Чудо перевоплощения - Марина Серова

– Ладно, тут все ясно, – шепнула я Порошину, – будешь его отпускать?

– А зачем мне его тут держать? – развел руками Володя. – Пусть уходит и решает свои проблемы сам.

Но, прежде чем проститься с нерадивым супругом Зинки Колывановой, я вознамерилась удовлетворить свое любопытство.

– Альберт, а все-таки, как вы меня нашли? Не поверю, что встреча в торговом центре была случайностью.

– Нет, не случайностью, – он помотал головой, – я вас искал… и нашел.

– Но как? – удивилась я.

– Я знал, что у вас есть друг, сотрудник милиции по фамилии Порошин. – Он посмотрел на Володю. – Я позвонил в отделение, узнал, где можно найти Порошина, мне сказали, что он в кафе, обедает. Я поехал туда и увидел вас, Евгения Максимовна. А потом просто проследил за вашей машиной, за «жуком».

– У тебя есть «жук»? – усмехнулся Порошин. В ответ я наградила его осуждающим взглядом.

– Мне с тобой лучше не водиться, Порошин, – сказала я, когда мы остались наедине. – Какой-то дилетант легко меня вычислил – из-за тебя!

– Это случайность, – успокаивал меня Порошин.

– И почему в твоем отделении первому встречному рассказывают, где тебя искать?

– Работа у меня такая, когда я ухожу, всегда говорю, где меня можно найти.

– Больше так не делай, – зло сказала я. – По крайней мере когда со мной встречаешься.

– Слушаюсь и повинуюсь, – улыбнулся Володя и пригласил меня составить ему компанию еще в одном разговоре: со стриптизером Артемом, стрелявшим в Колыванову.

Когда мы проходили мимо дежурного, Порошин, как будто он надо мной издевался, громко сказал:

– Я еду в восемьдесят девятую больницу. Если меня будут искать, скажите, что я допрашиваю там подозреваемого.

Дежурный в ответ широко улыбнулся и кивнул. А я решила не тешить Володькино самолюбие и не стала реагировать на эту глупую издевку.

Артем с перебинтованной головой выглядел очень соблазнительно, если не брать в расчет его трусливый взгляд и дрожащие губы. Со стороны он казался этаким героем: высоким, мускулистым, с кровавой повязкой на голове. К нашему приходу Артем хорошо подготовился: речь его была бессвязной, но вполне последовательной.

– Я и не думал, мне сказали… В общем, я должен был, и все шло по плану, но тут облом…

– А теперь, пожалуйста, все то же самое, но помедленнее, – попросила я вежливо.

– В общем, я парень простой, но деньги-то мне нужны! Мне надо было только передать документы и получить бабки.

– Кому передать документы?

– Этой блондинке, Снежане.

– А деньги за документы кому отдать надо было?

– Верзиле.

– Уточни, – попросила я.

– Ну, это тот бугай, в «Ночной бабочке» он дубасил меня, когда вы пришли.

– Хорошо, на кого работает Верзила?

– На Калину.

– Почему ты стрелял в Снежану?

– Я неправильно понял приказ. – Он начал неприятно хныкать. – Она не платила деньги, все голову морочила – скоро да скоро. Шефу надоело ждать, ей даже цену подняли, а она все тянула. А потом вообще сбежала. Я обалдел, про шефа просто молчу, он был в ауте.

– Так она же тебе позвонила и сообщила, куда переехала, – я вспомнила подслушанный телефонный разговор Снежаны и Артема. – Неужели тебя это не насторожило, неужели ты не понял, что она не собирается бежать?

– Я не подумал, – растерянно ответил Артем. – Я запутался, я совсем запутался! Шеф велел душу из нее выпустить, но деньги за документы получить.

– Давай-ка уточним, – предложила я, – что велел шеф: душу из нее вытрясти или кишки выпустить?

Артем, скорее всего, задумался, хотя его лицо не показывало никакого мыслительного процесса, но затянувшуюся паузу я рассматривала именно так – думает мальчик, вспоминает.

– Про кишки не говорил, это точно, – выдал он через минуту, – но что-то с ней сделать надо было…

– А тебе не приходило в голову, что после пули в живот Снежана уж точно не выложит перед тобой десять штук зеленых?

– Так они у нее с собой были?! – неадекватно среагировал Артем. – А я, дурак, не додумался обыскать ее!

– Евгения Максимовна, – Порошин заметил мое раздражение и поспешил прийти на помощь, – по-моему, мы выяснили все, что хотели, не правда ли? – Он улыбнулся.

– Да, мне здесь больше нечего делать. – Я с удовольствием покинула палату Артема, избавившись от созерцания этого бестолкового и недалекого красавца.

Володя присоединился ко мне через пару минут.

– Мне искренне жаль твою подругу, – сказал он.

– Почему?

– Она хороша собой, но абсолютно неинтересна и примитивна.

– Ты не можешь так говорить о ней, – встала я на защиту Зинки, – ты ее даже не знаешь.

– А мне достаточно того, что я о ней услышал, – усмехнулся Порошин. – Я могу коротко описать тебе подобный тип женщин.

– Ну, удиви.

– Хороша собой, и, о ужас, она знает об этом. И делает большую ставку на свой шарм и неотразимость, не замечая, что при этом теряет облик нормального человека. Самонадеянна, хотя сама по себе ничего не представляет. Ее самонадеянность целиком и полностью зависит от ее внешнего вида. Уверена, что может горы свернуть, покорить сердце любого мужчины, а потом воспользоваться им по своему усмотрению и бросить на произвол судьбы. Она рассчитывала свести с ума наивного и недалекого парня Артема, но даже и подумать не могла, что получит удар в спину от того, кто, по ее мнению, должен просто с ума сходить от ее совершенства. Признаться, я не люблю таких женщин, как твоя подруга. – Порошин поймал мой осуждающий взгляд и поспешил добавить: – Хотя я могу ошибаться в ней.

– Ну, если самоуверенные красавицы тебе не нравятся, тогда кто же в твоем вкусе?

– О, – он мечтательно закатил глаза, – женщина в моем вкусе – это умная, расчетливая, талантливая красавица. Которая умело пользуется своими знаниями и рассчитывает не только на природное обаяние и красоту, но и на свой острый ум. Воспитанна, немного эксцентрична и абсолютно непредсказуема. Чувство юмора и безграничная доброта сочетаются с жесткостью и беспринципностью.

– Какой жуткий коктейль, – рассмеялась я, – неужели такие женщины существуют?

– Конечно. Я даже могу познакомить тебя с такой женщиной.

– Правда? – Я перестала хохотать. – Ну, познакомь.

Володя взял меня под руку и потащил к лестнице.

– Куда это мы? – поинтересовалась я по дороге.

– Она на первом этаже, в холле.

– Ты серьезно, Порошин? Ты встретил женщину своей мечты, и она здесь, в больнице?