Бенефис мартовской кошки - Дарья Донцова

– Хватит, иди, спи себе спокойно!

Пуделиха, продолжая ворчать, отправилась в большую комнату,но тут, на ее несчастье, из-под стола выскочила Роза фон Лапидус Грей. Собачкаувидела, что я легла на софу, и поторопилась занять сладкое местечко возлемоего лица.

Произошло столкновение. Черри взвыла и попыталась тяпнутьРозу. Та в отличие от меланхоличного Хучика не осталась в долгу и приняласьяростно налетать на пуделиху, явно желая цапнуть ту за длинные свисающие уши.Банди, решив принять участие в игре, залаял.

– Прекратите, – велела я, – никакого покоя.

Троица замолчала, зато ожил Снап:

– Гав.

– Перестань.

– Гав, гав.

Дзынь, дзынь – раздалось из прихожей.

Ротвейлер укоризненно глянул на меня, словно говоря: «Лаял,лаял, а ты даже не встала».

Смирившись с тем, что спокойно подумать не получится, яраспахнула дверь, ожидая увидеть Машку, и чуть не вскрикнула. На лестнице стоялмолодой парень, круглощекий и пухлогубый, одетый в милицейскую форму.

Я отступила в глубь прихожей. Ну и дурака я сваляла! Сегодняже суббота, и сразу после школы Манюня поедет в Ветеринарную академию. Жизнь вЛожкино сделала меня беспечной. Наш дом находится на охраняемой территории, и яоткрываю дверь, не глядя в видеофон.

– Вам кого? – пролепетала я.

– Валентину Яковлевну Нефедову, – суровым голосом заявилпаренек.

По виду ему едва-едва исполнилось четырнадцать. Круглоебезусое личико, торчащие, словно ручки у кастрюли, уши и страшно серьезнаямина.

– А вы кто?

– Участковый, – отрезал юноша, потом помолчал и добавил: –Новый, Андрей Иванович, прежний ваш, на пенсию ушел.

В голове мигом созрело решение.

– Валентина Нефедова – это я.

– Паспорт покажите!

Не приглашая его в прихожую, я сбегала на кухню, вытащила изящичка красную книжечку и сунула ребенку в форме под нос.

– Смотрите.

– Это вы?

– Конечно.

– Чегой-то фото не похоже, тут светленькая такая и молодая…

– Волосы я покрасила, а насчет возраста… Вы хотите меняобидеть? Снимок и впрямь сделан давно, но ведь и паспорт мне выдали не вчера.Собственно говоря, в чем дело?

– Зайти можно?

– У вас есть ордер?

– Нет.

– Тогда стойте, где стоите, – осмелела я, – и быстрообъясните, по какой причине не даете человеку отдохнуть в его законныйвыходной.

– Жалоба на вас поступила от соседей.

– Да? И какая?

– Жильцов у себя поселили без прописки, с собаками, бегаютпо двору, гадют!

– Кто? Жильцы? Глупей ничего не придумали? В квартире естьтуалет!

– Нет, – оскорбился мент, – псы справляют естественныенадобности.

– У меня нет жильцов, родственники в гости приезжают, но онимосквичи, и после одиннадцати никто не шумит.

– Собаки…

– Ходят на пустырь!

– Положено на площадку выводить, есть специальнооборудованное место.

– И где оно?

– Между гаражами.

– Извините, не поняла.

– От метро влево, – принялся растолковывать страж порядка.

Поняв, что мне предлагается уходить со стаей за пятькилометров, я возмутилась.

– И как, по-вашему, я объясню животным, что нужно терпеть доэтой площадки?

– Это не мое дело, – пожал плечами участковый. – Собакипортят экологию, они загрязняют город!

– С ума сойти! У метро сейчас сидит коллектив бомжей,грязных, вшивых и, скорей всего, туберкулезных. Они, по-твоему, лучше моихчистых и привитых животных?

Мент начал переминаться с ноги на ногу.

– А машины? – неслась я дальше. – Давай запретим имипользоваться, вот от них-то самая грязь!

– Автомобиль полезная штука, – заявил дурачок, – а собакаукусить может!

Я прищурилась.

– Машина запросто тебя задавит! Кстати, ножом элементарноможно зарезать, веревкой удавить, вилкой заколоть, а спичкой поджечь… Давайпользоваться всеми этими предметами в специально отведенных местах. Надо хлебпорезать, бегом в ножевую, требуется вилка – скачи в вилочную, за веревкой вверевочную, правда, неясно, как жить, ну да это ерунда.

– Издеваетесь, да? – протянул мальчонка. – Я-то чемвиноватый? Мое дело сигнал проверить и отреагировать. Сам понимаю, что ерунда,видно, что вы женщина положительная, только мне за смешную зарплату всякойдрянью приходится заниматься!

Он перевел дух и добавил:

– А собаки у вас не злые, хоть и страхолюдские. Мне вон табольше всех нравится, кучерявенькая.

И он наклонился, чтобы потрепать Черри по голове.

К сожалению, собаки, как и люди, с возрастом не делаютсямоложе. Годам к десяти на друзей человека набрасываются болячки. Наша пуделихаобзавелась целым букетом заболеваний, по счастью, нетяжелых, но довольнонеприятных. Ее замучил артрит, началась катаракта, и иногда ни с того ни с сегобьет кашель. Когда, примерно полгода тому назад, мы заметили, что Черри как-тостранно ходит, всеми лапами в разные стороны, то не на шутку перепугались ивызвали Дениса. Наш ветеринар тут же прописал ноотропил, и теперь каждый вечеру нас начинается представление под названием «Дай пуделю лекарство». Ставбольной, Черрепета не растеряла сообразительности, ей не нравится глотатьжелатиновые капсулы, поэтому она при виде домашних с красно-белой коробочкой вруках предпочитает исчезнуть. Для меня остается загадкой, каким образомполуслепая собака видит, что я держу упаковку ноотропила? Но факт остаетсяфактом, пуделица исчезает, как дым, едва в моих руках оказывается капсула.Впрочем, если Черри все же поймать, она изо всех сил стискивает зубы иизображает из себя партизанку на допросе.