Бесспорной версии нет - Анатолий Ромов

Лолуашвили давно ушел. Можно идти. Запер дверь на ключ, по витой лестнице спустился во двор. Кивнул хозяйке, что-то делающей у кустов роз. Та улыбнулась:

– С приездом, батоно Малхаз.

– Спасибо.

Выйдя за ограду, на секунду остановился у машины. Нет, он пройдется пешком. Так удобнее. Не спеша спустился по дороге вниз, пошел по улицам к вокзалу мимо двухэтажных белых особняков.

У входа в привокзальный скверик Гогунава остановился за кустом акации. Те скамейки, которые сейчас видны, пусты. В этой части скверика вообще никого нет, только воробьи копошатся на дорожке. Перешел, скрываясь за высокой оградой из кустарника, к другому входу. Увидел: сидят и ждут. Сергей Петрович, как всегда, в безукоризненном костюме и галстуке. Напарник далеко не форсистый, хотя в хорошей кожаной куртке. На вид – типичный уголовник. Это неприятно, но ничего, видел и не таких.

Убедившись, что на площади на него никто не обращает внимания, Гогунава вошел в сквер. Увидел, что ожидающие его шевельнулись. Сергей Петрович поправил дымчатые очки.

Приблизившись, Гогунава улыбнулся:

– Здравствуйте, батоно Серго.

– Здравствуйте, батоно Малхаз.

– Тенгиз меня зовут… – Напарник Сергея Петровича воровато оглянулся. Глазки у него прищуренные, зрачки прыгающие. Шестерка, другого не скажешь.

Гогунава сел рядом с Сергеем Петровичем. Подумал: «Запах французского одеколона… От этого человека всегда так и веет здоровьем и свежестью».

Сергей Петрович опять поправил очки суставом большого пальца:

– Будем говорить?

– Да, можно. Копия уже у вас?

– Да.

– Значит, о вещи представление имеете. А условия вы знаете.

– Представление имеем, цену знаем, но ведь мы прямо с поезда, да и тут не совсем удобное место. Вещь при вас?

– Нет. Надо ведь условия обмена оговорить.

Сергей Петрович одобрительно кивнул:

– Разумеется, батоно Малхаз. Для нас это тоже важно. Может, мы сначала устроимся, а потом уж где-нибудь посидим, поговорим? Тут есть ресторан, гостиница?

– Если это можно назвать гостиницей – по этой улице, слева. Ресторан прямо тут, привокзальный. – Сказав это, Гогунава подумал, что «Вокзальный» ресторан – отличное место для разговора. Говорить о серьезных делах в шумном зале намного лучше, чем здесь, в этом скверике, где за спиной по ту сторону кустарника ходят люди. Тем более разговор будет не простой. Он должен настоять на своих условиях обмена перстня на деньги.

– Тогда давайте часов в восемь в ресторане? Как, батоно Малхаз?

– Принимается, батоно Серго. Устраивайтесь. В восемь я подъеду.

– На всякий случай – какая у вас машина? Тенгиз вас встретит.

– Зеленая «восьмерка».

– Все ясно. Мы придем пораньше, постараемся занять столик у окна.

– Договорились.

В восемь Гогунава подъехал к ресторану «Вокзальный». Выключил мотор, огляделся. Двери ресторана, как он и предполагал, были закрыты, стояла очередь. Впрочем, через минуту оттуда вышел Тенгиз. Подошел к машине:

– Прошу, батоно Малхаз. Столик уже накрыт.

Гогунава вместе с Тенгизом прошел в ресторан. Место было выбрано удачно – столик стоял в нише и за колонной. Усевшись, Гогунава жестом руки отказался от выпивки – он был за рулем. Тенгиз налил себе и шефу.

Ужинали не торопясь. Официанты и повара тоже не торопились. Гогунава не пил, но в разговорах о том о сем время проходило быстро. Тенгиз заметно захмелел. Сергей же Петрович коньяк, скорее, смаковал, чем пил. От него по-прежнему так и веяло здоровьем и свежестью.

После горячего Сергей Петрович отставил рюмку в сторону, спросил:

– Батоно Малхаз, вы по-прежнему настаиваете на той цене? Хотите двести?

Гогунава с минуту выжидал, только после этого сказал:

– Да, батоно Серго, я хочу двести.

– Я согласен, – сказал Сергей Петрович. – Судя по копии, вещь этого стоит.

– Я хочу двести, но при некоторых условиях.

– Я слушаю, – откликнулся Сергей Петрович.

– Во-первых, сразу.

– О другом не может быть и речи. Конечно, все сразу. Деньги при мне.

– Во-вторых, без неожиданностей.

Некоторое время Сергей Петрович будто к чему-то прислушивался. Отогнал появившуюся над столом муху, посмотрел на Гогунаву:

– Простите, я не понял.

– Я думаю, поняли. Цена, батоно Серго, бросовая. Вещь стоит раз в десять дороже. Вы это знаете. Поэтому за эту бросовую цену я имею право поберечь себе нервы. Условия обмена скажу я сам. И будем говорить без свидетелей, для меня это важно.

– Неужели Тенгиз мешает?

– Мешает.

Сергей Петрович посмотрел на напарника. Тенгиз прищурился, хихикнул:

– Так я, батоно Малхаз, и так собирался уйти. Мне ночевать негде, в гостинице места не дали. Пока найду, где перекемарить, пока что – вы сговоритесь. Я вам не нужен, батоно Серго?

– Не нужен.

Тенгиз встал:

– Утром тогда как? Где встретимся?

Лицо Сергея Петровича стало скучным:

– Это, дорогой батоно Тенгиз, от Малхаза Теймуразовича зависит. Разбуди меня пораньше.

– Хорошо, батоно Серго.

Тенгиз мягко, бочком обогнул столик, по-особому, чуть припадая на одну сторону, пошел по проходу, скрылся за портьерой.

Сергей Петрович налил в пустую до сих пор рюмку Гогунавы коньяк. Добавил в свою, приподнял:

– Батоно Малхаз, понимаю – вы за рулем. Но позвольте за успех дела.

– Ну что ж, раз за успех…

Глядя друг на друга, Гогунава и Сергей Петрович выпили коньяк до конца. Поставив свою рюмку, Сергей Петрович вздохнул:

– Честно говоря, сам люблю, когда нет посторонних.

Гогунава осторожно пощупал локтем пистолет. В горле першит, это нехорошо. Сказал:

– Первое условие: при обмене будем только мы вдвоем.

– Хорошо.

– Обмен между мной и вами произойдет завтра, перед батумским поездом, в шесть утра.

– Куда же я дену Тенгиза?

– Тенгиз должен пойти в другой конец поезда, в последний вагон. А мы подойдем к первому. Платить за проезд вы будете проводнику.

– Пожалуйста, если так надо.

– Надо, мне так спокойней. Это первое. Второе. Поезд стоит семнадцать минут. Вы договариваетесь с проводниками – Тенгиз у последнего вагона, вы у первого. За пятнадцать минут до отхода вы с деньгами подходите к автоматической камере хранения. Она здесь, сразу за рестораном. Утром там пусто, нас никто не увидит. У ячейки вы открываете чемодан, мы считаем деньги, чемодан кладем в ячейку, запираем, шифр видим оба. После этого идем к поезду. Вещь вы получите на перроне за пять минут до отхода поезда.