Кольцо принцессы - Сергей Алексеев

— Купил — украл. Хотел отдать — не могли догнать.

— Шустрить будешь на нарах, — он не мог скрыть глубокого презрения. — Не наживай врагов, Шабанов. Тебе сейчас лучше друзей искать.

— Тогда я пошел!

— Куда?

— Искать друзей!

— Решено ограничить свободу твоего передвижения, — глядя в сторону, заявил маркитант. — Сейчас придет офицер комендантской роты и отведет куда надо.

Таким образом, он показал, кто на самом деле тут владеет ситуацией и кто правит бал…

Представитель Главного Конструктора и НПО, где создавалась и производилась «Принцесса», в прошлый раз выглядевший интеллигентным снобом, сейчас встретил Шабанова, как отца родного. Тотчас отправил сопровождающего офицера, закрыл форточку — единственный источник воздуха в маленькой комнатке с низким потолком, и включил чайник. По виду он был нормальным нищим ученым эпохи перестройки, чудом удержавшимся в системе военно-промышленного комплекса и теперь рьяно отрабатывавшим свой скудный хлеб. Посол Главного Конструктора был гражданским человеком и, верно, потому щепетильным, честолюбивым и вольным.

— Все, все, все знаю, — заговорил он. — О чем не знаю — догадываюсь. Они хотят свалить всю вину на наше НПО! Сами наворотили дел, сами подвергли риску весь проект, и теперь им нужен стрелочник.

Уверяю вас, господин Шабанов, установленная на вашей машине «Принцесса» находилась в полной исправности и на стенде не давала сбоев. Это весьма прочное, отработанное и совершенное изделие нашего предприятия! И мы из чувства достоинства и чести не могли отправить индийским друзьям неисправный прибор. Нам близка эта страна. Что имеем мы — должны иметь они! Да как можно для истинных братьев делать, пардон, грубую халтуру?!. Будь это другая страна — Откровенно скажу вам! — Югославия, Словакия, Беларусь, могли бы отправить продукцию с некоторыми мельчайшими отклонениями от нормы. Самыми незначительными! Например, по данным Мохова.

— Я не знаю его, — серьезно сказал Шабанов.

— Ну, разумеется! Это один из создателей «Принцессы». Он разработал защиту самолета от попаданий ракет «воздух-воздух». Если выпущенная ракета, не долетая до цели, уходит резко вверх на восемьсот метров и там взрывается — норма. Но если она летит к земле — отклонение. Да вы просто не представляете, Герман Петрович! В нашем изделии сосредоточено до пятидесяти открытий «ноу-хау»! Нам удалось перепрыгнуть через поколение подобных приборов в США! Я же говорил вам: «стелс» — это же чисто рекламный проект! Просто весь мир условился, что американская военная техника — самая лучшая, но случись война с НАТО, мы будем без всякого напряжения молотить их авиатехнику, даже стрелковым оружием. И они об этом — знают!.. А сейчас ответственные люди из особого отдела и Росвооружения пытаются убедить нас, что мы сделали халтуру. Некое сырое, нестабильное устройство, способное не защитить самолет, а погубить его. Потому вы для нас, господин Шабанов, самый главный эксперт в этой ситуации. Мы чувствуем, как некие силы намерены опорочить отечественные открытия в этой области и тем самым погубить целое направление в науке. Это же открытое, явное вредительство! Хотя подобное слово сегодня не в почете.

— Ваша «Принцесса» работала отлично, — похвалил Шабанов. — Без всяких сбоев.

— Да я в этом уверен! Если бы вы знали, как мы спасали эту благородную деву от черного глаза! — чувствовалось, что представитель Главного Конструктора давно возмущен положением дел. — Наше бюро заполонили иностранные разведки, проникли во все отделы и структуры, фиксировали каждый шаг, каждую новую разработку. И тогда наш Главный пошел на хитрость! Он создал сверхсекретный сектор якобы для разработки суперсовременных систем наведения, и туда сбежались все жиды. Все до одного! А он месяц их поманежил и сократил весь сектор. Всех выкинул на улицу! Тогда это поощрялось в ВПК. С чем боролись, на то и напоролись! Но какой поднялся шум! Нас чуть не закрыли!.. Но мы выстояли. И у нас до сих пор сохраняется государственная тайна… Сейчас Главный у нас — один из первых хакеров в России. Знаете, у нас сразу деньги появились. Иначе бы давно погибли. А мы «Принцессу» сделали! До ума довели! И сколько всяких наработок! Например, проект «Скиф»!..

Он осекся, поняв, что болтает лишнее..

— Нет, прибор ничего, — еще раз похвалил Шабанов. — Только вот запах…

— Да это ерунда! Главное, самолет становится невидимкой!

— Во всяком деле должна быть эстетика.

— Здесь вы не правы, товарищ Шабанов! Оружие должно быть грозным!

— Для врагов. А почему я должен сидеть в кабине, как в сортире? У нас всегда так: создадут что-нибудь приличное, и обязательно к этому — ложку дегтя.

— На это у вас существует кислородная маска!

— Все равно, ваше изделие — примитив, — заключил Герман. — Я носился с «Принцессой», как с писаной торбой, думал — верх технической мысли. Оказывается, есть в мире вещи… Вы знаете, что такое — «курица»?

— Курица? Имеется в виду, птица?

— Нет, камень такой, с дыркой. Ну, помните, в детстве ходили по берегам и искали…

— Ах, камень с дыркой! Понимаю… И что же?

— Так вот, одна «курица» размером с ваш чайник вырабатывает около пятидесяти киловатт электроэнергии.

— Постойте, постойте, господин Шабанов… Каким же образом? Как может камень с дыркой вырабатывать энергию? Вы ничего не путаете?

— Но вырабатывает, я сам видел! К «курице» подключены провода, а сама она лежит на дне горной реки. Я тоже не поверил, перехватил кабель… Хотите, покажу вам нож? Лезвие десантного ножа выгорело на сантиметр.

Представитель Главного Конструктора засмеялся, снял чайник с плитки, поставил два граненых стакана и бросил чайные пакетики.

— Ну знаете!.. Если бы каждый камень с дыркой давал по полсотни киловатт! Зачем строить атомные станции?

— И я о том же. Наша цивилизация и вся наука идут по порочному пути. По пути самоуничтожения. — Шабанов придвинул к себе горячий стакан. — Благоустройство и удобство жизни требует бесконечных затрат: энергетических, финансовых, собственных физических сил… И жертв! Люди гибнут за металл. Да, вот так удобнее и приятнее, — он подергал нитку заварного пакета. — И в этом смысл жизни?

— Что-то я вас не совсем понимаю, — интеллигентно признался собеседник. — Вы очень странно выражаете свои мысли…

— Да я их вообще не умею выражать. Привык больше чувствовать.

— Должно быть, вы поэт по природе!

— Ничего подобного… Чтоб человечество не погибло, оно должно научиться не вырабатывать энергию, а снимать ее. Со всех вещей и предметов, которые ею насыщены. — Герман погрел руки о стакан. — Вот так, например, мы снимаем тепловую, верно?

— Концептуально я согласен, — проговорил ученый человек. — Но это невозможно, потери…