Бенефис мартовской кошки - Дарья Донцова

– Нас обокрали!

Сестры умерли разом, сначала Елена, а через полгода Анна.Галя первой вошла в квартиру тетки и тщательно обыскала все, но брошку ненашла. Напрашивался вывод: Анна Николаевна отдала раритет сыну.

Галя попыталась восстановить историческую справедливость,съездила к двоюродному брату в столицу и попробовала вытребовать свою долю. НоВолодя попросту выгнал ее, нагло заявив:

– Брошь моя, перешла от матери, какое отношение ты к нейимеешь? Езжай назад и не смей больше ко мне являться!

Пришлось убираться.

Шли годы, в душе Галины жила обида. Потом умер Володя, Галяузнала о его смерти через много лет, чисто случайно. Никаких связейродственники не поддерживали. Весть о кончине двоюродного брата не огорчилаГалину. Она собралась в Москву и явилась к Тине, наврав, что Аллочка собираетсяпоступать в институт. На самом деле перед матерью и дочерью стояла другаязадача – найти брошь. Стоило мне и Тине уйти, как бабы начинали лазить позакоулкам, но безуспешно. В конце концов, Гале пришла в голову мысль, что в заднейстенке шкафа есть тайник, и она велела Аллочке разобрать гардероб. Но тутнекстати вернувшаяся Тина застала девушку на месте преступления.

– У тебя есть такая брошь? – повернулась я к подруге.

Та, чуть помедлив, спросила:

– Такая желтая, с огромным прозрачным камнем?

– Ага, – кивнула Аллочка, – мамочка говорит, бриллиантпросто здоровенный, а вокруг сапфиры.

– Минутку, – сказала Тина и вышла в коридор.

Через пару секунд она вернулась, неся в руках довольногрязную тряпку из непромокаемой ткани.

– Смотри, – ткнула она мне под нос обноски, – похоже?

Я уставилась на брошь, прикрепленную к вещи. Овальная оправаиз желтого металла, в центре торчит невероятных размеров кусок стекла,окруженный россыпью синих камешков.

– У меня только такая брошка имеется, – усмехнулась Тина, –золото кастрюльное, камни дорожные.

Но в моей душе уже зародились сомнения: слишком веселопереливался электрический свет на гранях «страза». Ни слова не говоря, явыхватила из рук Тины брошку, подошла к окну и резко провела камнем по стеклу.Появившаяся глубокая царапина не оставляла сомнений: в моих руках бриллиант.

– Мать моя, – всплеснула руками Тина, – никак и впрямьнастоящая! Во дела!

– Разве тебе муж не говорил о драгоценности?

Тина покачала головой:

– Один раз обронил, что у его матушки была дурацкая брошка,которую она считала очень дорогой. Только Володя думал, что мать зря болтает,ну откуда у нее антиквариат? Они всю жизнь бедно жили. А после смерти мужа ястала разбирать его вещи и нашла эту штуку. Честно говоря, посчитала еебижутерией, уж больно здоровенный камень, чуть не выкинула. Я ее в комбинезонРозы фон Лапидус Грей воткнула, у него «молния» сломалась, вот брошка и служилазастежкой. Значит, эти ворюги по всем углам пролезли, а в шкафчик, где собачьиповодки валяются, не заглянули.

– Кто бы мог подумать, что Роза фон Лапидус Грей щеголяет вуникальных драгоценностях, – медленно сказала я.

– Мамонька с ума сойдет, – прошептала Аллочка, не отрываяглаз от блестящего камня, – небось жутких денег стоит.

Что правда, то правда. Тина продала драгоценность и купиласебе просторную квартиру в приличном районе. Ей хватило на мебель, новуюбытовую технику, посуду, одежду, и еще осталась вполне приличная сумма. Аркашкапошептался кое с кем из своих влиятельных клиентов, и Тину взяли на работу врекламное агентство. Она пишет там всякие тексты и очень довольна. Зарплатапозволяет ей покупать собакам мясо, а себе полюбившийся кофе «Лавацца». Мыникогда не разговаривали с ней на эту тему, но я знаю, что, продав бриллиант,Тина вызвала в Москву Галю и поделилась с той выручкой.

Вот так и закончилась эта невероятно запутанная история.Жизнь наша вернулась в прежнее русло. Зайка выздоровела и опять работает нателевидении, Аркашка мотается между юридической консультацией и клиентами, Манягрызет гранит науки, близнецы растут. Собаки здоровы и веселы, кошки тоже неболеют. Частенько на уик-энд приезжает Тина. Альме и Розе фон Лапидус Грейочень нравится носиться с громким лаем по саду. Дегтярев горит на работе. А ячитаю детективы, уютно устроившись на диване с коробкой шоколадных конфет.Погода испортилась, в окно уже дышит зима, и Хучик предпочитает спать,забившись под теплый плед. Это все, мне больше нечего сказать. Ах да! С ЛенкойГлотовой и Натой Ромашиной, с противными бабами, говорящими за спиной обо мнегадости, я больше не дружу.