнили свое поручение и ликвидироваликомпозитора.

– Не понимаю вас, – нахмурился Шварцман, –даже такой профессионал, как Дронго, не стоит для вас такого слизняка, какОсинский. Почему вы хотите его убрать?

– До свидания, – поднялся Роджер, проигнорировавего вопрос. – Надеюсь, завтра вы будете более точны. И запомните – вы нипри каких обстоятельствах не должны убивать спутника Дронго. Это наш человек.Вы меня хорошо поняли?

– А если я случайно нажму на курок? – ухмыльнулсяЯстреб.

Роджер нахмурился.

– По-моему, в бразильской тюрьме вам не оченьпонравилось. Сделайте все так, как я вам говорил. Чтобы туда больше непопадать.

С этими словами он вышел из пиццерии. Шварцман, посмотревему вслед, едва не швырнул бутылку. Потом схватил ее, чтобы налить еще немного.Но, подумав, усилием воли заставил себя подняться. Завтра ему нужна яснаяголова, и самое худшее, что он может сделать, – это сегодня напиться. Есливсе пройдет нормально, завтра он наконец отдохнет. Шварцман с сожалениемпосмотрел на оставшуюся бутылку и, бросив на стол разноцветную голландскуюкупюру достоинством в пятьдесят гульденов, вышел из пиццерии. Завтра емупредстоял важный день. Он наконец доберется до своего обидчика.