Выхожу тебя искать - Анна Данилова

– Да, тебе только этим еще осталось голову забивать… У тебя что, своих проблем мало?

– Нет, Игорек, не мало, а даже очень много…

– Хотел тебя спросить… Но можешь, конечно, и не отвечать… У тебя что, действительно роман с тапером?

– У меня два романа с тапером, понятно? – вдруг со злостью, непонятно откуда взявшейся, истерично взвизгнула она. – Послушайте, все вы, разве я задаю вам подобные вопросы? Разве я спрашиваю тебя, с кем ты сегодня проведешь ночь? Или задаю бестактные вопросы Щукиной относительно ее интимных отношений с Чайкиным?..

– Извини, – Шубин пожал плечами, словно не понимая, откуда взялось ее раздражение, и собираясь даже обидеться на Юлю, но, в ту же минуту испытав нечто похожее на нежность к раскапризничавшемуся любимому ребенку, подошел к ней и чмокнул в щеку. – Извини.

А она стояла, оглушенная собственным поступком, и тоже не могла понять, что произошло, почему она набросилась на человека, который так много сейчас для нее сделал.

– Да нет, это ты меня извини…

* * *

Обедали в частном кафе окрошкой и варениками с вишней. Сытость вызвала сонливость и апатию. Юля смотрела на сидящего перед ней, вспотевшего от жары и самого процесса еды Шубина и думала о том, что, может, ей и действительно выйти за него замуж. Но мысли о замужестве были ленивыми, медленно наплывая, они отступали, путаясь в сознании с раздумьями о Крымове. Безусловно, Шубин гораздо достойнее Крымова, но женщины дуры, рассуждала она, попивая прохладный яблочный сок и разглядывая гладко выбритое лицо Игоря, его какие-то усталые и грустные глаза. И хотя он был крепким мужчиной, привыкшим самостоятельно справляться со своими трудностями и не терпевшим жалости, все равно Юле хотелось его погладить по голове, поцеловать в щеку и сказать, что он очень хороший, что она даже по-своему любит его, что она бы и рада стать его женой или просто подругой, что было бы, безусловно, хорошо, но ведь она же предаст его в первый же день, стоит ей почувствовать тот сладостный миг, то охватывающее ее предчувствие наслаждения, которое возникает в ней каждую минуту, когда она видит Крымова…

– Я покупаю себе новую машину, – сказал Игорь, промокая салфеткой рот и откидываясь на спинку стула. – Хватит ездить на твоей или крымовской и ждать, когда воскреснет в мастерской моя… Так что скоро будем кататься с тобой, помнишь, как ты хотела?

А она действительно хотела покататься с ним наперегонки по ночному городу или лучше всего – за городом, когда никто не видит, никто не мешает…

– Лучше бы купил самолет, тогда бы мы полетали…

Они приехали в агентство в два часа.

– Это неслыханно! – встретила их Щукина полушутливым-полузавистливым голосом, очень хорошо знакомым и Юле, и Шубину. – Где это вас черти носили?

– Надечка, сядь и успокойся, – Шубин усадил откровенно разглядывающую Юлю Щукину в кресло, применив даже немного силы. – Во-первых, разве можно вот так встречать человека, который всю ночь провел за рулем и смертельно устал?..

– Это ты о Земцовой, что ли?

– Надя, да что с тобой происходит? Что это ты все на людей бросаешься? – Видно было, что Шубин не на шутку рассердился. – Вместо того чтобы напоить кофе и отчитаться о проделанной работе, ты ведешь себя просто отвратительно… Чем тебе не угодила Земцова?

Юля, слушая все это, сама налила себе кофе и села в свободное кресло, с отсутствующим видом уставясь в окно. Терапия Шубина пошла прахом – настроение ухудшалось, хотелось все бросить, сесть на поезд, а еще лучше на самолет, и вернуться к маме. И всему виной эта скандалистка Щукина, которая несколько дней тому назад встала не с той ноги и до сих пор беспричинно бросается на людей.

– Как поживает Чайкин? – Юля повернулась и посмотрела Щукиной прямо в глаза, пытаясь увидеть в раскрасневшейся обозленной женщине прежнюю добрую, мягкую и уступчивую Надю.

– Нормально… – Она шумно выдохнула, словно освобождаясь от какой-то внутренней тяжести, и вдруг разрыдалась.

«А ведь она беременна, – подумала Юля, – а мы, идиоты, ничего не замечаем!»

И словно ничего не произошло и Надя не встречала их раздраженным тоном, Юля начала рассказывать Щукиной, глядя ей прямо в глаза, чем она занималась, начиная со вчерашнего дня, с тех пор как они с ней расстались, и кончая только что прошедшим обедом. Она говорила четко, образно, чтобы Щукина могла себе все это представить, осмыслить и понять.

И вдруг она увидела, как сквозь чужой и холодный взгляд пробивается тепло и тот свет, который она так ценила в Наде. Это было и сочувствие, и боль за чужую неудачу, и сострадание, и даже любовь…

– Бедненькая, представляю, как же ты себя чувствовала после того, как она сбежала… Ты прости меня… Я не должна была так себя вести, я не знаю, что со мной происходит… А что касается Чайкина, то с тех пор, как ты познакомила его с Иноземцевым, он не выпил еще ни капли… Не знаю, что будет дальше, конечно, но пока я тебе очень благодарна…

Даже кофе после тех приятных метаморфоз, что произошли с Щукиной, показалось Юле вкуснее…

– Ладно, не расстраивайся, звони Сазонову или Корнилову, скажешь, что видела Лаврову в пансионате «Заря»…

– Я сам позвоню, если не хочешь выслушивать дурацких вопросов, – предложил Шубин, – но только я все равно скажу, что это именно ты ее нашла… Ты же у нас молодец!

– Вы все держите меня за маленькую… Но все равно – спасибо.

Шубин ушел в свой кабинет звонить, а Юля осторожно спросила Надю, где Крымов.

– Знаешь, он еще не приходил… Звонил, правда, просил, чтобы я взяла ему в ресторане рубец и холодные киевские котлеты… Не знаю уж, с чего это он так полюбил ресторанную еду?

– А Шонин? – Юле было даже физически неприятно при воспоминании о своей последней встрече с Олегом. – Когда я видела его в последний раз, он бросился от меня бежать… очень все странно и необъяснимо. Думаю, что он сильно страдает, находясь в этом городе, где ему все напоминает об Инне.

– А с Шониным такая история… – осторожно, словно боясь причинить Юле боль, произнесла Надя. – Он был здесь, сказал, что настаивает на том, чтобы ты, как только вернешься, срочно связалась с ним… Я еще спросила его, не случилось ли что-нибудь важное, на что он мне ничего не сказал, а как-то так… обреченно, что ли, махнул рукой и быстро вышел… Я так думаю, что действительно что-то произошло…

– Скажи, он говорил обо мне плохо?

– Нет, но лицо у него было неприятное…

– Крымова он не спрашивал?

– Нет. Ты ведь говорила, что расследование он поручил лично тебе….

– Тогда сделаем так: я поеду к Шонину в гостиницу, а Игорь сам расскажет тебе о нашем плане. Надя, нужно поработать с людьми…

– Иди, не переживай…

– А еще какие-нибудь новости есть?

– Шляпа! Она же нашлась! – засияла, как в старые и добрые времена, Щукина. – Возле старого ипподрома… Наверно, когда девочку везли на машине по мосту перед площадью и когда машина заворачивала на Новую дорогу, шляпа вылетела из окна и приземлилась как раз на поле… Там кругом высокий забор, место заброшенное, безлюдное, никто не живет…