Передайте в Центр - Алексей Николаевич Котов

Дом номер восемь по улице Ползунова оказался крепкой «сталинкой» с высокими, готическими окнами. Дом был похож на стену замка покинутого вассалом. Оставшаяся в замке челядь пробила в стене замка окна и украсила фронтон бежевой штукатуркой.

Джон Рискин поднялся на площадку второго этажа. Из-за двери шестой квартиры доносилась громкая музыка. Джон остановился и, достав из кармана записку, еще раз перечитал адрес.

Скрипнула дверь соседней «пятой» квартиры и оттуда высунулась старушка в махровом халате.

– Второй день там гуляют, – обиженно сказала старушка. Она показала на дверь соседей. – Простите, вы из милиции?

Джон Рискин хорошо знал слово «милиция». Он отрицательно покачал головой. Старушка разочарованно вздохнула и исчезла.

Джон позвонил в дверь шестой квартиры. Реакция на звонок оказалась довольно странной – музыка стала громче. Джон постучал в дверь ногой. Звуки музыки внутри стали еще примитивнее и злее. Джон стал к двери спиной и лягнул ее так, что с потолка посыпалась штукатурка. Дверь открылась – на Джона обрушилась целая лавина звуков, причем ее почти заглушал веселый женский многоголосый хохот и визг где-то в глубине квартиры.

На пороге стоял высокий молодой человек и холодно рассматривал незваного гостя.

– Что надо? – довольно грубо спросил он.

Джон протянул хозяину квартиры записку.

«Я глухонемой дядя вашей невесты Марины, – прочитал молодой человек. Строчки были написаны аккуратным женским подчерком. – Простите, вы Борис?»

– Ну, Борис… – согласился молодой человек.

«Глухонемой» Джон вопросительно смотрел на Бориса до тех пор, пока тот не догадался кивнуть головой.

Джон протянул вторую записку.

«Боря, детка, в глаз хочешь? – прочитал молодой человек. – Еще раз увижу тебя рядом с Мариной, я тебе оторву голову».

Борис хмыкнул и положил руку на лысую голову Джона. Но все его попытки развернуть коренастого, широкоплечего гостя и дать ему пинка, закончились ничем. Более того, Джон легко втолкнул молодого человека в квартиру и шагнул туда сам.

В коридоре было довольно тесно. Джон на глаз прикинул объем коридора и острые углы, о которые легко можно было разбить кулак.

– А это кто? – из кухни вышел рыжеволосый верзила.

Он ел ножку курицы и с удивлением смотрел то на гостя, то на хозяина квартиры. Лежащий на полу Боря издал неразборчивые, но явно обиженные вопли.

Джон протянул рыжеволосому записку.

«Я глухонемой дядя Марины, – прочитал тот. – Я пришел к вам в гости».

– Что стоишь, идиот?! – взвыл Борис. – Бей, гада!

Рыжий на мгновение растерялся, но потом все-таки протянул руку, чтобы схватить Джона… Гость боднул рыжеволосого головой в грудь.

Разборка в шестой квартире заняла у Джона не больше пяти минут. В ее финале вдруг стихла музыка, завершившись грохотом чего-то тяжелого о стену. Когда Джон выходил из квартиры, чья-то нога на полу долго мешала ему закрыть дверь. Она исчезла только тогда, когда Джон дал пинка лежащему на полу рыжеволосому парню.

На лестничной клетке стояла старушка в махровом халате.

– Спасибо большое, – улыбнулась она Джону.

Джон улыбнулся в ответ и протянул записку старушке.

«Я глухонемой дядя Марины, – прочитала она. – Я пришел поговорить с Борисом о его плохом поведении с девушками».

– Давно пора, – сказала старушка.

24.

Уже через час Джон Рискин провожал Марину. Больше всего на свете «Дубина» не любил работу грузчика. Тяжелый узел с теплыми вещами, мягкое кресло и сумка с продуктами весили не меньше двух пудов. Джон плелся следом за девушкой и проклинал все на свете. Наконец добравшись до угла улиц возле «Славянской-люкс», девушка попросила Джона подождать. Он с удовольствием обрушил свою поклажу на землю и сел на нее.

Марина решительно направилась в сторону «нищего» Коли. Ссору влюбленной парочки то и дело перебивал надрывный кашель лейтенанта Никитина.

Джон сидел на узлах и вытирал мокрое от пота лицо. Иногда он посматривал на стоящую неподалеку серую «Волгу» с двумя пассажирами в нахлобученных на глаза шляпах и ощущал хорошо знакомый каждому шпиону зуд в пятках.

– Ты – хитрый, – кричала обиженная Марина. – Ты делаешь все специально, чтобы позлить меня.

– Нужна ты мне! – отбивался Коля. – И вообще, я тебя ни о чем не просил.

– А меня не нужно просить. Я всегда подаю нищим идиотам!

Услышав хорошо знакомое слово «идиот» Джон вздохнул и подумал о далекой пенсии. В зависимости от исхода операции «Возвращение утерянной папки», остаток жизни можно было провести либо в теплой Калифорнии, либо на нарах в Сибири.

Джон закрыл глаза… В темноте порхали папки, похожие на сказочных Синих птиц и весело сыпали бумагами с грифом «совершенно секретно».

25.

Генерал Кошкин вел машину сам. Он часто посматривал в зеркало заднего вида, но «хвоста» не было.

«Как в старые добрые времена…», – подумал генерал и улыбнулся своим мыслям.

Остановившись возле крохотного кафе-подвальчика со странным названием «Двое в пути», генерал посмотрел на часы. Стрелки показывали тринадцать часов десять минут. Кошкин не спеша закурил.

Через пару минут из дверей кафе вышел майор Константин Митрохин. Майор был в штатском и нервно оглядывался по сторонам.

«С «Мустфой» из Тегерана встречался, – подумал Кошкин, провожая Митрохина долгим взглядом. – Опять нервничает. Жена, видите ли, двойню ждет. Эх, вы, профессионалы!»

Кошкин вышел из машины и направился к дверям кафе. По тротуару гуляли непуганые голуби. Штук двадцать крылатой братии кормила улыбчивая девушка с детской коляской.

Генерал невольно вспугнул стаю. Шум крыльев разбудил ребенка и он заплакал. Молодая женщина подняла глаза и строго посмотрела на Кошкина.

– Извините, пожалуйста, – сказал генерал.

В кафе-подвальчике было темно и прохладно. Электрического света не было, горели только свечи.

За угловым столиком, в тени какого-то зеленого тропического чуда, сидел доктор Элоиз Хартли и неторопливо пил сухое вино из высокого бокала.

Генерал Кошкин сел напротив.

– Господин Хартли, вам привет от бабушки Уинстона Черчилля, – весело сказал Кошкин.

Доктор Хартли понимающе улыбнулся и кивнул. Генерал Кошкин положил на стол конверт. Доктор взял конверт и неторопливо вскрыл его.

– Вино будешь? – спросил он, пробегая глазами по бумагам.

– Грузинское?

– Молдавское… Но явно не плохое. Ого!!.. – доктор Хартли оторвал глаза от бумаг и с изумлением посмотрел на Кошкина. – Что, в самом деле, это он?!

– Не сомневайся, – генерал наполнил пустой бокал и слегка прикоснулся к нему губами. – Мои ребята уже три раза этого типа проверяли.

– Пойми, Коля, мы искали этого «крота» «Януса» четыре года. Эндрю Петелли это стоило жизни…

– Жаль парня, – Кошкин кивнул. – Я его во Владивостоке чуть не взял. Но он успел удрать в Японию.

– Лучше бы ты его сцапал, – не без горечи, заметил доктор Хартли. Он вытащил из кармана свой конверт. – На,