Убийство в пятом варианте - Наталья Солнцева

– Не помню, чтобы они раньше так выли.

– Все когда-нибудь случается в первый раз, – хмуро бросил Бушинский. – Может, приболели?

– Отравиться они не могли. Я им все свежее даю. Разве что откопали на участке старую кость.

Поведение собак действовало угнетающе. Хозяин не выдержал и накричал на них. Но от этого вой не прекратился.

– Будто покойника чуют, – вырвалось у Ступникова.

– Какого еще покойника? Ты что несешь?

– Так люди говорят…

– А ты не повторяй всякую чушь! – разозлился Бушинский. – Умник нашелся! Кто из нас должен умереть? Ты или я?

– Да я не то имел в виду, – смешался Аркадий.

Бушинский не находил себе места. Убитый актер стоял у него перед глазами, пропавшая жена не давала о себе знать. Он вспомнил ужас в глазах Рассохиной, увидевшей наведенный на нее пистолет, и задумался: «Будь оружие настоящим, выстрелил бы я или нет?»

В тот момент его затопила такая безотчетная ярость, что он действительно мог нажать на курок.

– Надо успокоить собак, – сказал управляющий. – Иначе они всю округу на ноги поднимут. У меня самого от этого воя мороз по коже. В соседнем доме никто не живет, а напротив семья на отдых приехала с детьми. Не хватало нам конфликта с соседями.

– Как псам рот заткнуть? Они же не люди! Слов не понимают!

– А люди понимают…

– Ты мне зубы не заговаривай. У тебя снотворное для собак есть?

– Было где-то. Я им даю, когда у них гульбище начинается. Ты же спаривать своих кобелей запретил. А для них, между прочим, это вредно.

– Жизнь вообще штука вредная! – заметил Бушинский. – Тем более собачья! Давай, защитник животных, тащи таблетки.

– Надо искать.

Ступников был в замешательстве. Он чувствовал себя как на иголках. Признаться, что Татьяна здесь, или промолчать? И первое, и второе одинаково рискованно. Если правда выплывет наружу, будет грандиозный скандал.

Бушинский, по его словам, в подвал не спускался. Однако управляющий ему не поверил. Самсон – мужик основательный, он бы непременно всюду заглянул. Дальняя кладовая заперта на замок. Но при желании найти запасной ключ не проблема. Бушинский мог порыться в ящике с ключами и отпереть кладовую. Тогда он в курсе дела. Ну что ж, остается принять его вызов.

Ступников не ожидал приезда хозяина. Переспать с горничной он мог в любое время. Но вчера ему захотелось провести ночь на стороне, расслабиться, забыть обо всем. Под одной крышей с Татьяной это было невозможно. Она его достала! Допекла своими претензиями! Принеси то, подай это… Он решил наказать ее!

Управляющий ушел из дома, где работал на неблагодарных людей, в дом, где его приняли как желанного гостя.

Горничная, которую он время от времени одаривал своим вниманием, была на седьмом небе от счастья. Аркадий чувствовал себя рядом с ней белой костью. Он смотрел на нее свысока, общался с вежливой снисходительностью. Он был ее боссом! Как-никак она подчинялась непосредственно ему, хотя платил ей Бушинский.

Вернувшись в усадьбу и застав там хозяина, Ступников растерялся. Мысли, как выгородить себя, роились у него в голове. Он не мог выбрать подходящий вариант и положился на волю провидения. Чему быть, того не миновать.

Между тем у Бушинского в уме засели слова управляющего о покойнике. Уж не задумал ли тот убить его? Он приготовился к любому исходу. Если Ступников нападет, он будет защищаться.

«У меня паранойя! – терзался коммерсант. – Я подозреваю всех и вся. Меня предали! Сначала жена, потом Рассохина, теперь бывший приятель. Меня окружают враги! Именно так рассуждает параноик. Нет, ребята, я не позволю вам задурить мне голову. Не знаю, за кого вы меня принимаете… но я точно не идиот!»

– Собаки чуют беду…

– Не нравится мне всё это, – согласился с ним Ступников. – Не пойму, что на них действует.

– Ищи снотворное, иначе кто-то из нас взбесится: они или мы. Где ты держишь собачьи пилюли?

– Не помню, куда их сунул…

– По-моему, ветеринарная аптечка хранится в подвале.

– Точно, – кивнул Аркадий. – Я сбегаю, принесу.

И тут произошло то, чего он больше всего боялся. Бушинский вызвался идти с ним. Дальняя кладовая, куда он не попал утром, осталась единственным необследованным помещением. Впрочем, искать управляющего нужда отпала. Но Самсону внезапно пришло в голову, что он просто обязан отпереть ту дверь.

Они спустились в подвал. Хозяин уверенно шагал вперед, туда, где пряталась его жена. Ступников молча плелся следом. Он совершенно выпустил из виду, что собачья аптечка находится в кладовой. Как на грех! Что было делать?

Бушинский подергал дверь и повернулся к управляющему:

– Где ключи?

– В ящике, наверное…

Ступников запер Татьяну снаружи, словно предвидел ход событий. «Какой я дальновидный, – думал он, глядя, как неумолимо приближается развязка. – А толку с того? Сейчас он откроет дверь и…»

– Подай, если не трудно! – попросил Бушинский.

– Сию минуту.

Управляющий нашел в ящике ключ от кладовой и подал хозяину.

– Открывай, – мотнул головой тот и отступил в сторону. – Это твоя работа.

Ступников сунул ключ в замочную скважину и повернул. Щелк! Скрипнула дверь. В кладовой было темно и тихо.

«Он обо всем догадался! – похолодел управляющий. – И разыгрывает комедию!»

Бушинский оттеснил его, шагнул вперед, нащупал выключатель, и под потолком загорелась лампочка. Аркадий стоял и смотрел из-за его плеча. На топчане спиной к ним лежала женщина, почти с головой укрытая пледом. Она не пошевелилась.

Бушинский попятился и налетел на управляющего.

– Кто это?

– Черт!.. Что за…

Женщина молчала и не двигалась, а Ступников пошел в атаку.

– Ты не один приехал? Я так и думал!

– Ты рехнулся? – оторопел Бушинский. – Это твои проделки! Кто она? Признавайся!..

* * *

Москва

Ренат колдовал над глобусом, купленным час назад. Глобус отлично вписался в интерьер агентства.

– Ну, что там? – не вытерпела Лариса. – Нашел координаты «Септимуса»?

– Северная широта… – водил пальцем по глобусу Ренат. – Западная долгота… Если я не ошибаюсь, это около Аляски…

– Ты хорошо запомнил цифры?

– Я старался.

– Капитан Рейли совершил безумство. Он отправился на северо-запад в надежде попасть из Тихого океана в Атлантический кратчайшим путем. Но северо-западный проход был открыт Амундсеном гораздо позднее! Больше ста лет спустя. Я проверила…