Платит проигравший - Михаил Март

– Вы ко мне? – спросила пожилая дама.

– Сожалею, мэм, но меня интересует Айлин Сэтчер.

– Кто вы?

– Представитель концерна, где она работала. Дверь открылась шире. Из-за створки на уровне моих коленей появилась черная лохматая морда пса с длинными отвислыми ушами и влажными умными глазами, чем-то напоминающими глаза хозяйки, но более добрыми и ясными.

– Сначала выгоняете, а потом ходите?

– С чего вы взяли, что Айлин выгнали?

– А то я не видела, в каком состоянии она находилась.

– В каком же?

– В кошмарном! – гавкнула старуха. Пес в точности спародировал этот звук.

– У меня есть способ взбодрить девушку.

– Не получится. Она собрала вещи и уехала. Вряд ли старуха лгала, но новость не очень приятная.

– Ей не понравилось у вас?

– Она не отчитывалась. Строптивая девица. Такой палец в рот не клади.

– Вам ничего не известно о ее новом адресе?

– Нет. Ищите сами, если виноваты.

– Концерн ни в чем не повинен.

– А то кто же, Я слышала, как она кричала по телефону: «Чтоб он сгорел вместе с этой сволочью!» и еще: «Это ему даром не пройдет». Ругалась, страшно.

– Кому же она это говорила?

– Понятия не имею. Я не подслушиваю чужих разговоров.

– Простите, миссис…

– Фоке. Миссис Фоке.

Дверь открылась еще шире. Пес уже обнюхивал мои ботинки.

– Мы хотели бы ей помочь.

– О чем вы раньше думали?

– У мисс Сэтчер был приятель? – Вопрос уперся в пустоту. – Возможно, ее молодой человек помог бы нам найти Айлин.

– Не знаю, не знаю. В дом она никого не приводила, у нас это не принято. Однажды – случайно, разумеется – я видела в окно, как за ней приезжала шикарная машина. Шофера мне не удалось разглядеть, но мне показалось, он не молод.

– Как вы это определили?

– Когда Айлин вышла из дома, он, сидя в машине, наклонился, чтобы открыть ей дверцу. Я заметила седину.

– Вы не запомнили марку машины?

– Ничего в них не понимаю. Длинная, белая, вся сверкает. До войны таких не делали. Вы что же, хотели ее вернуть? Зря стараетесь. Она девушка гордая, с характером.

– Я учту это. Спасибо, вы были очень любезны, миссис Фоке.

Наклонившись, я потрепал пса по шерсти, в ответ он лизнул мне руку.

– Любите собак?

– Обожаю. Чем больше узнаю людей, тем больше люблю собак.

Когда я сел в машину, старуха еще стояла на крыльце и смотрела в мою сторону. Дел у меня было больше, чем вшей на ее пуделе, но я решил вернуться в свою контору. Не исключено, что Хэйзл будет искать меня или же позвонит. Лучший способ найти кого-то – это дать ему возможность найти тебя. Выводы делать рано, но, похоже, история при-обретает неважнецкий оборот, а я в полной прострации и не продвинулся ни на шаг. Самым трудным вопросом оставался не труп Кейлеба, а внезапное исчезновение Хэйзл. Если ее не интересовало, с кем уединился в Камер-Холле ее муж или, предположим, она уже знала, что Кейлеб мертв, то какой смысл разыгрывать комедию и привозить меня на место преступления? Заплатить тысячу долларов, чтобы показать труп? Чушь несусветная. Другой вариант: она сама убила Кейлеба и решила меня подставить, но такая схема еще более неправдоподобна. Для этого необходимо притащить меня к тепленькому покойничку и вызвать полицию. Кейлеба убили за сутки до моего появления и притянуть меня к участим в преступлении невозможно. Вопрос следующий: кто находился в доме одновременно со мной? Если Хэйзл знала об этом человеке, то мой приезд оправдан. Частный детектив с хорошей репутацией – прекрасный свидетель на суде. Но этот «кто-то» удрал у меня из-под носа н надежды Хэйзл не оправдались. Можно примерить на роль убийцы Айлин. Судя по стуку каблуков, который я слышал в Камер-Холле, не исключено, что по лестнице бежала женщина Девчонка уволилась и мстит своему любовнику. Krf мечно, она не похожа на святошу, но я не верю в подобную примитивную чепуху. Повод для убийства должен быть веским и серьезным, это не любовный психоз из киношной мелодрамы. Ладно, птичку по имени Айлин Сэтчер я найду для успокоения души, но ке стоит ставить на нее больше двух монет. Да же если девчонка зла на весь свет и ненавидит сво его босса, она не идеальный кандидат в убийцы Остается еще одна зацепка. Если Хэйзл говорила правду, а не выдумала всю историю с мужем, то существует некий Мейкоп. Человек, который утро жал Кейлебу в ресторане «Глория». О нем мне ничего не известно, как, впрочем, и об остальных.

Чутье мне подсказывало, что пока я ломаю голову над массовкой, на сцене должны появиться еще какие-то действующие лица. Не мешало бы встретиться с Глэдис Фоули. Как только я вспомнил о ней, мне стало теплее. Такие глаза встречаются один раз в жизни и их не так просто выкинуть из памяти. Не уверен, что мисс Фоули разговорчива, но лучше поговорить с ней на нейтральной почве, а не в конторе. Даже если она окажется скупа на информацию, я смогу получить удовольствие просто от общения. Итак, приблизительный план был выстроен.

Часы на приборном щитке показывали без четверти восемь. День пролетел быстро и бестолково. Улицы нарядились в неоновые огни, когда я подкатил к своей берлоге. «Кадиллак» Хэйзл все еще стоял на своем месте. Либо она за ним не вернулась, либо приехала вновь. Чуть дальше, дома за два, стояла черно-белая полицейская машина. Мне не хотелось думать, что копы приехали ко мне, но исключать такой вариант – значит слишком хорошо о себе думать.

Я спустился в свой полуподвал, но ключ доставать не стал. На коврике, благодаря цементной куче, отчетливо отпечатались чьи-то подошвы. Они принадлежали ребятам, чей рост заставит меня задирать голову при близком общении, если только они воспользуются языком, а не кулаками. У меня двери не очень упрямы и вряд ли стоит обвинять кого-то во взломе. Я вошел внутрь, не бежать же из собственной конторы, за которую еще и платить приходится.

Их было двое с начищенными бляхами на форменных кителях. Все полицейские похожи на свои машины, такие же черно-белые. Один сидел за моим столом, второй разглядывал грамоту, висящую в рамке на стене. Голубой дым плавал в воздухе завесой, пепельница забита окурками дешевых сигар.

– Не ждал? – рявкнул сержант.

– Когда я жду, то меня застают. И уж гадить, здесь я бы вам не позволил.

– Тебя хочет видеть лейтенант Харпер. Поехали, -сказал он голосом нежным, как подгоревшая корка.

– А что случилось?

– Там все узнаешь. Топай.

Я хорошо знал лейтенанта Харпера. Он возглавь лял отдел по расследованию особо тяжких и встречи с ним не вызывали приятных воспоминаний. К тому же мне нечего ему сказать.