Выхожу тебя искать - Анна Данилова

– Но записка-то, адресованная Инной Оленину, существует, это же нам не приснилось… Между прочим, почерк – мне сказала Щукина – действительно принадлежит Шониной. Выходит, что Оленин пытался украсть или украл у нее драгоценности…

– Честное слово, если бы я сама не ехала с Олегом Шониным в поезде, я бы думала на него… Но я, кажется, повторяюсь… Игорь, мне кажется, что я заварила такую кашу, что теперь неизвестно, как ее и расхлебывать…

– У тебя паника… Ты всегда паникуешь в начале расследования, я лично к этому уже начал привыкать… Успокойся, возьми себя в руки, отдохни, если нужно…

– Таню Орешину убили и бросили в Затоне – и никаких следов, ни одной зацепки, ничего… Я уверена, что дело скоро прикроют, как нераскрываемое… И еще эти три убийства из пистолета «ТТ»… И эти следы женских туфель… Я уже пыталась чертить схемы, анализировала все, что только возможно… но ничего стройного в голове не нарисовалось…

– Тогда давай чертить вместе. Тащи свой блокнот… Итак…

Юля записывала:

1. Срочно позвонить Сазонову и сообщить ему о Лавровой;

2. Встретиться с подругами Тани Орешиной;

3. Встретиться с подругами Рыжовой, Иволгиной и Еванжелисты. Выяснить, не были ли они знакомы друг с другом и с Лукашиной, Петровой и Зеленцовой…

– Игорь, ты действительно думаешь, что эти три убийства могут быть связаны с этими «синюшками»?

– Надо все это проверить. В нашем городе никогда еще не было так много женских трупов… Женщины боятся по улицам ходить, а ты знаешь, какие жуткие статьи появились уже в местной прессе? Поэтому надо подойти к этому с размахом, подробно расспрашивая всех знакомых и родственников этих несчастных на предмет их занятий, знакомств, привычек, долгов, связей с преступным миром… Кроме того, было бы неплохо разыскать ту самую шляпу, которую нарисовал Сашок… Мне Щукина передала ваш разговор с Крымовым, когда ты просила его найти тебе эту шляпу… Правильно, эта девушка… Орешина купила шляпу, но вместо того, чтобы пойти домой, куда-то исчезла… Возможно, что в тот момент, когда она мирно шла по улице, возле нее остановилась машина, куда ее насильно затолкали и увезли в неизвестном направлении. Могло случиться также, что она зашла к какой-нибудь своей знакомой домой и встретила там своих убийц… Версий может быть много, но в любом случае девушка была в шляпе или со шляпой в руках, и эта шляпа должна была где-то остаться… Или на улице, или у кого-то в машине, или дома… Словом, шляпу надо искать. А что касается связи этого убийства с остальными, то здесь предлагаю разделить список жертв на три «части»; и первую – Лукашину, Петрову, Зеленцову – мы отдадим Щукиной, пусть встречается с родными и знакомыми этих женщин и собирает подробную информацию о них, вторую – Орешину, Оленина, Шонину – я возьму себе, а третью – Рыжову, Иволгину, Еванжелисту – забирай себе. Иначе одна ты зашьешься…

– Добавь мне еще и Лаврову, я же теперь не успокоюсь, если не разыщу ее… Игорь, скажи, а почему ты так спокойно отнесся к моему рассказу о Лавровой? Неужели ты не видишь связи между ее побегом и убийством Оленина?

– Если ты собираешься взять ее на себя, то тебе придется кровь из носу встретиться с зубным техником из «Зари» – Засоркиным Львом Борисовичем. Только он может тебе сообщить что-нибудь, касающееся алиби Лавровой, если захочет, конечно…

– Я забыла еще об одной особе – Лене Ланцевой. Я не верю, что она убила Оленина, слишком уж быстро они собираются разделаться с этим сложнейшим делом… Я же видела Лену, разговаривала с ней до того, как ее арестовали, она не могла убить…

– Юля, никогда не делай поспешных выводов… Оленин был не ангелом – его могла убить любая из его женщин…

– Да, кстати, я забыла тебе рассказать о внешности Лавровой, для меня ведь это оказалось настоящим шоком…

– Не понял…

– Понимаешь, когда я впервые услышала это сочетание Вера Лаврова, я сразу же представила себе высокую стройную и красивую, хотя и немолодую женщину с умными глазами и выразительным лицом… Но в «Заре» я увидела совершенного монстра! Она страшна, она безобразна… У нее пористая и какая-то серая, лягушачья кожа, глаза словно стеклянные, зеленоватые, черты лица довольно грубые, а уж взгляд и описать невозможно… Я понимаю, что веду сейчас себя не самым лучшим образом, рисуя тебе ее как уродину, и понимаю также, что не все люди красивые, но вот понять, как мог терпеть рядом с собой такую некрасивую, прямо-таки с отталкивающей внешностью особу Захар Оленин, этот избалованный вниманием женщин красавчик, – не могу.

– По-моему, ты все преувеличиваешь, как и всегда… Вы, женщины, вообще склонны к гиперболизации всего окружающего, как в хорошую, так и в плохую сторону. Думаю, что ты эту самую Веру Лаврову идеализировала, успела пожалеть, зная, какой образ жизни вел Захар и о том, как много делала для своего возлюбленного Вера…

– Может, ты и прав… Потому что моей первой реакцией на Веру было чувство жалости к Оленину, которому приходилось терпеть рядом с собой такую уродину.

– Ты бы спрятала хотя бы на время свои эмоции и чувства куда-нибудь поглубже, честное слово… Тебя послушать, так и мою жену надо было пожалеть, что у нее был такой некрасивый муж, а? – Шубин покраснел, проводя рукой по своей почти лысой голове.

– Неправда! Я всегда считала тебя интересным мужчиной, а лысина тебе идет, ты и сам об этом прекрасно знаешь…

Она вдруг подумала, что от ее подавленности, полной безысходности, которая внезапно обрушилась на нее, не осталось и следа. Игорь, этот волшебник, сумел отвлечь ее от провала с Лавровой и заставил посмотреть на все совершенно другим взглядом.

– Как хорошо, что ты пришел… Мне сразу стало легко, и мысли уложились в голове так, что теперь я точно знаю, что нужно делать… Скажи, отчего так?

– Как? – Шубин сделал вид, что не понял ее.

– Отчего, когда ты приходишь и говоришь со мной, мне становится спокойнее и, главное, я становлюсь увереннее в себе?

– Просто у тебя в твоей красивой головке слишком много мусора… Ты забиваешь ее совершенно ненужными мыслями и очень быстро отчаиваешься… Ты работаешь в розыске и не должна так расслабляться…

– Ты говоришь почти как Крымов…

– Он прав… Думаю, если бы это агентство основал я, а не Крымов, и именно я встретил тебя тогда первый и попытался сделать то, что сделал для тебя Женька, когда ты после защиты Зименкова ходила сама не своя, считая себя почти преступницей, так хорошо ты сумела защитить насильника, то ты бы и осталась со мной… Я в этом просто уверен… Не надо, не надо ничего говорить… Просто я давно хотел тебе это сказать… А теперь поедем куда-нибудь пообедаем, а то у тебя дома вечно нет еды. И примемся за работу… Да, кстати, тебя искал Шонин. Он приходил вчера в агентство уже вечером, спрашивал, куда ты уехала, и казался очень расстроенным…

– У него сейчас трудное время, жена не понимает, как ему тяжело, вот он и мается… Как бы у него с психикой чего не случилось… И еще: я не понимаю, как может такой крупный бизнесмен, как он, так долго находиться здесь, в то время как в Москве у него копятся неотложные дела… Я просто уверена, что в бизнесе невозможна остановка…