Тайна Шерлока Холмса - Джерард Келли

— Думаю, отец Джастина хотел, чтобы сын в конечном итоге всё-таки разгадал загадку, поэтому она не должна быть столь уж головоломной. Главное — разобраться с ключом, а дальше всё пойдёт как по маслу.

— Каким ключом?

— Нам надо выяснить, кто такие Фрэнк и его друзья. Для начала давайте разберёмся, где живёт Фрэнк. Земля Англов, понятное дело, Англия. Наша родина названа так в честь именно этого германского племени, обосновавшегося здесь. Впрочем, если в письме речь идёт об адресе, под словосочетанием «Дитя Афродиты» должно скрываться название графства. Вопрос — какого?

В голове у меня проскочило смутное воспоминание. Я нахмурился и вдруг, улыбнувшись, щёлкнул пальцами.

— Ещё будучи студентом медицинского училища, я как-то полез в энциклопедию греческих мифов. Я как раз занимался исследованиями гермафродитизма у человека… Это патология, характеризующаяся одновременным наличием мужских и женских половых органов. Так вот, меня заинтересовало происхождение термина. Патология названа в честь Гермафродита — сына вестника богов Гермеса и богини любви Афродиты. Когда Гермафродит купался в источнике, в котором жила нимфа Салмакида, она полюбила юношу и попросила богов навеки соединить их. Боги выполнили желание нимфы, и они слились в одно существо. Не знаю, сможет ли это вам как-то помочь или нет.

— Ну конечно же, Уотсон! Воистину, вы источник вдохновения. Неужели вы не понимаете? Дитя Афродиты — гермафродит: не мужского пола, не женского, а, так сказать, среднего. «Пол» по-английски «секс», а «средний» — «мидл». В результате получаем название графства — Мидлсекс.

— Браво! Теперь это очевидно и мне, — признался я.

Тем временем Холмс вытащил с книжной полки атлас, раскрыл его на странице с крупномасштабной картой Англии и практически сразу же расплылся в улыбке:

— Отгадать следующую часть адреса не составляет никакого труда. Всё проще простого.

— Ну и где же находится эта Борона-на-Пригорке?

— Одно из слов в английском языке, имеющих значение «борона», звучит как «харроу». Синоним слова «пригорок» — «холм», по-английски «хилл». В результате получаем Харроу-он-зе-Хилл, вот он, как раз в Мидлсексе.

— Точно! — воскликнул Джастин. — Даже я слышал о Харроу-он-зе-Хилл!

— Отлично, у нас наметился кое-какой прогресс, — потёр руки я. — Но что имеется в виду под словосочетанием «кошкин зов»?

— Полагаю, название улицы каким-то образом связано с кошками или мяуканьем, — немного подумав, ответил Холмс. — Больше мне ничего не приходит в голову. Думаю, лучше всего разобраться на месте, когда мы уже доберёмся до Харроу-он-зе-Хилл.

Мы с Джастином согласно кивнули. Поскольку назавтра с утра мне предстояло проведать больных, мы договорились отправиться в путь чуть позже. На следующий день после полудня мы уже сидели в экипаже и мчались в Мидлсекс.

Пока мы ехали, Холмс снова углубился в чтение письма. Внимательно изучив его, он повернулся к Джастину:

— Ваш отец призывает вас не сходить с пути, как подобает христианину. Он сам был человеком верующим?

— Да, хотя истово верующим его назвать нельзя. Они с матерью были добрыми христианами, но мы жили в глуши, поэтому в церковь ходили не часто.

— В письме он также упоминает святошу Фрэнка, — продолжил расспросы Холмс. — Вам не приходилось слышать от отца о человеке с таким именем, живущем в Англии?

— Никогда, — помотал головой Джастин.

— В письме ещё говорится о трёх других помощниках: Колумбе, Шелли и короле Гарри, — заметил я. — О ком идёт речь? О Христофоре Колумбе, поэте Перси Шелли и короле Генрихе? И если о Генрихе, то о каком из Генрихов?

— Вряд ли, Уотсон, — с сомнением отозвался Холмс. — Все они жили в разное время и разных местах, так что в данном случае текст письма нельзя воспринимать буквально — люди, которых вы назвали, не могут быть друзьями Фрэнка. Может, речь идёт о кличках его друзей? Они, кстати, распространены в преступном мире. Так уголовники пытаются скрыть от полиции свои истинные имена.

— Похоже, отец переоценил мои умственные способности, — сокрушённо покачал головой Джастин. — Я понятия не имею, что он имел в виду.

— Не беспокойтесь, — улыбнулся Холмс. — Уверен, что в своё время нам всё удастся выяснить.

Через некоторое время мы прибыли в Харроу-он-зе-Хилл и Холмс велел извозчику покатать нас по этому маленькому очаровательному городку. Где-то с полчаса мы колесили по улицам и читали все указатели, что попадались нам на глаза.

— Эврика! — вдруг вскричал Холмс. — Остановите кэб!

Мой друг спрыгнул на мостовую, и мы последовали за ним. Вдаль уходила дорога, на обочине которой стоял указатель «Мэнкс-Мяус».

— Мэнкс — это же порода бесхвостых кошек! Я ничего не путаю? — осведомился Холмс.

— Есть такая порода, — подтвердил я. — Она появилась на острове Мэн.

Велев извозчику никуда не уезжать, мы двинулись вперёд по улице. К счастью, она оказалась не такой уж длинной. Пройдя её примерно до половины, мы обнаружили по правую руку от нас крошечную церквушку.

— Вот что имел в виду ваш отец, когда призывал вас не сходить с пути, как и подобает христианину. Поздравляю, мы нашли святошу Фрэнка. Церковь посвящена Франциску Ассизскому.

Джастин просиял от радости:

— Вы просто гений, мистер Холмс!

Мы зашли в церквушку. Внутри, кроме нас, практически никого не было. Царили тишина и покой. Убранство церкви было скромным — дубовые перекрытия, покрытые побелкой стены, а напротив алтаря — большой витраж с изображением святого Франциска в окружении зверушек и птиц. Святой умиротворяюще взирал на нас. На его левом плече сидел голубь, а правая рука была поднята для благословения. Мы принялись озираться, тщетно пытаясь отыскать хотя бы какой-нибудь намёк на Христофора Колумба, Шелли или короля Генриха.

— Уже поздно, — промолвил Холмс, глянув на часы. — Пожалуй, нам стоит найти гостиницу, в которой можно будет переночевать. А завтра с утра снова приступим к поискам.

Мы согласились. Помимо усталости, я ещё и проголодался как зверь. Снова устроившись в кэбе, мы велели извозчику отвезти нас на постоялый двор, который приметили, когда катались по городу. Назывался он «Синий вепрь». При гостинице находилась таверна, где сверкала начищенная медь и уютно горел огонь в очаге.

Хозяин заведения, весёлый толстяк с бачками по имени мистер Арчер, улыбнувшись, поздоровался с нами и спросил:

— Чего изволите, джентльмены?

— Три кружки вашего лучшего эля, сытный ужин и три комнаты на ночь. Именно в такой последовательности, — ответил Холмс.

— Будет сделано, сэр, — снова расплылся в улыбке мистер Арчер. — Добро пожаловать к нам в «Синий вепрь».

Не прошло и минуты, как мы уже сидели у огня и потягивали отменный эль.