Плоть и кровь - Иэн Рэнкин

Ребус снова пожал плечами:

— Произошло еще одно убийство. Возможно, они взаимосвязаны.

— Вы говорите о человеке, найденном в подвале? — (Ребус кивнул.) — Мне никто не говорил, что они могут быть взаимосвязаны.

— Об этом предпочитают особо не распространяться. Убитый работал под прикрытием.

— И как его нашли?

— В квартире делали ремонт. Один из строителей открыл дверь подвала.

— Совпадение.

— Что?

— Строительные работы велись и в тупичке Мэри Кинг.

— Там работала другая фирма.

— Вы проверяли?

Ребус нахмурился:

— Не я лично, но проверка проводилась.

— Так-так. — Она вытащила еще одну сигарету, собралась было закурить, но остановилась. Вытащила сигарету изо рта, осмотрела ее. — Джон, если хотите, мы в любой момент можем заняться любовью.

У квартиры Пейшенс никто из людей Кафферти его не поджидал, ничто его не задержало. Он надеялся, что его будет караулить Хорек. Теперь он чувствовал, что готов сцепиться с Хорьком не только в словесной перепалке.

Однако злился он не на людей Кафферти.

Внутри в длинном коридоре стояли темнота и прохлада, единственным источником света были три стеклянные панели над входной дверью.

— Пейшенс? — крикнул он, надеясь, что ее нет дома.

Ее машина стояла на улице, но это ничего не значило. Ему хотелось наполнить ванну, погрузиться в нее, он включил оба крана, потом направился в спальню, взял телефон и позвонил домой Брайану Холмсу. Трубку сняла его подружка — Нелл Стэплтон.

— Это Джон Ребус, — сказал он.

Она ничего не ответила, положила трубку и отправилась на поиски Холмса. Отношения между Нелл и Ребусом оставались напряженными. Холмс чувствовал это, но не мог заставить себя поинтересоваться причиной…

— Да, сэр?

— Брайан, эти две строительные компании.

— Что работали в тупичке Мэри Кинг и на Сент-Стивен-стрит?

— Их надежно проверили?

— Да вроде.

— И перекрестная проверка делалась? Каких-нибудь связей между ними нет?

— Нет. А что?

— Можешь сам перепроверить?

— Могу.

— Окажи услугу. Сделай это в понедельник.

— Нужно искать что-нибудь конкретное?

— Нет. — Ребус помолчал немного. — Да, пожалуй, начни с временных рабочих.

— Я думал, вы хотите, чтобы мы с Шивон поехали к Мердоку.

— Хотел. Но туда я съезжу сам. Пока.

Ребус положил трубку и вернулся в ванную. Давление в водопроводе было хорошее, и ванна уже почти наполнилась. Он выключил холодную воду, а горячей оставил только струйку. Чтобы попасть на кухню, нужно было пройти через гостиную. Ему захотелось холодного молока.

Пейшенс была в кухне. Резала овощи.

— Я и не знал, что ты здесь, — сказал Ребус.

— Я здесь живу, ты не забыл? Это моя квартира.

— Да, я в курсе.

Она злилась на него. Он открыл холодильник, достал молоко и умудрился пройти мимо, не задев ее. Поставил молоко на обеденный столик, взял стакан из сушилки.

— Ты что готовишь?

— А с чего это ты интересуешься? Ты здесь все равно никогда не ешь.

— Пейшенс…

Она подошла к раковине, вытащила оттуда очистки, сунула их в пластиковый контейнер. Все это отправится в компостную яму. Потом Пейшенс повернулась к нему.

— Ты хочешь принять ванну?

— Да.

— Это «Джорджо»?

— Что-что?

— Духи. Армани. — Она подалась к нему, понюхала рубашку.

— «Джорджо — Беверли-Хиллз».

— Пейшенс…

— Тебе придется рассказать мне о ней в ближайшие дни.

— Ты думаешь, я с кем-то встречаюсь?

Она швырнула острый нож в посудомойку и бросилась прочь из кухни. Ребус стоял и прислушивался. Наконец хлопнула входная дверь. Он вылил молоко в раковину.

Ребус взял две видеокассеты — они так и не посмотрели их — и поехал прокатиться. Паб «Делл» расположился на неуютном участке дороги, примыкающем к Гар-Би. Транзитных клиентов тут обычно бывало немного, но сегодня у бара стояли машины. Ребус сбросил скорость. Можно зайти туда, но что проку? Тут его взгляд ухватил что-то, и он остановился у тротуара. Рядом стоял фургон, к бортам приклеены постеры, рекламирующие пьесу, которую вскоре будут давать в бандитском гнезде Гар-Би. Театральная компания называлась «Активное сопротивление». Кто-то из труппы, вполне вероятно, сейчас выпивал в баре. Немного впереди он увидел машину, которая заинтересовала его. Он вышел и наклонился над стеклом водительской дверцы. Кен Смайли пытался делать вид, что не замечает его. Потом неохотно опустил стекло.

— Вы что здесь делаете? — спросил он.

— То же самое собирался спросить и я, — сказал Ребус.

Смайли кивнул в сторону «Делла». Руки его были на баранке. Нет, не лежали на ней — сжимали ее.

— Может быть, кто-то из тех, кто сейчас там выпивает, убил Кэлума.

— Может быть, — тихо проговорил Ребус. Ему бы не хотелось быть боксерской грушей Кена. — И что вы собираетесь делать?

Смайли скользнул по нему взглядом:

— Собираюсь сидеть здесь.

— И что потом? Ломать шею каждому, кто выходит оттуда? Вы же не мальчик, Кен.

— Оставьте меня.

— Послушайте, Кен… — Ребус замолчал: дверь бара распахнулась, и оттуда вышли два клиента с сигаретами в зубах и в облаке дыма. — Послушайте, — сказал он. — Я понимаю, что вы чувствуете. У меня тоже есть брат. Но пользы от этого никакой не будет.

— Уходите.

Ребус вздохнул, выпрямился.

— Будь по-вашему. Но если возникнет потасовка, вызывайте помощь по рации. Сделайте это ради меня, ладно?

Смайли почти что улыбнулся:

— Можете не опасаться, никаких драк здесь не будет, поверьте мне.

И Ребус поверил — так же как он верил телевизионной рекламе и прогнозу погоды. Он направился к своей машине. Двое подвыпивших клиентов бара садились в «воксхолл». Пассажир распахнул дверцу и чуть не задел ею Ребуса. Он даже не потрудился извиниться — посмотрел на Ребуса так, будто тот сам виноват, потом уселся в машину.

Ребус видел этого человека прежде. Рост около пяти футов и десяти дюймов, широкая грудь, в джинсах, черной футболке и джинсовой куртке. Лицо его лоснилось от выпитого, пот выступил на лбу, волнистые каштановые волосы повлажнели. Но лишь на полпути домой Ребус вспомнил, где видел этого человека. Это был тот, о котором говорил ему Йейтс, показывая его фотографию: бывший член ОДС, след которого они потеряли в Глазго. Ален Фаулер. Попивает себе в Гар-Би, словно он тут хозяин.